ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– взвизгнула она. – Он увидел твои проклятые брюки.
Он опустился на стул.
– Господи, я самый несчастный человек на свете!
– Почему? – Она захлебывалась смехом, слезы текли по ее лицу.
– Все пропало… Пропала служба в театре.
– И мне, стало быть, опять надо жить на три доллара в день… Плевать! Мне всегда была противна роль содержанки.
– Но ты не думаешь о моей карьере… Женщины так эгоистичны! Если бы ты не соблазнила меня…
– Замолчи, дурачок! Ты думаешь, я не знаю про тебя все? – Она встала и запахнула кимоно.
– Я так долго ждал случая показать себя. А теперь все пропало! – стонал Тони.
– Ничего не пропало, если ты будешь делать то, что я тебе скажу. Я решила сделать из тебя человека, глупыш, и сделаю. Мы придумаем сценку и будем играть. Старик Хиршбейн устроит нас. Он, кажется, чуточку влюблен в меня… Иди сюда, а то я тебя побью. Давай подумаем… Мы начнем с танцевального антре… Потом ты сделаешь вид, что пристаешь ко мне, понимаешь?… А я жду трамвая… а ты подходишь и говоришь: «Здравствуйте, деточка»… А я зову полисмена…
– В длину достаточно, сэр? – спросил закройщик, делая мелком отметки на брюках.
Джеймс Меривейл посмотрел вниз на маленькую лысую голову закройщика и на широкие коричневые брюки, свободно спадавшие на ботинки.
– Немного покороче… По-моему, длинные брюки старят.
– Хелло, Меривейл! Я не знал, что вы тоже шьете у Брука. Рад видеть вас.
Кровь застыла в жилах Меривейла. Он смотрел прямо в голубые глаза Джека Канингхэма – глаза алкоголика. Он закусил губы и, не говоря ни слова, пытался придать себе строгий и холодный вид.
– Ай-ай-ай! Знаете, что случилось? – воскликнул Канингхэм. – Мы шьем себе одинаковые костюмы… абсолютно одинаковые.
Меривейл удивленно смотрел то на коричневые брюки Канингхэма, то на свои собственные: тот же самый цвет, та же тонкая красная полоска, те же едва заметные зеленые крапинки.
– Слушайте, два будущих шурина не могут носить одинаковые костюмы. Люди подумают, что это форма…
Это смешно!
– Но что же нам теперь делать? – ворчливо спросил Меривейл.
– Бросим жребий, посмотрим, кому достанется костюм – вот и все. Дайте-ка мне четвертак, – повернулся Канингхэм к закройщику. – Так… Ну, говорите.
– Решка, – машинально произнес Меривейл.
– Костюм ваш… Придется мне выбирать другой… Как я рад, что мы встретились… Слушайте, – кричал он из занавешенной кабинки, – отчего бы вам сегодня не пообедать со мной в «Салмагунди-клубе»? Я буду обедать с единственным человеком на свете, который еще больше помешан на гидропланах, чем я… со стариком Перкинсом! Вы его знаете, он один из вице-президентов нашего банка… И вот еще что – когда вы увидите Мэзи, скажите ей, что я завтра буду у нее. Ряд непредвиденных событии помешал мне написать ей… У меня буквально не было ни минуты свободной. Я вам потом расскажу.
Меривейл откашлялся.
– Хорошо, – сказал он сухо.
– Все в порядке, сэр, – сказал закройщик, легонько хлопнув Меривейла по спине.
Меривейл ушел в кабинку и стал переодеваться.
– Ну, дружище, – заорал Канингхэм, – я буду выбирать другой костюм!.. Жду вас в семь.
Руки Меривейла дрожали, когда он застегивал ремень. «Перкинс, Джек Канингхэм, проклятый шантажист, гидропланы, Джек Канингхэм, Салмагунди, Перкинс». Он пошел в телефонную будку в углу магазина и вызвал мать.
– Хелло, мама… Я сегодня не буду обедать дома… Я обедаю с Рандольфом Перкинсом в «Салмагунди-клубе»… Да, это очень приятно… О, мы с ним всегда были в прекрасных отношениях… Да, да, это очень важно… Надо дружить с людьми, стоящими выше тебя… Я видел Джека Канингхэма. Я выложил ему все напрямик, он был страшно смущен. Он обещал все объяснить в течение двадцати четырех часов… Нет, я был очень сдержан. Я помнил, что надо сдерживаться ради Мэзи. Я уверен, что он шантажист, но пока нет доказательств… Ну, спокойной ночи, дорогая. Я, должно быть, приеду поздно… Нет, нет, пожалуйста не жди. Скажи Мэзи, чтоб она не беспокоилась, я расскажу ей все подробно. Спокойной ночи, мама.
Они сидели за маленьким столиком в глубине слабо освещенного кафе. Абажур на лампе срезал верхнюю часть их лиц. Эллен была в ярко-синем платье и маленькой синей шляпке с зеленой отделкой. У Рут Принн было под уличным гримом грустное, утомленное лицо.
– Элайн, вы должны пойти, – говорила она хнычущим голосом. – Там будет Касси, будет Оглторп, вся старая компания… Если вы и имеете успех в журнальном деле, то это еще не резон пренебрегать старыми друзьями. Вы не знаете, как много мы говорим о вас, как мы вами восхищаемся.
– Видите ли, Рут, я просто терпеть не могу большие сборища. Вероятно, это признак старости. Впрочем, я заеду на минутку.
Рут отложила сандвич, который она грызла, и нежно погладила руку Эллен.
– Я была уверена, что вы пойдете.
– Но, Рут, вы мне ничего не рассказали о летнем турне.
– Господи! – разразилась Рут. – Это было ужасно. Содом, сущий содом! Во-первых, муж Изабель Клайд, Ральф Нелтон, наш режиссер, оказался алкоголиком… А потом, прелестная Изабель не позволяла ни одной мало-мальски приличной актрисе выходить на сцену – она боялась, что публика не разберет, кто премьерша. Просто не хочется рассказывать… Это вовсе не смешно, это трагично… Ах, Элайн, я падаю духом. Я старею, моя дорогая. – Она вдруг расплакалась.
– Не надо, Рут, – тихо и твердо сказала Эллен; она рассмеялась: – В конце концов, никто из нас не молодеет.
– Вы не понимаете, дорогая… Вы никогда не поймете…
Они долго сидели молча, обрывки тихих разговоров доносились к ним из других углов сумрачного зала. Светловолосая кельнерша подала им две порции фруктового компота.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики