ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ну, нет! Он никогда не ошибается. Это вы, Николай Николаевич, что-то забыли, заспали, поскольку только что проснулись, хотя уже двенадцатый час дня... Там у меня еще кое-что есть,— сказала Татьяна Васильевна, игриво скосив глаза на корзинку.— В стеклянной, так сказать, посуде. Не желаете? Некоторые видели, что вы до утра сидели с Заплюйсвечкиным...
Кретов подошел к столу и молча принялся складывать все принесенное Татьяной Васильевной обратно в корзинку.
— Не принимаете, значит, подарок? — перестав жеманничать, спросила Татьяна Васильевна.
— Да, не принимаю,— ответил Кретов.— Потому что это не подарок. Подарок, Татьяна Васильевна — вещь совершенно бескорыстная. А здесь — корысть, соображения. Не принимаю.
— Хоть вареники оставьте,— попросила Татьяна Васильевна.— Я сама их лепила. До смерти обижусь.
— Большое спасибо, Татьяна Васильевна. Но когда возвращаешь рубли, надо возвращать и копейки, из которых они складываются. Верно? — Кретов завернул мисочку с варениками в тряпицу и бережно опустил ее в корзину.
— Зануда,— высказалась категорично Татьяна Васильевна.— Как были занудой, так и остались. Совсем зачерствели на сухарях. Такая женщина к вам приезжала, когда вы были в больнице, такой симпомпончик, такая умница, роскошная, красивая, а вы?
— Что я?
— А вы ржавый гвоздь — вот кто вы! Зануда! — почти крикнула Татьяна Васильевна, схватила корзину и ушла.
Как только ушла Татьяна Васильевна, пришла Кудашиха. Села на табуретку, пригорюнилась, завздыхала.
— Что-нибудь случилось? — спросил Кретов.
— Ото ж и оно, что случилось, дорогой ты наш постоялец. Не знаю, что и сказать,— Кудашиха ссутулилась, чуть ли лицом не в колени уткнулась.— Ночами не сплю, все из рук валится, сердце болит. Такое случилось, что не дай господь...
Кретов не стал ее торопить, чувствуя, что ей надо высказаться, выговориться, душу облегчить. Присел рядом, тоже пригорюнился: жалел Кудашиху, добрую старуху, на
которую опять свалилась какая-то беда, скорее всего, из-за Аверьянова и Татьяны, которые, наверное, опять не ладят, буйствуют и дерутся.
— Стала вчера печку подбеливать, так ведро с известкой перевернула,— продолжала Кудашиха.— Так задумалась, что ведро не заметила. Известка растеклась по всей хате — ой, горюшко ж ты мое! — стала я ее тряпкой собирать, да сердце закололо, еле до кровати доползла. Ладно, отдышалась маленько, опять за эту проклятую известку взялась. А тут прибегает соседка Лидка, говорит, что Ва-сюсику кто-то хвост отрубил, что сидит он у них в коров-пике, совсем сдыхает... Я ж к нему, я ж его домой, да хвост ему промывать марганцовкой, да лекарство ему в рот заливать, чтоб не околел совсем. И у кого только рука поднялась на безгласную животную?! Это ж какие изверги, какие бесчувственные люди! Отпоила его, отмыла. Вроде как в себя приходит. И что оно могло, то животное, сделать такого, чтоб хвост ему отрубить? Что?
— Бедный Васюсик,— проговорил Кретов.— А я-то думаю: куда оп запропал?
Кудашиха подбиралась к главному своему горю медленно, осторожно, словно боялась разбудить его. А горе оказалось вот какое: Аверьянов, женившийся на Татьяне и ставший ее зятем, потребовал, чтобы она, Кудашиха, продала свой дом и перешла жить к нему. «А то за детьми доглядать некому»,— сказал он Кудашихе. Но дело, как думалось Кудашихе, вовсе не в детях, не главным образом в детях — ведь она могла присматривать за ними, живя в своем доме, брать их из детского сада, из школы, варить им и стирать. Главное было в том, что Аверьянов вознамерился купить себе машину, а для этого ему нужны были деньги. Вот он и потребовал, чтобы Кудашиха продала свой дом, а деньги отдала ему на покупку машины.
— Только ж знаю я, что из этого получится,— предрекала себе еще более страшную беду Кудашиха.— Разругаются они, выгонит Аверьянов меня и Татьяну из своего дома, и останемся мы без крыши над головой, без денег, без всего, потому что старая я уже, ничего не заработаю. А что заработала — и дом, и что на сберкнижке лежит,— то все пустим на ветер, все!..
Кретов хотел сказать Кудашихе: «Так не продавайте свой дом», но вовремя спохватился: он не мог быть советчиком в этом деле по двум причинам. Если Кудашиха уже решила продать дом, то весь этот ее разговор — только предупреждение ему о том, что пора искать себе другую
квартиру. А если же она ищет в нем союзника против Аверьянова и найдет в нем такого союзника, а потом скажет об этом Аверьянову, дескать, квартирант не советует продавать дом, то Аверьянов начнет против него новую кляузную кампанию. Кретов воздержался от совета и только спросил:
— А что ж дочь ваша, Татьяна? Она тоже требует, чтоб вы продали дом?
— Тоже. Бо дура, бо не знает мужиков, бо ничему не научилась, бо соображения никакого нет,— запричитала Кудашиха.
— Потом скажете, когда найдете покупателя,— попросил Кретов.— Я, конечно, освобожу времянку по первому вашему требованию.
— Ага,— обрадовалась, как показалось Кретову, Кудашиха его словам.— Большое вам спасибо!
Белов появился в Широком только на следующий день, да и то лишь под вечер. Прикатил на райкомовской машине, не один, а с целой свитой сопровождающих. Кретов узнал об этом от Куликова, директорского шофера, которого тот прислал к нему с этим, как сказал сам Куликов, «специальным донесением».
— Но вас в контору не просят,— закончил свое «донесение» Куликов.
— А кого просят? — поинтересовался Кретов.
— А вот,— показал Куликов Кретову бумажку,— целый список. Всех должен немедленно доставить и, как говорится, чтоб все были в полном ажуре: в костюмчиках, при галстуках и не пахли.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики