ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Он надеялся на себя, на своих товарищей: все они были проверены в Чечне, под огнем и сейчас повторялась та же Чечня, только уже в глубине России.
Горчаков видел, как графиня, прижавшись щекой к прикладу, плавно нажала на спуск: оглушительно звонко раздался выстрел - звук в этом каменном мешке словно удесятирялся.
Горчаков метнул взгляд туда, куда целилась графиня. В свете разгорающегося пламени он заметил человека в черном. Человек , как будто его толкнули, повалился на спину. Вместо головы, что-то бесформенное.
"Да она же ему полчерепа!"
Из-за каменной кладки опять гортанное:
- Не отдадите - живыми закопаем!
Горчаков знал: это они могут - закапывали попавших в плен тяжелораненых. Хотя чеченские женщины и протестовали, но в горах хозяин мужчина, а у него уже в крови отчаянная жестокость - скопившаяся за двести лет войны с Россией.
Еще в детстве Алеше Горчакову врезался в память рассказ деда, Владимира Харитоновича. Весной сорок третьего года дед воевал на Северном Кавказе. Здесь летом сорок второго прикрывала подступы к перевалу бригада морской пехоты, почти вся она погибла, но немцев к перевалу не подпустила. Зимой, уже наступая, дед оказался в районе прошлогодних боев. Склоны гор пестрели серыми матросскими тельняшками, но ни одного немецкого трупа немцев местные жители похоронили.
Полвека спустя внук воевал в этих предгорьях, и опять земля была усеяна трупами российских солдат. Но это уже была другая война, неизвестно, во имя чего.
А здесь, в Фейергроте, был её отголосок. Нет, пожалуй, просто разбой в глубине России.
После второго выкрика пауза длилась недолго. Нападавшие сосредоточили огонь по входным дверям. Дверь, дубовая, окованная железом, не выдержала, проломилась, загорелась какая-то рухлядь, дым потянуло на верхние этажи.
Горчаков заметил, как двое в черном бросились в пролом. Из-за каменной ограды выскочил было и третий, но графиня успела выстрелить, ранила его в ногу. Хромая, он отскочил за ограду, оставив на земле автомат.
Двое уже были в здании.
- Что-то молчит Корецкий, - над ухом графини крикнул Горчаков. Гляну, что там.
Графиня промолчала. Напряженным взглядом она следила за строением, где могли укрываться нападавшие. Ведь их не двое и не трое.
Пулемет Корецкого молчал. И Горчаков, глотая дым и находя на ощупь ступеньки, спускался вниз.
Уже со второго этажа он увидел пламя. Горела дверь. Двое в черном что-то волокли к выходу. Догадался: схватили Корецкого...
46
К звукам отдаленного боя прислушивался и Мансур Манибаевич Рафиков. Он загнал свой "Мерседесе" в заросли акации. Стоял, ждал. Бой был скоротечный - не более двадцати минут. В Фейергроте что-то горело, по всей вероятности доски.
Потом он видел, как по проселку в направлении Полынной балки промчались четыре мотоцикла. Только на одном седоков было двое. Мансур Манибаевич прикинул: если они выручили Булата, значит, потеряли четверых.
За полуразрушенным мостиком их ждал микроавтобус. Он их доставит прямо к самолету. Потом все будет зависеть от мастерства пилота. Мансур Манибаевич взглянул на часы: опоздали. Самолет уже в небе. Через час он пересечет административную границу.
Мансур Манибаевич безучастным взглядом проводил мотоциклистов. Они были налегке - без гранатометов, без ранцев, только у двоих за спиной автоматы.
Уже при свете дня Мансур Манибаевич проследил, как мотоциклисты подъехали к микроавтобусу, спешились, сбросили в ущелье мотоциклы - так было обусловлено. Прежде чем занять места в салоне, перекурили.
Да, вернуться в Чечню шанс у них был. Но только один из ста. Над Ставропольем их сбили бы и не поглядели бы, что это самолет сельскохозяйственной авиации.
Эти люди никак не должны попасть в руки российских пограничников. Особенно нельзя было сдавать Булата: он так много знал!
Мачсур Манибаевич дождался, когда последний человек вошел в микроавтобус, и повернул ключ взрывателя. Раздался взрыв. Машину охватило пламя.
Мансур Манибаевич молитвенно сложил руки, ладонями провел по лицу:
- Прими, Аллах, их мятежные души.
47
Кабинет капитана Довбышенко после его гибели, видимо, никто не открывал.
Здание райотдела милиции было построено ещё в так называемое застойное время, когда средств на все хватало: поэтому отгрохали домину, как райком партии, - в четыре этажа. Каждый работник имел отдельный кабинет.
А потом с ликвидацией Союза и в связи с возникшим трудным финансовым положением работников милиции сократили почти на половину.
Появилось много свободной площади. Два этажа отдали в аренду коммерческим структурам, в следственном изоляторе разместили казино. Играть в рулетку сюда приезжают главным образом из областного центра - подальше от глаз любопытных, да и налоговая инспекция делает вид, что ничего там нет: в глубинке да ещё в здании райотдела милиции о какой рулетке может быть речь?
И появление в четырехэтажном здании силовой структуры двух московских аспирантов осталось не замеченным: да мало ли кто приходит играть в рулетку? Играют все, у кого есть деньги, лучше всего, доллары - в России они все больше в цене.
Но кто такие Полунин и Давлетова, знал майор Мацак. Лично он и открыл кабинет покойного капитана Довбышенко.
- Располагайтесь. Работайте.
И ушел, положив на стол связку ключей, с которыми не расставался капитан Довбышенко.
Нашли ключ от сейфа. Открыли. На верхней полке стопка папок уголовные дела. Их должен был вести Довбышенко, но, судя по виду папок, к ним следователь так и не прикоснулся. Как потом оказалось, дела передавать было некому - ждали нового следователя, выпускника юридической академии.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики