науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как она справляется с этим. И вообще, так
ли уж это важно для нее? Наверное, это что-то вроде того,
как попытаться собрать и распутать несколько десятков
клубков шерсти, разбросанных и запутанных игривым котенком.
Пожалуй, даже намного сложнее. Длинная череда дней,
проведенных в палате N 312. И все это в хаотическом
нагромождении друг на друга.
К кнопке вызова медсестры они приспособили небольшой
рычажок с веревочкой, другой конец которой привязали к
указательному пальцу ее левой руки - она уже не в состоянии
дотянутся до этой кнопки и нажать ее, если вдруг ей
понадобится помощь или просто возникнет необходимость в
утке.
Но даже и это ей уже неподконтрольно - она практически не
чувствует своих внутренних органов так же, как не чувствует
ног или рук, и о том, что сходила под себя, узнает только по
доносящемуся запаху. За время пребывания в клинике она
похудела с шестидесяти восьми до сорока трех килограммов, а
все ее мышцы атрофированы настолько, что ее тело можно
сравнить разве только что с телом плюшевой куклы. Имеет ли
это какое-нибудь значение для Кева?
Способен ли он, Джонни, на убийство? Ведь он хорошо
понимает, что это, как ни крути, самое настоящее убийство.
Причем не просто убийство, а матереубийство, как будто он -
внутриутробный плод из ранних рассказов Рэя Брэдбери,
задачей которого является убийство вынашивающего его
организма. Причем убийство во время родов - убийство
организма, уже даровавшего ему жизнь. И действительно,
Джонни был единственным ребенком в семье, с рождением
которого были связаны большие трудности. После появления на
свет его старшего брата Кевина, доктор сказал его матери,
что лучше бы ей не иметь больше детей, поскольку это связано
с большим риском для жизни...
Ее рак начался именно с матки.
Его жизнь и ее смерть начались в одном и том же месте.
Как будто там появился какой-то его темный двойник,
который уже медленно и грубо подталкивает ее к краю могилы.
Так почему же он сам не может сделать это более быстро и
бесполезно? НЕ ЛУЧШЕ ЛИ будет сделать это ему самому?
Он уже постепенно приучил ее к тому, что когда ей больно
(вернее, когда ей КАЖЕТСЯ, что ей больно), он дает ей
анальгин. Она уже воспринимает это спокойно. Таблетки лежат
в выдвижном ящичке тумбочки в футляре от очков для чтения,
которые ей уже больше не понадобятся. Они решили убрать их
из тумбочки так же, как и ее вставные зубы, опасаясь того,
что она может непроизвольно втянуть их в себя и
задохнуться. Сестра выдает ей таблетки сама. Но они с Джонни
придумали такую вот хитрость с футляром для очков, поскольку
она питает очень большое уважение, просто мистическое
какое-то преклонение перед всевозможными таблетками и
глотает аспирин до тех пор, пока не побелеет язык.
Конечно, он без труда сможет дать ей эти пилюли.
Трех-четырех будет вполне достаточно. Тысячи четырехсот
гранов аспирина, четырех сотен гранов Дарвона для пожилой
женщины, вес которой уменьшился за пять месяцев на одну
треть - более, чем достаточно.
Никто не знает, что у него есть эти пилюли - ни Кевин,
ни жена. Он думает о том, что было бы лучше, если бы в
палату N 312 положили кого-нибудь еще. Тогда бы он не так
волновался. Тогда его непричастность была бы еще более
очевидна, а если дело дойдет до расследования, то вину его
доказать будет значительно труднее. Действительно, так было
бы лучше. Если бы в палате лежала еще какая-нибудь женщина,
то он был бы очень благодарен за это Провидению...
- Ты сегодня выглядишь лучше.
- Правда?
- Намного. Как ты себя чувствуешь?
- Ох, не очень. Сегодня не очень хорошо.
- Давай посмотрим, как двигается твоя правая рука.
Она медленно и очень с большим трудом отрывает ее от
простыни. Рука со скрюченными пальцами замирает на какое-то
мгновение в воздухе и падает - ТУМ. Он улыбается ей, и она
улыбается ему в ответ.
- Тебя сегодня осматривал доктор?
- Да, он приходил. Он каждый день ко мне приходит. Очень
мило с его стороны. Дай мне, пожалуйста, немного воды, Джон.
Он дает ей стакан с трубочкой.
- Спасибо тебе, Джон, за то, что ты так часто навещаешь
меня. Ты очень хороший сын.
Она снова плачет. Вторая кровать пуста. То и дело мимо
застекленной стены палаты проплывает грязно-белые или
голубые "джонни". Дверь полуоткрыта. Он осторожно забирает у
нее стакан, тупо пытаясь сообразить, "полупустой он или
полуполный".
- А как левая рука?
- О, намного лучше.
- Давай посмотрим.
Она поднимает ее. Мать всегда была левшой и, может быть,
поэтому левая рука оправляется от губительных для моторных
функций осложнений после кортотомии быстрее. Она медленно
сжимает пальцы в кулак, сгибает руку в локте, похрустывая
суставами запястья и пальцев. Вдруг рука неожиданно падает
на простыню с глухим звуком - ТУМ.
- Я совершенно не чувствую ее.
Он подходит к стенному шкафу, открывает его, достает из
него пальто, в котором она приехала в клинику и вынимает из
его кармана ее кошелек. Она панически боится воров. Она
просто помешалась на них с тех пор, как услышала от бывшей
своей соседки по палате, что у одной пожилой дамы в старом
крыле клинику украли пятьсот долларов, которые она прятала в
тапочке. Она уже несколько раз рассказывала ему об
уборщицах, которые готовы слямзить буквально все, что плохо
лежит, особенно у спящих больных. Его мать вообще стала
помешана слишком на многом. Однажды она рассказала ему
дрожащим голосом об одном человеке, который якобы зашел
как-то поздно ночью в ее палату и, спрятавшись под кровать,
просидел там до утра, а потом так же тихо ушел. Это конечно
можно было объяснить действием многочисленных
транквилизаторов, которыми они ее пичкают. Но главная
причина, без сомнения, в том, что у нее наметились явные
нелады с психикой. Просто паранойя какая-то. Вообще-то здесь
самое настоящее разгулье для наркоманов - таблетки можно без
труда стащить из аппараторской в конце коридора, которая
почему-то никогда не запирается. Может быть, это сделано
даже нарочно. Приближение смерти не так, наверное, трагично,
когда находишься под мягким черным одеялом транквилизаторов.
Чудеса современной науки.
В кошельке кроме денег лежат еще и ее таблетки. Он
возвращается с ними к кровати, садится на стул и открывает
его.
- Дать тебе что-нибудь отсюда?
- О, Джонни, я не знаю...
- Выпей что-нибудь. Может, тебе станет легче.
Ее левая рука медленно отрывается от простыни и,
окачиваясь, поднимается как поврежденный вертолет. Она
неуверенно подносит ее к кошельку и, опустив пальцы внутрь,
достает оттуда упаковку каких-то таблеток.
- Отлично! Молодец! - аплодирует Джонни.
Но она отворачивает лицо, вернее глаза, в сторону и
произносит плачущим голосом:
- В прошлом году я могла поднять этими руками два полных
ведра воды.
Ну, вот и время. Нужно делать это сейчас. В палате очень
жарко, но на лбу у него выступает холодная испарина. "Если
она не попросит сейчас аспирин, - думает он, - то я НЕ
СДЕЛАЮ ЭТОГО. Не сегодня". Но он знает, что если не сегодня,
то, значит, уже никогда.
- Ну ладно, Джонни, дай мне пару моих пилюль, - говорит
она, с опаской косясь на полуприоткрытую дверь.
Она всегда просит его об этом именно так, слово в
слово. Как заядлый наркоман. Но старается не выходить,
однако, за рамки предписаний врача. Разве что совсем
немного. Ведь она потеряла слишком много веса, да и здоровья
тоже, и боится "перебрать", точно так же выражались и они с
приятелями, когда баловались в колледже разными наркотиками.
Ведь при ослабленном организме очень легко не рассчитать
дозировку и оказаться на волосок от смерти. А можно и
"перебрать". Одна лишняя таблетка или ПИЛЮЛЯ - и ты за
гранью. Как раз это, говорят, и случилось с Мерилин Монро.
- Я привез тебе кое-какие пилюли из дома.
- Да?
- Очень хорошее болеутоляющее.
Он вытаскивает коробочку из кармана и протягивает, чтобы
показать ей. Она может читать только с очень близкого
расстояния, да и то различает только крупные буквы.
- Я уже принимала Дарвон раньше. Он не помогает мне.
- Здесь концентрация выше.
- Выше концентрация? - переспрашивает она, медленно
переводя взгляд с коробочки на него.
В ответ он только глупо улыбается. Говорить он уже
просто не может. Точно так же было, когда он впервые узнал
женщину на заднем сидении автомобиля его друга и вернулся
домой уже очень поздно. Когда мать спросила его, как он
провел сегодня время, он точно также глупо улыбался ей в
ответ, как и сейчас.
1 2 3 4 5
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики