ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Передай Джуди и детям мой сердечный привет. Но оставь немного и для себя. Нет, погоди. Дай-ка мне еще Джуди на минутку.
– Лиз? – Я так и вижу, как Джуди опять снимает клипсу, перед тем как поднести трубку к уху.
– Спасибо, подружка. Ты просто прелесть.
– Я понимаю. Желаю хорошо повеселиться.
Джилл наблюдает за мной, слегка прикрыв веки. Так же она делала, когда я обманывала маму и моя сестра знала об этом, а мама – нет. Может, мне это только показалось? Я рассказываю всем историю Франка Н. Штейна, тщательно избегая упоминания о Питере.
Джилл с девочками едут в моей машине. А Дэвид и Гарри загружаются в «БМВ» вместе с багажом. Однако нам приходится сделать круг и вернуться домой. На середине трассы 128 Дэвид звонит мне по мобильнику из своей машины. Невзирая на мои протесты, он обеспечил меня личной трубкой на тот случай, если у меня сломается машина, и мне понадобится вызвать техпомощь.
– Лиз, это я, – говорит он искаженным помехами голосом. – Гарри вспомнил, что забыл пироги на столе. Ты сможешь вернуться за ними?
Мы выезжаем второй раз, девочки держат на коленях пироги с тыквенной и орехово-изюмной начинкой.
– Не трогай корочку, – предупреждает Джилл Кортни, осторожно держа яблочный пирог, чтобы начинка не вытекла и не запачкала ее куртку.
– Как вы думаете, будет снег? – спрашивает Кортни. – Мне так хочется посмотреть на него. Я видела снег только раз в жизни, когда мы ездили в Колорадо кататься на лыжах.
– Вот дурочка, еще слишком тепло, – осаживает ее Мишель.
– Они пререкаются, как мы с тобой в детстве, – говорит Джилл. – Не удивительно, что мама выгоняла нас в наши комнаты…
Она не успевает закончить, мы въезжаем в наше родовое поместье, наш главный семейный колониальный очаг начиная с 1756 года. Вход в дом обрамляют две колонны. Кирпичный дом перед Гражданской войной дополнили деревянными пристройками. А еще мы знаем, что в нашем доме в свое время прятались беглые рабы, когда существовала так называемая подпольная железная дорога. Мы обнаружили подвал, где прятали этих беглецов.
Водопровод провели в дом во время Первой мировой войны, электричество – в период Великой депрессии, а комбинированные окна вставили во времена Корейского конфликта. Крышу последний раз перекрывали во время Вьетнамской войны. И все это время, невзирая на ремонты и национальные кризисы, в нашем доме рождались, жили и умирали поколения моих предков.
Здешняя почва такая каменистая, что Мозес Путнам, наш первый американский поселенец, должно быть, был либо жутким оптимистом либо не слишком умным, если задумал основать земледельческую ферму в таком местечке. Сейчас, правда, на этих землях уже растут яблоневые сады. Мой брат Бен начал выращивать карликовые деревья пять лет назад. Его скудные урожаи можно передать поговоркой «Что посеешь, то пожнешь», но они являются добавкой к его доходу, получаемому от занятий ландшафтной архитектурой. Он занимается в основном чертежами, а не физическим трудом на свежем воздухе.
Первым нам навстречу выходит Бен. Он живет близко, в начале улицы, и часто забегает сюда, чтобы помочь матери.
Джанис, моя невестка, пухленькая и румяная как обычно, держит на коленях пятилетнюю Саманту. Они сидят у камина в кресле-качалке. Сэмми спрыгивает с материнских колен, чтобы раздать поцелуи.
– Какая ты красавица, – говорю я, пока она самодовольно кружится перед нами, хвастаясь своими ажурными колготками и красным бархатным платьем.
– Чтобы вытащить ее из джинсов, мне пришлось пригрозить, что я разорву их на мелкие кусочки, – говорит Джанис.
Мама в своей родной стихии – все ее птенцы слетелись в гнездо. Я усаживаюсь поближе к огню в освобожденное Джанис кресло. От тепла меня клонит в сон. В нашей кухне оригинальный очаг. Слева от камина – дровяная печь, в которой можно готовить хлеб, а справа висят огромные металлические крюки, на которые когда-то подвешивали мясные туши. Сегодня на этой печке разве что подогреют пастилу или зефир, если кто-то останется голодным после праздничного обеда и десерта. Вокруг нас уже витают чудесные ароматы.
Шепот Джанис возвращает меня в настоящее.
– Мама хочет сообщить важную новость. Пожалуйста, не спорь с ней. – Она заговорщицки прикладывает палец к губам. Я заинтригована.
Дэвид, Гарри и Бен отправляются рубить дрова. Через окно до нас доносятся приглушенные удары топора. Мать что-то напевает себе под нос. Давненько я не видела ее такой довольной.
Из печи вынимают зажаренную шипящую индейку. Мама вручает мне нож.
– Артрит совсем меня замучил, я не смогу хорошо разрезать. Давай-ка, займись делом, да не забудь, что лучший кусок выбирает не тот, кто режет. Включая куриную гузку.
– Неужели индейка запекается в такой странной штуковине? – спрашивает Мишель. Она вернулась в кухню проверить, как идет подготовка к обеду. – Бабушка, а ты правда кипятишь мыльную воду в сковородках, если к ним пристает пища?
– Да, а что тут особенного?
– Да нет, ничего. Вообще-то мама тоже делала так раньше, до того как у нас появилась домработница.
– Давайте сочинять книгу. Можно назвать ее «Материнские заботы», – говорю я.
Кухонный стол ломится от угощений – дань обжорству.
– Я читала, что средний американец уничтожит сегодня по меньшей мере семь тысяч калорий, – говорит моя увлекающаяся статистикой сестра.
– Я приму посильное участие, – говорит Бен.
Он входит с охапкой дров в сопровождении Дэвида и Гарри. На бороде моего брата поблескивают капли дождя. У всех мужчин раскрасневшиеся лица.
Осторожно ступая по неровным половицам, мы перетаскиваем еду в столовую.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики