ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


стоять в очереди, зная, что то, за чем стоишь,
вот-вот кончится;
когда спрашиваешь, над чем это все смеются,
и узнаешь, что смеются над тобой;
висеть на дереве и постоянно об него стукаться;
подавиться горькой таблеткой;
есть живого осьминога.
Смешно выглядит:
людоед с розой;
дирижер с куриной ногой в руке;
тот, кто, собираясь спать, берет в постель зонтик;
рассказывающий анекдот, который всем давно известен;
человек, передвигающийся с помощью ресничек;
когда двое дураков спорят, кто из них умнее;
толстяк, танцующий польку;
когда голубь злится;
Катя Судакова, которая думает над цзацзуанем
"смешно выглядит";
человек, которого обозвали словом, которого он не знает;
трубочист в белом;
тот, кто написал стихотворение Пушкина,
если, конечно, он не Пушкин;
купальщик в плавках мехом наружу;
футболист, угодивший в сетку вместо мяча;
первоклассник с сигарой;
человек, у которого живот на пуговицах.

ПОЧЕМУ ТАК УСТРОЕНО В МИРЕ
А еще они любят задавать вопросы, чаще всего просто так, для
разговора, для соблюдения некоего негласного правила "спрашивайте,
мальчики, спрашивайте, девочки".
И вопросы сыплются, как из рога, изобилием и разнообразием со-
держимого напоминающего ящик мадам Пандоры.
Начиная с глобальных, утвержденных в качестве стандарта тре-
петной нашей словесностью - "Что делать?", "Кому на Руси жить хорошо?"
и "Чей нос лучше?", и кончая самыми невинными и безответными типа "Что
будет, когда всю нефть из Земли выкачают и сожгут?", "Почему
Торчинский все время лезет?" и "В чем смысл жизни?"
А что, если дать им - каждому - возможность составить, наконец,
свой собственный вопросник, но с условием, что каждый вопрос должен
выглядеть рифмованным двустишием, где первые строчки уже заданы. Вот
они: "Почему так бывает на свете?", "Почему так случается всюду?",
"Почему происходит такое?", "Почему так устроено в мире?". Тем более,
что и в самом деле большинство вопросов, которые их занимают, начи-
наются словом "почему".
Почему так бывает на свете:
1. Что за все не свое мы в ответе;
2. Что ослы разъезжают в карете;
3. Все художники ходят в берете;
4. Не рождаются взрослыми дети;
5. Выпил дома, очнулся в кювете.
Почему так случается всюду:
1. Всем на все наплевать, как верблюду;
2. Удивляются лжи, а не чуду;
3. Безответные моют посуду;
4. Вместо друга целуешь Иуду;
5. Подают меня к третьему блюду.
Почему происходит такое:
1. Вечно мается племя людское;
2. Хризантема грустит о левкое;
3. Нет ни дома, ни в школе покоя;
4. Таракан попадает в жаркое;
5. Нам не врет только Оле-Лукойе.
Почему так устроено в мире:
1. Как бывает устроено в тире;
2. Утром ноги как тяжкие гири;
3. Обязательно муха в кефире;
4. Дырки в бубликах больше, чем в сыре;
5. Барабанщик играет на лире.

ЖИВОПИСНАЯ БЕЗГЛАГОЛЬНОСТЬ ВПЕЧАТЛЕНИЙ
Жил в первой половине нашего сурового века в Москве поэт Георгий
Николаевич Оболдуев.
Для людей порядочных и талантливых время это, и особенно тридца-
тые и сороковые годы, было особенно тяжким, отличаясь повальной, бес-
смысленной, неотвратимой жестокостью.
Не миновала чаша сия и Георгия Оболдуева: две войны, сталинские
лагеря (за "контреволюционную пропаганду" - чтение в одном из домов
стихов Марины Цветаевой) и полная невостребованность - ни одна строка
удивительных его стихов при жизни автора не была напечатана.
И вот, наконец (не прошло и сорока лет со дня смерти поэта),
вышла в свет его книга "Устойчивое неравновесие"...
Стихи Оболдуева при всей их странности и непривычности неве-
роятно заинтересовали обитателей Четыреста Сорок Восьмой. А небольшая
поэма "Живописное обозрение" привела их просто в какой-то жеребячий,
телячий, щенячий восторг.
В качестве иллюстрации предлагаем коротенький отрывок из этой
поэмы:
Скрипучая пышнота капуст;
Ревматические опухоли картошек;
Деревянные кубари реп;
Лошадиные коленки свекол;
Ядреные корни морковей;..
Помойная доблесть редек;
Детские трупики спарж;
Девичья старость редисок;
Тупая талантливость огурцов;
Морская свежесть укропов;
Крепкая непристойность хренов;..
Холодные ляжки дынь;
Футбольные ядра арбузов;
Мускулистые волокна ананасов;..
Потрескавшиеся губы апельсинов;
Аппетитные ягодицы персиков...
и дальше, дальше, дальше - про ягоды, про цветы, про грибы, про
все, что растет, цветет и плодоносит.
Конечно, тут же захотелось попробовать самим. Тем же безглаголь-
ным способом, с теми же аппетитными предметами.
Ах, если бы не полчаса, если бы не жалкие тридцать минут, отве-
денные на все про все, какие бесконечные, какие "сверхживописные"
списки можно было бы составить по "методу Георгия Оболдуева"! Но и то,
что успели, оказалось очень даже недурно.
Наташа Брусницына:
Драные рубашки капуст;
Злые глазки картошек;
Китайские мордочки реп;
Распаренные бока свекол;
Пожухшие чувства петрушек;
Необъяснимая скрытность хренов;
Окровавленные мышцы арбузов;
Испанские воротники ананасов;
Бархатные камзолы персиков...
Зоя Барзах:
Мятое тряпье капуст;
Застывшие экскременты картошек;
Голые черепа тыкв;
Малярийная желтизна морковей;
Аллергическая прыщавость огурцов;
Купеческая крутобедрость реп;
Донорская обреченность свекол;
Рыжие рожи апельсинов;
Патологическая лень арбузов;
Удручающая недоступность ананасов...
Вера Федорова:
Беззастенчивая круглость картошек;
Потная многослойность капуст;
Обидные кукиши реп;
Многозначительные персты морковей;
Темная стыдливость свекол;
Витаминная непосредственность петрушек;
Озеленелая ревность огурцов;
Приторная льстивость ананасов;
Осторожная ворчливость хренов...
Вика Тимошкина:
Беззаботно виляющие хвостики реп;
Окровавленные нутра свекол;
Земляные сосульки морковей;
Надоедающая свежесть огурцов;
Тюремная одежда арбузов;
Невостребованная перезрелость тыкв;
Освежающее мясо апельсинов;
Нездоровый румянец персиков...
Павлик Парфентьев:
Надутая выпученность капуст;
Удручающая темнокоричневость картошек;
Мышиная длиннохвостость реп;
Продолговатая недозрелость огурцов;
Узорная жизнерадостность укропов;
Лопоухое недоумение хренов;
Морозная трескучесть арбузов;
Сладостная выгнутость бананов;
Галантная экзотичность персиков...

СПАСИБО ЧЕРНОМУ ДРОЗДУ
Народу в этот четверг было много, а стихов почему-то мало.
Обязательную программу (чтение новых опусов) мы уложили минут
этак в двадцать.
А дальше?
А дальше мы воспользовались услугами толстой темносиней книги,
которая называлась "Современная американская поэзия", и почти час чи-
тали стихи мудрого Фроста, изобретательного Одена, темпераментной Эдны
Миллей, изящного Э.Э.Каммингса, жизнерадостного Уильяма Джея Смита,
лукавого и невероятно смешного Огдена Нэша.
А когда мы обнаружили у Уоллеса Стивенса "Тринадцать способов
видеть черного дрозда", мы тоже ужасно захотели увидеть что-нибудь са-
мим разными способами, например, СТАРОЕ ЗЕРКАЛО или ЧЕРЕП МАЛАЙСКОГО
БАБУИНА.
Старое зеркало
1. Бабушкины очки -
Два маленьких старых зеркала.
2. Старое зеркало из гостиной
Перенесли на чердак,
И вместо фраков и фижм
В нем стали отражаться
Серебряные усы мышей.
3. Не ищите своего отражения
В старом зеркале, -
В нем отражается только время.
4. Когда моя задумчивость
Смешивается с воображением,
Я думаю о прошедших днях,
Как о старом зеркале.
5. Старое зеркало -
Давно откричавшее,
Отплясавшее и угомонившееся эхо.
Череп малайского бабуина
1. В зоопарке я увидела
Мамуина, папуина,
Дедуина и сынуина,
Которые несли череп бабуина.
Это была похоронная процессия
Малайских семьяинов.
2. Глухой дождливой ночью
Малайский бабуин,
Тяжелый и сгорбленный
Скорбный малайский бабуин
Держит в руках
Череп другого бабуина,
Еще более малайского,
И протяжно мычит:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики