науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

VadikV


23
Рекс Стаут: «Смерть соде
ржанки»


Рекс Стаут
Смерть содержанки

Ниро Вульф Ц 68


Оригинал: Rex Stout, “Death Of A Doxy”, 1966
Перевод: А. Санин

Рекс Стаут
«Смерть содержанки»

1

Я стоял и шарил глазами по сторонам. Обычно я делаю так в силу привычки, чт
обы проверить, не оставил ли я лишних отпечатков там, где им быть не положе
но, но на сей раз я руководствовался не только привычкой. Я должен был убед
иться, что и впрямь нигде не наследил. А предметов в комнате было предоста
точно Ч модные кресла, искусственный мраморный камин без огня, роскошны
й встроенный в шкаф телевизор, кофейный столик, заваленный журналами, ши
роченный диван и так далее. Решив, что здесь я ни к чему не прикасался, я вер
нулся в спальню. Там все было слишком мягким, чтобы где-нибудь остались от
печатки пальцев Ч огромный, во всю стену ковер, розовое покрывало на тре
хспальной кровати, кресла, зачехленные розовым же сатином. Я шагнул впер
ед, чтобы еще раз взглянуть на распростертое у кровати тело женщины с рас
кинутыми ногами и неестественно вывернутой рукой. Ясное дело, я не притр
агивался к телу, чтобы убедиться, в самом ли деле женщина мертва, или чтобы
рассмотреть поближе глубокую вмятину на голове; но не мог ли я случайно п
рикоснуться к тяжелой мраморной пепельнице, что лежала возле трупа? Окур
ки и пепел были рассыпаны тут же рядом, и я готов был побиться об заклад, чт
о пепельница и послужила орудием убийства. Я тряхнул головой Ч нет, не мо
г я быть таким ослом.
Я вышел. Дверную ручку, естественно, я вытер и изнутри, и снаружи, а на кнопк
у вызова лифта, а затем и на кнопку первого этажа надавил костяшкой пальц
а. Кнопку четвертого этажа, на которую я нажимал внизу, я протер носовым пл
атком. В тесном вестибюльчике никого не оказалось, а входная дверь меня н
е волновала, поскольку открывал я ее, еще будучи в перчатках. Двинувшись в
западном направлении к Лексингтон-авеню, я поднял воротник пальто и нат
янул перчатки. Денечек выдался, пожалуй, самый промозглый за всю зиму, а пр
онизывающий ветер тоже не прибавлял комфорта.
Обычно во время ходьбы я предпочитаю не предаваться размышлениям, чтобы
не натыкаться на прохожих, но в данном случае ни гадать, ни ломать голову б
ыло ни к чему; требовалось лишь одно Ч задать кое-какие вопросы человеку
, проживающему на третьем этаже дома без лифта на Пятьдесят второй улице
между Восьмой и Девятой авеню. То есть, учитывая, что я находился на Тридца
ть девятой улице Ч в тринадцати коротких кварталах впереди и четырех дл
инных кварталах в сторону от меня. Стрелки моих часов показывали без два
дцати пяти пять. Поймать такси в такое время Ч все равно, что узреть восьм
ое чудо света, а торопиться мне было некуда. Он все равно на задании. И я пот
опал дальше пешком.
Без одной минуты пять я вошел в телефонную будку бистро на Восьмой авеню
и набрал номер. Трубку снял Фриц, и я попросил его соединить меня с оранжер
еей. Минуту спустя в мое ухо ворвался рык Вульфа:
Ч Да?
Ч Это я, Ч доложил я. Ч Случилась маленькая закавыка, так что я не знаю, к
огда вернусь. Возможно, к ужину не успею.
Ч У тебя серьезные неприятности?
Ч Нет.
Ч Смогу я с тобой связаться, если понадобится?
Ч Нет.
Ч Ладно.
Вульф повесил трубку.
Такую терпимость он проявил исключительно потому, что я был занят личным
делом, а не выполнял его задание. Вульф совершенно не выносит, когда его о
трывают от его драгоценных орхидей, поэтому, случись так, что я все же выпо
лнял бы его задание, он бы напомнил, что мне следовало доложиться Фрицу, а
не ему.
Выйдя на улицу, я прошагал еще полквартала, пряча нос от леденящего ветра,
добрался до нужного дома, зашел в вестибюль и нажал на кнопку с надписью «
Кэтер». Подождал, потом позвонил еще и еще Ч дверь не открылась, как я, впр
очем, и ожидал. Поскольку околачиваться рядом в такой холод не хотелось, я
повернул свои стопы назад к Восьмой авеню, мечтая пропустить рюмку Ч др
угую. Мечты мечтами, а виски я обычно позволяю себе лишь тогда, когда выкла
дываю факты, а не добываю их; поэтому вместо бистро я завернул в аптеку и з
аказал кофе.
Выпив чашечку, я вошел в будку, набрал номер, повесил трубку после десяти д
линных гудков, вернулся к стойке и попросил стакан молока. Потом снова на
вестил будку Ч с тем же успехом, и заказал бутерброд с солониной на ржано
м хлебе. В кухне нашего старого особнячка на Западной Тридцать пятой ули
це ржаного хлеба не держат. Лишь в двадцать минут седьмого, когда я распра
вился со вторым куском тыквенного пирога и с четвертой чашечкой кофе, на
другом конце провода наконец ответили.
Ч Орри? Это Арчи. Ты один?
Ч Конечно, я всегда один. Ты там был?
Ч Да. Я…
Ч Что ты нашел?
Ч Я лучше покажу тебе. Через две минуты буду у тебя.
Ч Зачем, я сам…
Ч Я уже рядом. Ровно две минуты.
Я повесил трубку.
Я не стал тратить время на пальто и перчатки. Две минуты пребывания на так
ом холоде Ч неплохая проверка жизнеспособности. На сей раз дверь внизу
распахнулась, едва я успел нажать на кнопку в вестибюле. Я вошел и начал бы
ло подниматься по лестнице, когда сверху послышался голос Орри:
Ч Какого черта? Я сам мог придти.
Как-то раз Ниро Вульф, желая как всегда передо мной выпендриться, изрек: «
Vultus est index animi». «Это не по-гречески», Ч сказал я. На что Вульф отозвался: «Да, это л
атинская поговорка. Глаза Ч зеркало души». Если так, то все зависит от тог
о, чьи глаза и чья душа. Если напротив вас за покерным столом сидит Саул Пе
нзер, то глаза Ч вообще никакое не зеркало; в них отражается только пусто
та. Но не могли же древние латиняне ошибаться? Желая их проверить, я дождал
ся, пока Орри взял мою шляпу, провел меня в комнату и усадил, и лишь потом вп
ерился в его глаза о мрачной решимостью. Наконец Орри не выдержал.
Ч Ты что, не узнаешь меня? Ч спросил он.
Ч Vultus est index animi, Ч произнес я.
Ч Чудесно, Ч сказал Орри. Ч Всегда мечтал узнать, какая муха тебя укуси
ла, черт возьми?
Ч Просто любопытно стало. Ты считаешь меня простаком?
Ч Ты что, рехнулся? С какой стати?
Ч Сам не знаю. Ч Я положил нога на ногу. Ч Ладно, слушай. Я сделал все так,
как мы условились. Пришел ровно в четверть пятого, несколько раз позвони
л, не дождался ответа, как оговаривалось, отомкнул дверь твоим ключом, под
нялся на лифте на четвертый этаж, открыл дверь квартиры вторым ключом и в
ошел. В гостиной никого не было, и я прошел дальше, в спальню. Не могу сказат
ь, что там был кто-то, поскольку называть словом «кто-то» труп Ч не вполне
уместно. Труп был на полу возле кровати. Ни саму Изабель Керр, ни ее фотогр
афию мне видеть не доводилось, но, думаю, это она. Розовая кружевная рубашк
а, розовые туфельки. Чулок нет…
Ч Так она мертва?
Ч Не перебивай. Примерно пять футов и два дюйма, около ста десяти фунтов,
лицо правильное, глаза голубые, белокурые волосы, маленькие уши…
Ч О Господи. О Господи!
Ч Она?
Ч Да.
Ч Больше не перебивай. Мистер Вульф никогда не перебивает. Я даже не стал
к ней прикасаться Ч проверять было нечего. Кровоподтек на лбу и глубока
я вмятина на голове, в двух дюймах над левым ухом и чуть сзади. На полу, в тре
х футах от правого плеча, валяется мраморная пепельница Ч с виду достат
очно тяжелая, чтобы пробить череп куда потолще, чем у нее. На руках и ногах
трупные пятна. Лоб холодный…
Ч Ты же сказал, что не трогал ее…
Ч Трогаю я пальцами. Приложить запястье ко лбу или к ноге Ч не называетс
я трогать. Кстати, нога тоже была холодной. Труп пролежал уже часов пять ил
и больше. Пепельницу вытерли. На полу окурки и пепел, а в пепельнице пусто.
Я провел там шесть минут, задерживаться почему-то не хотелось.
Я запустил пятерню в карман и нащупал то, что искал.
Ч Вот твои ключи.
Орри меня не слышал.
Ч Это тебя-то считать простаком! Ч выдавил он. Ч Тебя! Как ты мог подума
ть?
Ч Любопытство взыграло.
Орри встал и вышел из комнаты. Я бросил связку ключей на столик у окна и ог
ляделся по сторонам. Довольно просторно, три окна и мебель, вполне прилич
ная для не слишком взыскательного холостяка.
Орри вернулся, держа в руках бутылку и пару стаканов. Он предложил стакан
мне, но я отказался, сказав, что только что поужинал. Тогда Орри налил виск
и в свой стакан, приложился к нему, поморщился и сел.
Ч С ума сошел, Ч сказал он. Ч Чтобы я тебя подставил? Теперь ты спросишь,
где я сегодня был, начиная с восьми утра, и смогу ли я это подтвердить.
Я помотал головой.
Ч Нет, это было бы чересчур. Будь я настроен так серьезно, я бы рявкнул: «По
чему ты оставил пепельницу на полу?» или что-нибудь в этом роде. Но факты
Ч упрямая вещь, а кроме тебя, возможно, только мне известно, что ее смерть
тебе выгодна. Даже очень. Поэтому естественно, что меня интересует одна м
елочь Ч ты ее убил?
Ч Нет. Черт возьми, Арчи, я похож на болвана?
Ч Нет. Ты, конечно, не гигант мысли, но отнюдь не болван. Да, было бы забавно,
если бы ты и впрямь решил меня подставить. В конце концов ты же знал, что я и
ду туда. И вдвойне забавно, если ты состряпал себе алиби.
Ч У меня нет алиби.
Орри посмотрел на меня отсутствующим взглядом. Потом он отхлебнул виски
и сказал:
Ч Я же говорил, что сейчас работаю на Баскома. Я вышел в восемь, около девя
ти сел на хвост объекту и вел его весь день.
Ч В одиночку?
Ч Да. Обычное дело. С девяти девятнадцати до двенадцати тридцати пяти я т
орчал в холле здания, где он служит. Потом…
Ч Тоже один?
Ч Да.
1 2 3 4 5
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики