ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


В год окончания института, когда уже пороть Толю было не за что, так как комсомольская работа выручала на любом экзамене, Толя влюбился в самую известную девушку на курсе, дочку второго секретаря вологодского горкома. Оленька тоже влюбилась, и студенты решили пожениться. Но за две недели до свадьбы, когда все другие юные карьеристы умерли от белой зависти, курс отправился в туристический поход. В ночь с субботы на воскресенье студенты пели у костров, выпивали, веселились, купались при луне. Толя не был приучен к алкоголю и потому потерял над собой контроль. Он пошел в кусты обсудить с лучшей подругой Оленьки некоторые детали приближающейся свадьбы. Неожиданно для самих себя Толя и Катерина кинулись друг другу в объятия. А Оленька в поисках жениха услышала стоны и вздохи в кустах и на всякий случай туда заглянула.
Так Толя остался без невесты, квартиры в Вологде и хорошего места.
К тому же, чтобы не вылететь из комсомола, он был вынужден жениться на Катерине, потому что та ждала ребенка. Не могла, коварная, дотерпеть до диплома.
У Катерины жилой площади в Вологде не было, пришлось молодым приехать к отцу в Великий Гусляр. Толя трудился в школе, преподавал обществоведение, ненавидел детей, но учился на них управлять массами.
Дети его тоже не любили, так что возвращался из школы он с газовым пистолетом и дубинкой. После нападения третьеклассников Катерина купила мужу бронежилет.
Бронежилет она купила у своего дяди - нашелся родственник в городе! Был он сначала лейтенантом милиции, потом стал охранником у одного бизнесмена. Когда бизнесмена убили, дядя унаследовал его дело. Катерину дядя Веня любил, купил ей джип, чтобы возить детей и бультерьера на прогулку.
Как-то он сказал Толе:
– Пора брать город в руки. А то развелось жулья - не перебить.
Толя согласился с родственником.
– Я на тебя надеюсь, - сказал дядя. - Придумай программу, понравься народу, будем толкать тебя в думу, а то и выше.
Так Толя стал сначала членом, потом замом, а вот теперь - мэром города. Честным и бедным мужем богатой и нечестной жены Катерины.
Уже в выборных чинах он ездил в Вологду на поклон.
И надо же - встретил свою бывшую невесту. Оленька временно работала уборщицей в детдоме, который спонсировал дядя Веня. А Толя привез туда подарки - старый компьютер, телевизор и мягкие игрушки.
Оленька постаралась скрыться в коридоре, но зоркий взгляд Толи ее настиг.
– Что с предком? - спросил он первым делом.
– На нищенской пенсии, - ответила Оленька.
Во взгляде ее было что-то собачье, будто не она когда-то застукала Толю, а он ее застал за нехорошим делом.
Когда мэр Лебедянский вернулся в Гусляр, его вызвал к себе дядя Веня и сказал, что намерен построить небольшой, скромный дворец на холме, поросшем соснами, который именуется почему-то Боярской Могилой.
– Сделаем, - легко согласился мэр. - Протолкнем участок через инстанции. Только придется платить.
Он проводил дядю до дверей кабинета и стал думать, как повернуть желание дяди к своей выгоде. Строительство предстоит большое, от пирога недурно бы откусить, но так, чтобы электорат продолжал считать его бескорыстным борцом за народное счастье. Недаром ведь в прошлом месяце был введен бесплатный проезд в автобусе для ветеранов Финской войны и боев на озере Хасан в 1938 году. Такой нашелся, и его фотографировали для газеты.
В шесть часов пятьдесят минут Толя Лебедянский пошел домой. Машину он отпустил - пускай люди почаще видят, как он один, без охраны, шагает по улицам города. Каждый может подойти, пожаловаться. Правда, чтобы не было провокаций, в трех шагах сзади шли два парня из ближнего окружения дяди Вени и дубинками отгоняли лишних просителей.
С шутками и улыбками.
Вечер выдался чудесный. Бывают в августе такие детские, теплые, безветренные вечера, когда даже сама природа купается в лучах заходящего солнца, а руководителям хочется быть добрыми и делать людям только хорошее.
Никто к главгору не подходил, потому что люди не очень любили, когда парни дяди Вени пускали в ход дубинки.
Идти до дома было всего минут десять, но мэр не спешил.
Он вышел на берег реки и сел на скамейку. Скамейки были недавно покрашены, и мэр гордился этим небольшим, но важным достижением.
Река спокойно несла свои воды, над ней летали стрижи, и когда из воды появлялось рыло щуки или сома, по воде расходились круги. Сейчас бы удочку, подумал мэр, хотя еще ни разу не ловил рыбу. Все дела, дела...
В последнее время Анатолий Борисович думал вперед.
Ведь пост мэра в маленьком Гусляре - это не цель жизни. Нет. Надо стремиться к большему. Значит, будем брать Вологду, а потом займемся Москвой. Может, снова поискать польскую могилу и выйти на международный уровень?
Не надо думать, что Лебедянский не любил денег. Он любил деньги, но еще больше любил власть и себя во власти. Он старался не смотреть в сторону Катерины, которая с благословения своего дяди распоясалась и даже в магазине отоваривалась бесплатно. Но она не знала, что верная старая лошадь - секретарша Лебедянского Марфута - обходила к вечеру точки, ограбленные Катериной, и возвращала ее долги. Об этом было известно гуслярским обывателям, и это вызывало у них добрые улыбки.
Мэр глубоко ушел в свои думы.
Охранники уныло курили в сторонке и отбивались от комаров.
Над рекой поднимался вечерний туман.
В восемь тридцать, когда начало темнеть, к скамейке подошли четыре человека.
Охранники оживились. Вытащили дубинки. Зарычали.
– Анатолий Борисович, - сказал профессор Минц. - Нам надо срочно поговорить.
Охранники придвинулись и хотели отогнать Минца, который слишком приблизился к мэру.
– Отставить! - сказал Лебедянский. Он хотел поговорить. Не важно, о чем.
Вперед выступил Удалов.
– Толик, - сказал он, - ты помнишь дядю Корнелия? Ты же с моим сыном в одном классе учился.
Это было правдой, хотя, впрочем, все в городе с кем-то учились в одном классе.
– А как же! - Толик улыбнулся загадочно, почти робко, он такую улыбку репетировал перед зеркалом. - Дядя Корнелий!.. А товарищи - с вами?
– Со мной. Дело серьезное, международное, - сказал Удалов.
– Тогда завтра, после одиннадцати. В десять у меня совещание по подготовке к отопительному сезону.
– Пять минут! - сказал Минц. - Дело в том, что мы нашли динозавра.
– Неужели? - спросил Толя. Но не улыбнулся. Потому что эти четверо не были похожи на умалишенных и в то же время очень волновались.
– Мы нашли первого в мире целого динозавра, - повторил Минц.
– И вернее всего, наш город прославится на весь мир, если мы найдем способ их восстановить.
– А что с ними случилось? - спросил Толик. - Вы кости нашли, что ли?
– Представьте себе город Помпеи, - вмешался в разговор Аркадий, - и вам все станет ясно.
На счастье просителей, Анатолий Борисович две недели как вернулся из Неаполя, где участвовал в Европейской конференции мэров малых городов. В Неаполе ему не понравилось, потому что было жарко и дорого, а итальянки, как на подбор, черные или крашеные, как в Румынии, где Анатолий Борисович тоже бывал на симпозиумах по проблемам малых городов.
– Помпеи представляю, - откликнулся мэр. - И если вы имеете в виду лупанарий, то я его посетил в составе экскурсии. Никакого впечатления он на меня не произвел.
– Ну при чем тут лупанарий! - воскликнул Минц, который в Неаполе не бывал, но знал латынь, как и все прочие языки нашей планеты. - Речь идет о трупах в пепле.
И Минц рассказал Лебедянскому о находке.
Живое воображение мэра тут же начало рисовать картины динозавров, заточенных в горе. Решили побывать в пещерах с утра. Встретиться в девять, и сразу - к горе.
Лебедянский попрощался с Минцем и Удаловым за руку, с остальными кивком и, собрав своих мрачных телохранителей, отправился домой.
Набегая одна на другую, в его голове носились мысли и образы.
Он понимал, что Минц с Удаловым не солгали. Оттиски живых динозавров ждали своего звездного часа на окраине вверенного Лебедянскому города.
Дома он велел дочке достать атлас ископаемых животных и принялся листать его, выбирая себе самых достойных динозавров. Будто можно было заказать, каких надо. Анатолию Борисовичу захотелось иметь диплодока тридцати метров длиной и тиранозавра-рекс - страшного хищника мезозойской эры.
– Ты чего это увлекся, Толик? - спросила жена Катерина, раздавшаяся в бедрах и щеках и не любившая причесываться.
Иногда Толик с ужасом думал о том часе, когда он станет президентом Российской Федерации и будет вынужден стоять на церемонии инаугурации вместе с супругой. Страшно подумать! Может, пока не поздно, отказаться от поста президента?..
– Тетя Римма звонила, - сообщила Катерина. Тетя Римма была женой дяди Вени. - Спрашивала, когда начнется строительство.
– Какое строительство? - спросил мэр, любуясь стегозавром. Надо будет раскопать стегозавра. Славный зверюга!
– Ну, коттедж на холме Боярская Могила, - напомнила Катерина. - Нам бы тоже присоседиться...
– Да ты с ума сошла! Я перед народом - как под увеличительным стеклом! Я должен быть хрустальным!
– Тогда сделай банк и запиши на мое имя, - посоветовала Катерина.
– Я тут подумал, - сказал мэр, - и решил: не лучше ли нам на холме детский городок устроить? Как у Диснея.
– Ты мне зубы не заговаривай, - предупредила мужа Катерина. - Ты что, кому-то еще холм решил продать? Сознавайся.
– Тут все в другом масштабе, - ответил муж, сдвигая брови, как на портрете Чапаева, который висел у него в кабинете. - Тут пахнет всемирной сенсацией. Если Минц прав - твой дядя будет лизать пыль с моих ног.
Последняя фраза несказанно испугала Катерину. И она поняла, что мужа надо спасать, опередив его легкомысленный поступок докладом дяде.
– Чувствую, - громко шептала она в телефонную трубку глубокой ночью, когда Толик заснул (ему, конечно же, снились динозавры в шляпах и под зонтиками), - кто-то его шантажирует. Подсовывает ему разную дребедень, чтобы разрушить его светлый образ.
Дядя приглушенно рычал по ту сторону трубки.
Глава 5
Утром Лебедянский разбудил Минца и сам примчался за рулем своего скромного «ниссанчика».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики