ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

По-моему, ты обещала выпить чаю на этой чертовой яхте, если он ее купит. И сейчас еще не поздно.
Пэнси беспокойно вздохнула, ей не хотелось ничего предпринимать и никуда двигаться. Найти бы какую-нибудь пещеру, заснуть в ней и не просыпаться, пока в волосах не забелеют седые прядки, пока не перестанешь вообще беспокоиться, какого они цвета!
Джеффри подумал:
«Бедняжка… она держится молодцом… Но, очевидно, это лето не слишком благоприятно для Фордов…»
2
Что же заставило Пэнси Форд оказаться в подобном состоянии духа в этой части света задолго до окончания лондонского сезона?
Chercher l`homme.
Мужчина в этом случае был одним из тех возлюбленных, которые имеют обыкновение вновь появляться в жизни женщины, но — слишком поздно. Она уже думает, что навсегда забыла его и все, что с ним связано, — и вдруг он возвращается. Иногда — во сне, в воспоминаниях. («До свиданья, детка, не скучаешь без меня?») Иногда — воплотившись в мужчину того же типа. (И тогда избраннику остается только удивляться, услышав, как она вдруг начинает смеяться, хотя в его словах нет ничего смешного, или увидев, что ее глаза наполняются слезами там, где плакать совершенно не о чем, или ощутив ее неожиданно живой ответ на какую-то незначащую, рассеянную его ласку… Его ли?) Воспоминания, отголоски, сходства…
Но не так вернулся к Пэнси Форд предмет ее девичьей любви. Он явился во плоти — минимуме плоти, поскольку был из тех худощавых, гибких, закаленных солдат, у которых не найдешь лишнего грамма веса и которые кажутся совершенно неотразимыми маленьким, пухленьким, избалованным женщинам. Когда (вот уже три недели миновало) он выбежал из-под тенистых харлингамских вязов, чтобы поприветствовать Пэнси Форд, пришедшую с компанией посмотреть игру в поло, она бледнела и краснела под слоем искусного грима и только смогла воскликнуть: «Неужели! Ты?» Совсем как девочка, только что со школьной скамьи, словно в день их первой встречи… Призвав на помощь весь здравый смысл и светский опыт, накопленный за тридцать трудных лет, она добавила:
— Как глупо все это. Я думала, что тебя убили на южноафриканской войне! Ужасно забавно видеть тебя здесь, Джим! Наверное, ты меня уже не помнишь!
— Как я мог забыть — это было как будто вчера на балу в саду!
(Они встретились там в 1890 году!)
— Смешно… Вот мой сын. Джефф, ангел мой, а это человек, в которого я была когда-то безумно влюблена.
(Ничто так не располагает к доверию, как правда, но кто распознает ее?)
— Влюблена еще до твоего рождения! Джим, какое у тебя звание? Генерал? Полковник? Полковник Хей-Молине.
— Здравствуйте, сэр.
— Здравствуйте.
Рукопожатия, пять минут болтовни о пони, о великолепной «для Англии» погоде, о продолжительности отпуска, — и он убежал, чтобы присоединиться к Друзьям.
«Два серо-голубых глаза, разделенные клювом, скелет, одетый чрезвычайно опытным портным, плюс галстук от Пиффера» — так отразил Джеффри в своей записной книжке появление полковника индийской армии Хей-Молине, на которого его мать смотрела таким взглядом, какого сыну не доводилось замечать прежде. С чего бы это? После нескольких встреч со старым поклонником Пэнси он надеялся на продолжение. «Мне этот оригинал нравится, — записал Джеффри. — Хотя у него нет ничего общего с мамочкой, они просто обязаны сделать друг друга счастливыми, я полагаю. Но разделяет ли мое мнение Хей-Молине? Трудно сказать».
Зоркий, внимательный, непоколебимый, он был одним из тех непобедимых, для которых не существует преграды между окружающим миром и его намерениями. С женщинами он был естественен: «Дорогая моя! Мое сердце у ваших ног». Это сопровождалось значительным взглядом. Было ли это игрой? Или за этим драматическим жестом страстного влюбленного скрывались подлинные чувства? Он сказал:
— Ну вот, мой отпуск кончается. Я должен отплывать пятнадцатого, а сколько мы успели пообщаться с тобой, Пэнси, после всех тех лет, что как саранча съела? Минутку в Харлингаме. Один танец, один визит в твой загородный дом, один час на ялике и обед у леди Скрегг. Не так много, дорогая моя! Ты согласна? Мы должны провести где-нибудь хоть несколько дней — слышишь!
И Пэнси Форд, которая привыкла одной рукой управлять мужчиной, а другой вести автомобиль, была застигнута врасплох.
Она смогла лишь, заикаясь, пробормотать: — О, да, неплохая мысль… но… э… Когда? И тут же спохватилась.
В жизни каждой женщины, сколь бы она ни притворялась, наступает момент, когда она стремится открыть свое сердце мужчине, платя ему золотом, а не разменной монетой, чистейшей искренностью, а не привычным кокетством. Увы! Не всегда тот, кому предназначаются эти сокровища, сознает это. Джентльмены предпочитают ложь!
Это «когда» должно было исходить от Хей-Молине.
Но он впал в неопределенность. Он что-то мямлил о последней неделе отпуска, которую, прежде чем сесть на пароход в Марселе, он должен провести со старыми тетушками на юге Франции, с тетушками, от которых зависит наследство. Было бы неплохо, если бы Форды смогли встретиться с ним там. Симпатичное местечко неподалеку от Монте. И, не сказав ничего более определенного, он улыбнулся.
— Ну, я позвоню или напишу. В общем, сообщу, — он кивнул и растаял.
И все мужчины, с которыми Пэнси Форд обошлась в свое время жестоко, могли бы считать себя отомщенными в последующие две недели, ибо Хей-Молине не зашел, не прислал письма и не позвонил.
3
Раздраженная, измученная женщина искала убежища в другой, более реальной привязанности.
— Джефф! Ах, Джефф, меня обманули!
Это было после ночного пикника возле Стоунхенджа, который устраивали самые блестящие молодые люди Британии — пэры, артисты, художники. О нем много писали, он заранее сделался предметом причудливых сплетен.
— Дорогая! Правда ли, что все они, едва часы бьют двенадцать, ходят задом наперед по кругу совершенно голые и несут чашу горячего супа, а переодетый пастухом дьявол выпивает суп и исполняет сердечное желание каждого?
Там присутствовала половина Русского балета, имена же остальных можно найти в справочнике «Как мы живем день за днем». На этом сборище великий певец танцевал, танцор пел. Не успели разойтись, а уже было известно, что веселье удалось на славу.
Но все, начиная с прелюдии — коктейля и кончая завтраком из яичницы с беконом, все было пустым и тленным для матери романиста. Она не позволила, чтобы в город ее вез на своем «Бентли» влюбленный юноша; она вверила себя Джеффри и «Крайслеру», который он только что купил. Новая игрушка была сплошь в технических новинках, точно жена нувориша в драгоценностях, и Джеффри потребовалась целая вечность, чтобы научиться водить ее.
«Водители отличаются друг от друга так же сильно, как любовники», — гласил афоризм, созданный Джеффри (который неизменно заставлял каждую женщину считать его безукоризненным любовником, но никого не пытался убедить в том, что он безукоризненный водитель). И мать всегда была готова помочь ему сохранить его водительские качества в тайне от человечества. Каким-то образом она устроила так, что юноша, желавший отвезти ее, отправился с хорошенькой девушкой, которая намеревалась ехать с Джеффри.
Форды тронулись в путь, и тогда ни с того ни с сего Пэнси Форд разразилась потоком откровенностей:
— Так мне и надо! За хвастовство, что ни один мужчина не заставит меня снова страдать. Посмотри на меня! Нет, не смотри, лучше выслушай! Джеффри, я должна кому-то излить душу!
Двадцать лет назад родители не выплакивали своих любовных неприятностей взрослым детям, но времена меняются. Не так давно на страницах английской «Тайме» в колонке писем появился жалобный и многозначительный призыв:
«Мама, дорогая, вернись же домой. Фред».
Тридцатью годами раньше мама умоляла бы вернуться домой своего сбившегося с пути Фреда, обещая все забыть и простить.
Но современный романист Джеффри Форд не находил ничего необычного в том, что мать попросила выслушать ее сентиментальные страдания. Его мать, чей праздный образ жизни он наблюдал четверть века.
— Джефф! Я была так молода, когда встретилась с ним! Я была мягкой, как сургуч, и Джим Молине пришел и приложил печать! Между нами было все, кроме помолвки! Я надеялась, что он меня любит так же сильно, как я его. Таким он казался. Однажды… Джефф, могу я рассказать о чем-то очень постыдном?
— Продолжай, дорогая, это же только мне, — сказал ободряюще сын, который, будучи романистом, не мог не оценить этих воспоминаний. Он отчетливо представил себе молоденькую девушку эдвардианской эпохи — юную Пэнси, которая осмелилась на что-то постыдное ради любви…
— Знаешь, было лето, мы носили тогда огромные, как колесо, шляпы с вуалью…
— С чем?
— Не смейся. Я знаю, это звучит допотопно. Теперь девушки носят более открытые одежды… кроме того, кожа у них лучше… но в те времена мы носили вуали. Какие это были вуали! Мне очень шла кремовая с черными крапинками… Он смотрел, смотрел и тихо так заговорил: «Наверное, я так несчастен из-за вуали». Я подумала, что он хочет поцеловать меня, а противная вуаль была аккуратно приколота и завязана, и, Джеффри, — я порвала ее!.. Ты можешь представить себе женщину, готовую разорвать что-нибудь из своих вещей? А я порвала вуаль — у самого рта. Но он только сказал: «Проклятие. Кто-то идет…» И все… Меня обманули? Меня? Пэнси Бевингтон? Но все это не имеет никакого значения, когда ты влюблена!
Джеффри издал звук сострадания и так неловко переключил передачу, что следующие слова матери утонули в рычании мотора:
— Но я чувствовала… чувствовала, что он любит, и ждала, когда же он скажет об этом. А он просто ушел. Отпуск кончился, и он уехал, не сказав ни слова, и скоро женился на какой-то ужасной девушке, которую знал с детства! И что мне оставалось, кроме как «благополучно» выйти замуж и плохо вести себя всю оставшуюся жизнь?
— Ничего. Конечно. Что тебе оставалось? — согласился утешитель-сын. Несмотря на собственные неприятности, он был тронут трагедией кокетки.
— Я так и не смогла с этим примириться! Никогда! Я стала безжалостной! Я превратилась в настоящую бестию по отношению к мужчинам!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики