науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— А как насчет остановок, которые придется делать в пути? — плаксиво спросила Полли, недоумевая, почему Ник не может никак понять ее. — Не станете же вы искать для каждой из нас отдельный постоялый двор?
— Я буду делать то, что сочту нужным, — произнес он устало. — Не жалуйся, если я вынужден буду прибегнуть к силе. Тогда уж тебе не придется ничего выбирать!
В этот момент в дверь постучали, и в гостиную вошел лорд Де Винтер.
— Прошу прощения за внезапное вторжение, — сказал он и, ознакомившись с положением дел, обратился к возлюбленной Ника: — Полли, мне кажется, ты поступаешь неразумно. — Ричард посмотрел укоризненно на упрямицу. — Я пришел попрощаться. Завтра утром отправляюсь в Уилтон-Хаус и надеюсь, что вы оба последуете моему примеру.
— Но я не могу ехать вместе с леди Маргарет! — в отчаянии вскричала Полли. — А Николас хочет заставить меня? Вы представляете, что это будет, Ричард?
— Нечто худшее, чем смерть от чумы, — мрачно заметил Николас.
— Но подумай, Полли, — старался вразумить ее Де Винтер. — Николас никак не сможет сопровождать одновременно и тебя, и Маргарет, если вы поедете каждая отдельно!
— Ну да… — Глаза Полли вдруг загорелись. — А почему бы мне не поехать вместе с вами, Ричард? Я ведь тоже собралась в Уилтон-Хаус! А Николас присоединится к нам, когда отвезет свою невестку. — Она с надеждой смотрела то на лорда Де Винтера, то на Ника. И затем добавила тихо: — Я не доставлю никакого беспокойства.
Ричард улыбнулся:
— Дорогая моя, я был бы счастлив проделать этот путь вдвоем, но даст ли нам Николас свое благословение?
— Я не стану возражать, друг мой, — сказал Николас. — Если хочешь иметь дело со столь своенравной девчонкой, воля твоя. Но позволь мне заранее выразить тебе мои соболезнования. Впрочем, особых забот у тебя с ней не будет: она ведь возьмет с собой Сьюзан, и тебе, таким образом, не придется выполнять роль няньки.
— Скажете еще тоже! — воскликнула Полли. Щеки ее порозовели. — Разве я давала вам повод…
— От тебя всего можно ожидать, дорогая моя, — прервал ее Ник. — А между тем терпение мое не безгранично. И если ты и впрямь собираешься ехать с Ричардом, то зови Сьюзан и начинай укладываться.
— Ну а я удаляюсь, чтобы не мешать, — деликатно заявил Де Винтер. — Завтра рано утром ты, Полли, должна быть готова к отъезду.
Когда дверь за ним захлопнулась, Полли виновато взглянула на Николаса прелестным взглядом милых очей.
— Я не хотела испытывать ваше терпение, любовь моя! И мне тяжело расставаться с вами на целых три недели!
В глазах ее, глубоких, как лесные озера, стояли слезы, подбородок дрожал.
Николас, не выдержав, бросился к ней, чтобы утешить, и в порыве всепрощения и страсти заключил ее в жаркие объятия.
В одно из июльских утр лорд Кинкейд и госпожа Уайт, не обременяя себя мыслями о зачумленной столице, ехали верхом через парк в Уилтон-Хаусе. Полли сидела на спокойной пегой кобыле.
— Я не хочу, чтобы вы держали мою лошадь за поводья, — раздраженно сказала она. — Вы обещали, что будете учить меня верховой езде, а в действительности я сижу, как кочан капусты на грядке, в то время как вы ведете мою лошадь!
— До тех пор пока ты не перестанешь сидеть вот так, как… капуста, я просто не смогу отпустить поводья, — ответил Кинкейд спокойно, зная вполне определенно, что слова его вызовут горячий протест. Так оно и случилось.
— И вовсе я не похожа на капусту!
— Извини, Полли, но мне показалось, ты только что сама сказала мне это.
— Вы несносны! Я могу направлять эту глупую лошадь и вперед, и вправо, и влево и даже остановить. Когда же вы позволите мне проделывать все это самостоятельно?
— Когда увижу, что ты уверенно держишься в седле, — произнес Ник холодно. — Ведь ты не хочешь упасть, не так ли?
— Вот еще! С чего вы взяли, что я собираюсь падать! Просто завтра будет соколиная охота, и мне хотелось бы поехать вместе со всеми, но только если вы не будете вести мою лошадь, словно я грудной младенец!
— Твое упрямство поразительно, — покачал головой лорд Кинкейд. — Чего ты стесняешься? Тебя же никто не учил верховой езде с самого детства. Между тем ты сможешь стать великолепной наездницей, если будешь слушаться советов.
Полли хмуро посмотрела на него из-под широких полей элегантной черной шляпы.
— Я не хочу, чтобы вы держали поводья! — настойчиво повторила она. — Я докажу вам, что и сама могу управиться с лошадью!
— Не сомневаюсь в этом. В конце недели, если мы будем заниматься ежедневно, ты сможешь показать мне, на что способна.
Полли обиженно поджала губы. В ее намерения никак не входило ждать до конца недели.
Они повернули на дорогу, ведущую в широкую аллею, по обеим сторонам которой высились дубы, каштаны и красноватые буки. Сквозь густую листву пробивалось солнце, бросая пестрые тени на влажную мшистую землю. Вдали, за деревьями, послышались голоса. Полли дернула поводья, и флегматичное животное покорно остановилось.
— Что случилось? — спросил удивленно Николас.
— Вы что, не слышите? Это герцог Букингемский и леди Кастлмейн, — прошептала Полли, пытаясь повернуть лошадь. — Они едут сюда, а я не хочу встречаться с ними. — Она снова потянула поводья. — Леди Кастлмейн никогда не упускает возможности уколоть меня, и я не собираюсь снова становиться ее мишенью… А ну, шевелись, упрямая скотина!
Дернув что было сил, Полли заставила-таки лошадь повернуть.
Николас усмехнулся.
— Может быть, попробуем галопом? — предложил он. — Так мы быстрее уедем от этой парочки.
Лорд Кинкейд пришпорил коня, и они поскакали через перелесок в открытое поле.
— Ну как, довольна?! — крикнул он, оборачиваясь и весело смеясь. — Надеюсь, теперь-то уж нам не угрожают злые шутки и издевки?
— И вовсе это не смешно! — заметила Полли, покачнувшись в седле, когда лошадь ее внезапно остановилась. — Сегодня вечером леди Кастлмейн наверняка будет услаждать всех и каждого рассказами обо мне. А я… я просто не выношу глумливых замечаний в свой адрес! «Ах, моя дорогая госпожа Уайт, как восхищена я тем, что вы отважились наконец учиться верховой езде! — состроив гримасу, сказала Полли, подражая голосу пресловутой дамы. — Лично я слишком щепетильна, чтобы выставлять на всеобщее обозрение свои попытки научиться чему бы то ни было. Это так неизящно!..»
— Ну, хватит, Полли, — смеясь, прервал ее Ник. — Почему ты думаешь, что кто-то захочет подтрунивать над тобой?
— А разве вы не заметили, сэр, что все эти придворные леди всегда соглашаются с графиней? — произнесла раздраженно девушка. — По неизвестным причинам с недавних пор миледи подшучивает надо мной. Не понимаю, чем я могла ее обидеть?
Николас с любопытством взглянул на Полли. Неужели ей и в самом деле неизвестно, что причиной всему была самая обыкновенная женская ревность? Она должна была бы знать, что женщина, становящаяся для мужчин объектом восхищения и поклонения, всегда вызывает чувство неприязни у остальных представительниц прекрасного пола. Что же касается непосредственно графини Кастлмейн, то она опасалась, что госпожа Уайт может покорить сердце его величества. Уже сейчас король Карл выказывал по отношению к юной актрисе своего театра самые дружеские чувства и обращался к ней с излишней фамильярностью. Полли же вела себя с ним с очаровательной непосредственностью. Нетрудно было заметить, что повелитель, привыкший к лести и благоговейному трепету со стороны своих верноподданных, находил удовольствие в общении с ней. Однако данное обстоятельство не тревожило Николаса. Он знал, что король едва ли зайдет слишком далеко в своих взаимоотношениях с Полли: властитель был очень занят притязавшими на него Фрэнсис Стюарт и леди Кастлмейн, чтобы искать сближения с кем-то еще и вызвать тем самым негодование и ревность у обеих упомянутых дам. Полли, словно угадав мысли Ника, продолжала:
— Леди Кастлмейн никак не может ревновать ко мне: ведь она жена графа и возлюбленная его величества, а я — никто, хотя, конечно, ей и в голову не приходит, сколь низкого я происхождения… А что, если она решила стать вашей любовницей и потому злится на меня? — Девушка вдруг рассмеялась. — Мне было бы трудно осуждать миледи за такое желание: вы намного красивее короля и графа Кастлмейна. Однако я не собираюсь делить вас с кем бы то ни было. И если вы клюнете вдруг на сладкие речи и откровенные знаки внимания, то, сэр, я учиню настоящий скандал!
— Ах ты, моя ревнивица! Не думал, что ты так кровожадна!
— Надеюсь, мне не придется все же прибегать к решительным мерам. — Полли улыбнулась. — Между прочим, герцог Букингемский, с тех пор как прибыл сюда из своего поместья два дня назад, не сказал мне и двух слов. Я веду себя так, словно наши отношения ничто не омрачило, однако он ничего не забыл, я знаю это. Вы не обратили внимания, как смотрит он на меня иногда?
Николас действительно замечал тайные похотливые взоры герцога, которые тот бросал время от времени в сторону госпожи Уайт, и понимал, что Джордж Виллерс не оставил своих надежд. И все-таки причин для особого беспокойства лорд Кинкейд не видел.
— Не думаю, чтобы герцог был опасен для тебя, — сказал Николас. — Он быстро забудет свое огорчение, если ты будешь обращаться с ним с обычной светской любезностью, и найдет себе другой объект обожания.
Полли пожала плечами. Она не была уверена в этом. И все же думать о грустном ей не хотелось. Да и к чему грустить, если в целом все было прекрасно. Здесь, в Уилтон-Хаусе, время бежало незаметно. Развлечения следовали одно за другим: маскарады, балы, игра в теннис, соколиная охота… Кроме того, господин Киллигрэ ставил от случая к случаю небольшие пьесы для увеселения его величества, и Полли, конечно, принимала в них участие, что было для нее совсем необременительно.
В присутствии посторонних Николас обращался с ней с небрежной светскостью, зато когда они оставались наедине… Полли улыбнулась. То, что происходило за закрытыми дверями его спальни в западном крыле дома, не касалось никого, кроме них двоих. Когда слуга лорда Кинкейда заставал поутру госпожу Уайт спящей в постели его господина, то, проявляя невозмутимость и благоразумие, никогда не выказывал ни малейшего удивления.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики