ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- А у вас есть родные?
- Какое это имеет значение? Вы ведь хотели узнать о Зотове, а не обо мне?
- Простите, если задал неприятный вопрос, - дружелюбно сказал Игорь Васильевич. - Я не хотел вас обидеть.
Бухгалтер смотрел на Корнилова с ненавистью.
- Да, да! Нет у меня родных! Не знал никогда о них и знать не хочу!
- А друзья?
- Что вы ко мне в душу лезете?
"Одиночество, одиночество его мучает!" - подумал Корнилов.
- А зачем Зотов убил сына?
- Откуда я знаю? - закричал бухгалтер. Веко на правом глазу у него задергалось. От его несокрушимого спокойствия не осталось и следа. - Что вы не даете покоя старику? Он умер! Умер! И никто не узнает, зачем он убил сына.
Корнилов подождал, пока бухгалтер успокоится, и примирительно сказал:
- Ладно, оставим в покое Зотова, начнем с другой стороны...
Он достал из папки стопку бумаги, авторучку. И вдруг почувствовал, как напрягся Мокригин. Лицо у него стало каменным, только зрачки еще больше сузились.
- Григорий Иванович, - сказал Корнилов. - У меня есть поручение следователя допросить вас по делу об убийстве Тельмана Алексеева. По вновь открывшимся обстоятельствам...
Мокригин молчал.
- Когда вы виделись с Зотовым в последний раз?
- Пятого января... На день рождения он ко мне приезжал.
- А вы?
- Что я? - не понял бухгалтер.
- Вы когда у него были? У Зотова.
- Сразу после Нового года. Съездил, по хозяйству помог.
- Как вы праздновали день рождения? Много было гостей?
- Нет, никого не было, кроме Коли. Посидели в ресторане - и домой.
- В каком ресторане?
Мокригин осклабился:
- И этим интересуетесь? В "Радуге".
- Где вы были тринадцатого января с часу дня и до двенадцати?
- Ездил в Ленинград, - нехотя процедил Мокригин. - На электричке в тринадцать тридцать.
- Расскажите мне последовательно, где вы были в Ленинграде.
Бухгалтер недобро усмехнулся:
- Если это так необходимо... Попробую вспомнить. - И начал перечислять магазины. Он врал умно, с оглядкой. Корнилов мысленно проследил его путь по городу - все магазины выстраивались по маршруту третьего трамвая.
- Ни один из этих магазинов не был закрыт на переучет? - Корнилов заметил, как на скулах Мокригина вздулись желваки.
- Нет, на переучет закрыты не были, - медленно ответил он. - Правда, в каком-то из них отдел не работал... Только не помню в каком.
"Интересно, почему Мокригин не спрашивает меня, для чего этот допрос и в чем он провинился? - подумал Корнилов. - Хочет показать свое безразличие?"
- Вы что-нибудь купили себе?
- Нет. Искал пальто на меховой подкладке, да не повезло...
"Еще бы! Такое пальто и летом по большому блату не достанешь. А уж то, что его зимой в магазинах не бывает, в этом-то, голубчик, ты уверен. Беспроигрышно играешь".
- Значит, ничего не купили?
- Ничего.
- Когда вы приехали в Ленинград, какая там была погода?
- Пасмурно. Снежок шел, - сказал Мокригин, и Корнилов вдруг увидел, как его лоб внезапно покрылся мелкими капельками пота. Бухгалтер заерзал, стал вдруг перекладывать с места на место бумаги, лежавшие перед ним на столе.
Корнилов помнил, что по сводке метеобюро пасмурная погода со снегом была на Мшинской, а в Ленинграде днем было ясно. Светило солнце. Он почувствовал резкий запах мужского пота.
- Григорий Иванович, а когда вы уезжали из Ленинграда? Время? Погода?
- Не помню, - отрывисто бросил Мокригин. Похоже, что нервы у него совсем сдали.
- Когда пришли домой?
- В двенадцать.
- Это вы на фото? - Корнилов вынул из кармана фотографию Мокригина, которую по его просьбе сделали гатчинские оперативники.
- А вы что, не видите? - огрызнулся бухгалтер. - И что это за допрос?! Я в чем-то виноват? Вы даже не потрудились мне объяснить!
- Служащие станции Мшинская, Григорий Иванович, опознали в этом мужчине пассажира, который сошел с трехчасового поезда и направился по лесной тропе в сторону деревни Владычкино...
- Я был в Ленинграде, - упрямо сказал бухгалтер.
- С этого же поезда сошел и Алексеев, - продолжал Корнилов. - У него были лыжи. Он ушел вперед, но на одной сломалось крепление. - Мокригин уже не мог справиться с собой. Лицо его перекосила какая-то странная гримаса. Он весь подался к Корнилову, впился в него взглядом. - Да, забыл одну деталь - у Тельмана Алексеева была такая же шапка, как у вас. - Он повернулся к вешалке, на которой висели пальто и рыжая мохнатая шапка бухгалтера. И тут его обожгла шальная мысль: "А не бухгалтеру ли предназначалась пуля? Ведь у него и у художника не только шапки похожие. И фигуры тоже одинаковые. Оба широкоплечие, высокие..."
Мокригин молчал.
Тогда Корнилов наклонился к нему и сказал, положив свою руку на руку бухгалтера:
- А ведь это вам приготовил старик пулю, Григорий Иванович. За что?
Мокригин резко вскочил, уронил стул. Несколько секунд он молча смотрел на Корнилова, словно не зная, что предпринять, а потом вдруг громко, горячечно зашептал:
- Не докажете, не докажете! Не мог он в меня. У него и был-то один друг на свете - Гриша Мокригин! Один! Все от него отвернулись, все! И Тельман этот тридцать лет не знался, а тут нате, поперся к папочке. Кому он нужен, Павлик Морозов! Говорил я деду: доживай свой век без чистеньких. Не послушал - умереть ему прощеным захотелось! Тьфу! - Мокригин плюнул и, будто опомнившись, спросил, пристально глядя в глаза Корнилову: - А я-то, я в чем виноват, товарищ хороший? Мне-то вы зачем о прошлом напоминаете? Мало ли в кого стрелял старик. Он и расчелся. Не я ведь стрелял! - И снова закричал: - Что вы мне душу терзаете, всё старых грехов забыть не можете? Вам дай волю - клеймо бы на лбу выжгли!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики