науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Раф остановился у закрытой двери, принюхиваясь к запахам, идущим из щели снизу, и прислушиваясь.
– Что-то тут не так. Чем это пахнет?
– Листья гниют, – пробормотал Шустрик. Этот запах почему-то пугал его. – Знаешь, они падают осенью и заполняют каналы… Черви и мухи, черви и мухи… А ты часом не проголодался?
– Еще нет.
– Тогда пошли дальше, Раф, мы все же убегаем. Если будем торчать здесь и питаться этим запахом, то к рассвету заработаем несварение желудка, и табачный человек найдет нас утром в корчах на полу, если с нами не случится чего-нибудь похуже. Тут какая-то страшная зараза, ею тут все пропахло. Пошли отсюда побыстрее, покуда носы целы.
С этими словами Шустрик повернулся и двинулся в дальний конец крысиного блока, и они миновали еще одни двери.
Впоследствии странствия этой ночи вспоминались им обоим как невообразимая смесь запахов формальдегида и спирта, меха, перьев и шерсти, краски, стекла и дезинфекции, сена, соломы и ваты, запахов экскрементов и железистых выделений, карболки и ржавчины, засохшей крови и мокрой слизи, тлена, гноя и пота, вкупе с короткими, тревожными вскриками неведомых животных и тяжелым, свистящим дыханием, доносившимся из темноты. Раф и Шустрик оказались в следующем блоке. Это был птичник с воробьями и вьюрками, где исследовались болезни домашних певчих птиц, а заодно разрабатывалась технология предпосевной обработки семян злаков, которые шли этим птицам на корм.
Псы быстро пробежали через небольшой блок с носухами и мангустами, где стояли удушливые тропические запахи, издаваемые этими представителями семейств енотовых и виверровых (мистеру Пауэллу как раз было поручено заняться исследованием аномально слабой реакции этих животных на змеиные яды, и ежедневно он впрыскивал им различные дозы ядов той или иной концентрации), и оказались в отделении диагностики беременности, где моча женщины впрыскивалась мыши, так что она (разумеется, женщина, а не мышь) могла узнать (по реакции мыши) сравнительно более точно, нежели каким-либо иным способом, забеременела ли она, то есть вела ли себя благоразумно или проявила непредусмотрительность. Диагностика беременности никак не входила в область исследований Лоусон-парка, но директор, который был доктором медицины и не утратил еще некоторого интереса к гинекологии, недавно решил заняться новыми, более эффективными методами диагностики беременности, которые не требовали бы использования животных, – для этого, разумеется, была необходима контрольная группа животных, чтобы сравнивать эффективность новых методов и старых. Тут Раф, пребывая в беспокойстве и нетерпении, неуклюже повернулся и опрокинул небольшой стеклянный столик, а вместе с ним и стоявший на нем ящик с мышами, каждая из которых сидела в отдельной секции; сверху ящик был прикрыт стеклом. Стекло, естественно, разбилось, и мыши, те, что еще не сдохли, или, скажем, не совсем сдохли, разбежались кто куда, а некоторым удалось и вовсе сбежать из блока, воспользовавшись сточными желобами. Раф все еще обнюхивал усыпанный осколками пол, но Шустрик вновь остановил своего товарища.
– Брось, Раф! Что с возу упало, то пропало. Пол теперь стал острый, и ты эдак раскровенишь себе нос. Иди-ка толкай следующую дверь. Мне с ней не справиться.
Они с опаской перебрались в следующий блок, где производилась отработка различных методов упаковки и транспортирования животных при авиаперевозках. Эти исследования были совокупно заказаны сразу несколькими авиакомпаниями, главным образом для того, чтобы было что сказать в ответ на критику, потому что животные (такие, как малые обезьяны, большие индийские лемуры и малые мадагаскарские лемуры ай-ай, схваченные и посаженные в клетки и предназначенные вовсе не для тяжких работ на рабовладельческих плантациях штата Каролина, но для зоопарков) в дороге часто умирали: Божьи твари не выдерживали столпотворения, а точнее тесноты, страха, жажды и отсутствия надлежащего ухода. Само собой разумеется, не так уж трудно разработать удобные и, извините за выражение, человеческие клетки для перевозки животных, если оставить в стороне вопрос об их стоимости и допустить, что животные при транспортировке вправе рассчитывать на проявление кое-какой заботы со стороны человека. Однако расчет делался на дешевизну, не говоря уже о невежестве, равнодушии и небрежении, а это требовало не только исключительной изобретательности, но и серьезного научного знания о том, какие именно испытания способны вынести те или иные животные. Главными негативными факторами являлись страх и стресс, вызываемые шумом работающего двигателя, падением клеток и ударами друг о друга, близостью людей и пугающими запахами вроде выхлопных газов, табачного дыма и человеческого пота. Соответственно, всем этим неприятным воздействиям и подвергались контрольные группы животных, регулярно и в периоды различной длительности, а результаты методично фиксировал доктор Бойкот, который, не прошло и трех месяцев, сделал замечательное открытие, сводящееся к тому, что теснота, плохой уход и длительная жажда являются, очевидно, основными факторами повышения в среднем смертности мелких млекопитающих при транспортировке их по воздуху.
Раф с Шустриком бродили между кроличьими клетками. Здесь, в крольчатнике, занимались разработкой отравы для кроликов, наподобие крысиного яда, к которой у этих животных не вырабатывается иммунитет и которую они поедали бы с неизменным аппетитом и с соответствующим фатальным исходом. И тут опять во весь рост стояла проблема стоимости. Вполне эффективным оказался один из опробованных «вкусный» и очень сильный яд, который уже через двадцать четыре часа прожигал кишечник, однако с экономической точки зрения его массовое производство, к несчастью, выглядело совершенно бесперспективным. Не так давно доктор Бойкот демонстрировал в одной из телепередач другой яд, неопасный для человека и достаточно дешевый в изготовлении. По ходу передачи доктор Бойкот сделал инъекцию этого яда сначала одному своему коллеге, а потом кролику. Не прошло и двух минут, как последний в страшных корчах скончался на глазах у многотысячной телеаудитории. К сожалению, с этим ядом доктору Бойкоту не удалось продвинуться настолько далеко, чтобы сделать его достаточно «вкусным», поэтому единственным применением этого яда до сих пор оставались только вышеупомянутые показательные инъекции. Зато в области разработки стерилизующих препаратов доктор Бойкот рассчитывал добиться куда большего успеха, и некоторые созданные им стерилизаторы различной «убойной» силы уже применялись на практике и к самкам, и к самцам. Раф пробовал добраться до кроликов, прыгая на клетки, но один из них взмолился, чтобы ему дали умереть спокойно, после чего Раф наконец отстал от них и присоединился к Шустрику, который пытался найти какой-нибудь выход, помимо очередных двойных дверей. Однако поиски эти закончились ничем, и друзья вступили в следующий круг ада.
Они принялись исследовать кошачий блок, где кошек держали в специальных капюшонах, закрывающих им глаза и уши, с целью изучения действия, которое оказывает на кошек нахождение в специальном капюшоне, закрывающем глаза и уши. Здесь было сравнительно тихо, и какого бы то ни было движения почти не ощущалось. Однако Раф все же различил чей-то одинокий голос, постоянно повторяющий одно и то же: «Ой, мамочка, мамочка, мамочка!» – причем в голосе этом слышалась скорее тревога, нежели страдание. Раф застыл на месте, пытаясь определить, откуда доносятся эти причитания, и Шустрику, который и тут не обнаружил выхода на улицу, не сразу удалось заставить своего товарища двинуться дальше.
И они продолжили свой путь через аквариумный блок, где осьминогов, которые удостоились (или нет) пройти через хирургическую операцию на мозге, потчевали ударами электрического тока, когда те приближались к предлагаемой им пище (с целью изучения способности осьминогов фиксировать в памяти предыдущие удары электрического тока и, как следствие, не реагировать на приманку, рискуя в противном случае получить очередной удар тока). Сейчас электроды были обесточены, резервуары темны, а их обитатели дремали или, по меньшей мере, пребывали в оцепенении. И все же тут было полно каких-то тихих подводных звуков и бульканья. Это так давило Рафу на психику, что он первым протолкнулся через очередные двойные двери, прежде чем Шустрик успел отчаяться в поисках какого-нибудь окошка, которое случайно забыли закрыть.
Наконец они оказались в блоке с морскими свинками, которые были тут всех видов и мастей – рыжие, черные, белые, черно-белые, рыже-черные, длинношерстные и короткошерстные, печально-умильные и умильно-печальные; здесь их держали в качестве живого резерва для всех блоков Центра. У многих свинок были ампутированы одна или несколько лапок – и вот вам занятный факт: свинки не имели способности к адаптации и вели себя так, словно все четыре лапки были у них на месте. Шустрик, обследовав все помещение, остановился наконец в дальнем углу и прижал нос к щели под дверью. Эта дверь не была двойной – тяжелая сплошная дверь, совершенно нормальная дверь, выкрашенная зеленой краской и запертая крепко-накрепко.
– Дождь и слякоть, – сказал Шустрик. – Канавы и листья! Понюхай!
Раф сунул нос под дверь. Псы с наслаждением вдыхали запах моросящего в ночной тьме дождя. Раф тщетно толкал лбом неподдающуюся дверь.
– Пустое, – заметил Шустрик. – Почтальонская дверь, для мальчика, разносящего бумажки… Это я так, – добавил он, глядя на примолкшего и сбитого с толку Рафа. – Мы доели эту миску до дна, вот и все.
– Что, нету выхода? Разве мы не можем одолеть почтальона?
– Кошка на дереве. Лезет, покуда верхушка не станет гнуться. А что потом? Вот и повиснешь на облачке. А меня повесь на другое. – Словно разуверившись в себе, Шустрик задрал лапу у двери и коротко помочился, после чего сел на задние лапы, дрожа на сквозняке в ползущих через порог сырых клочьях тумана.
– Холодно. Лапы зябнут.
– Горит, – вдруг сказал Раф.
– Что?
– Что-то горит, вон там. Пахнет пеплом. Там будет теплее. Пошли.
Оттуда и впрямь веяло теплом – не очень сильно, но вполне ощутимо.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики