ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ты всегда хотела ребенка, – замечает Бен. Питер принес покрытый салфеткой поднос с четырьмя чашками. Все ложечки на блюдцах лежат строго в одном направлении, и рядом стоит плетеная корзинка с пряниками, оставшимися от елочных украшений. Он показывает на мою чашку.
– Эта без кофеина, – предупреждает он. Джанис и Бен переглядываются. Отлично зная их, я вижу, что они одобряют его поведение. В атмосфере еще витает легкое напряжение, не затаенное, а скорее подобное дыханию ветра в жаркий полдень.
– Какие у вас планы? – спрашивает мой брат.
– Перестань строить из себя папочку, – говорю я Бену, который сразу приносит извинения.
Питер, найдя удобный предлог, удаляется, предоставив нам возможность для родственного разговора. Босси предпочитает остаться со мной или, возможно, поближе к пряникам. Она пристраивается так, что прямо перед ее носом маячит заветная корзинка.
– Мне он понравился, – говорит Бен, когда Питер скрывается на балконе. Отломав ручку у пряничного ангела, он вопросительно смотрит на меня, переводя взгляд на собаку. Я говорю, что он вполне может угостить ее.
– На вид он очень хорош, – говорит Джанис. – Я надеюсь только, что ты понимаешь, что делаешь.
– На данный момент в моих делах полная неразбериха. Но он замечательный.
Я поведала им, как я попала из дома «Д» в дом «П», включая мои шатания в разные стороны. Джанис, сидящая на подушке у ног Бена, склоняется, чтобы похлопать меня по колену.
Когда я заканчиваю свою историю, Бен предлагает позвать Питера из добровольного изгнания. Поднявшись на второй этаж, я вижу, что он смотрит «Альфа» по каналу, который повторяет все сериалы, начиная от сотворения мира.
– Какие проблемы! – восклицает он, отлично подражая голосу Альфа, когда я предлагаю ему пойти со мной в гостиную. Потом он касается рукой моего подбородка и слегка приподнимает его. – С тобой все в порядке?
– Да. Мой брат и его жена одобрили наш союз. – Я замечаю, как спадает напряжение Питера, плечи его слегка опускаются, и он обнимает меня. Сейчас мы понимаем друг друга без слов.
Мы возвращаемся в гостиную, Бен и Джанис остаются с нами еще пару часов. Мы разговариваем о музыке, о киоске Питера, о яблоневых проектах Бена, о Сэмми и о самом последнем политическом скандале.
– А где вы, ребята, собираетесь встречать Рождество? – спрашивает Джанис.
– Мы пока не говорили об этом. Были слишком заняты подготовкой, – отвечает Питер.
– Приезжайте к нам на рождественский ужин. Или даже в канун Рождества, чтобы остаться на ночь, – предлагает Джанис.
– Мы ведь единственные родственники на этом краю земли, и нам лучше держаться вместе, – говорит мой брат.
– Да, уж точно, – поддерживает его Джанис. – После всех этих переездов и перестановок в нашем доме сейчас царит настоящий хаос, но если вы сможете смириться с беспорядком, то мы с радостью примем вас.
Питер широким жестом обводит рукой свой дом, привлекая наше внимание к его творческому беспорядку.
– По-моему, именно так и должен выглядеть жилой дом.
Перед уходом Бен говорит мне:
– Я скажу маме, что нам он понравился. Возможно, это поможет.
Жутко студеный январь выдувает из домов сердечное тепло рождественских каникул. Из-за пары штормовых северо-восточных циклонов, один за другим обрушившихся на город, откладывается начало занятий в колледже. Город замирает на два дня. Снег приглушает все звуки. Выглянувшему наконец солнцу не удается прогреть морозный воздух и растопить снежные заносы. Такой злющей зимы не было уже лет десять.
Когда занятия все же возобновились, я, потеплее укутавшись, отправилась в колледж. Лыжный пуловер с капюшоном и маской защищает мое лицо. Как чудесно выйти на улицу после долгого домашнего заточения. Поскольку на тротуарах полно снега, то идти по ним довольно трудно.
Я надела толстенный свитер, чтобы скрыть мой округлившийся живот, и шерстяные колготки под слаксы, чтобы не мерзли ноги. Даже если бы я не была беременной, то выглядела бы толстой, учитывая, сколько слоев теплой одежды защищает меня от холода.
Согласно расписанию, мне предстоит вести три уже знакомых курса. Но я не из тех профессоров, которые из года в год читают одни и те же лекции. Я стараюсь идти в ногу со временем и разнообразить учебный материал. У меня также есть два новых кураторских поручения и приглашение стать соавтором статьи для журнала «Медицинское обслуживание». Загруженный получается семестр.
Термометр в моем кабинете показывает + 18 градусов, что кажется мне чудесным после уличной стужи. На сей раз я рада, что отопительную систему так и не отрегулировали.
Онемевшими от мороза пальцами я беру коричневый конверт внутренней почты колледжа с грифом «совершенно секретно». Должно быть, его сунули под дверь моего кабинета, раз я не нашла его в моем рабочем почтовом ящике. На конверте оттиснуты сорок четыре линии для возможности многократного использования в целях экономии денег и древесины. Конверт запечатан скотчем со специальными красными прорезями, чтобы ни у кого постороннего не возникло искушения распечатать его. Имя отправителя вычеркнуто толстым черным маркером.
Я осторожно вскрываю послание. Обычно подобные конверты приходят от кадровиков, готовых засекретить все на свете. Однажды я обнаружила в нем некую законоведческую статью, которую наша начальница отдела кадров аккуратно вырезала из «Уолл-стрит джорнал». Она сопроводила ее запиской: «Возможно, ваш супруг сочтет это интересным». На том конверте также стоял гриф секретности. Может, ей не хотелось, чтобы ее уличили в излишней любезности.
Второй причиной для грифа секретности бывало появление какой-то внутренней проблемы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики