ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Митя, забыв надеть фуражку, шагал рядом...
Вышли на высокий берег реки.
Разбуженная солнцем Волга взломала на себе ледяной саван. По необъятному простору неслись ледяные поля с отрезками бурых дорог, наползали друг на друга, дыбились, громоздились, кружились на месте и рушились в воду. Над Волгой стоял грохот и скрежет ломающихся льдин.
Недалеко от берега на льдине с пробитыми лунками плыл шалаш, возле которого на привязи металась собака. Она то садилась на задние лапы и, подняв морду, видно, выла, то снова пыталась сорваться с веревки. Из лунок фонтанами выбивалась вода.
Как рассыпанные спички, неслись и кувыркались бревна, плыли вывороченные с корнем деревья, куски раздавленной лодки. От стремительного движения льдин и грохота кружилась голова. Казалось, что внизу неподвижная река, а ты летишь над ней с захватывающей дух быстротой, и только ветер свистит в ушах.
Вода на глазах заливала низины; на пригорке, постепенно скрывающемся под водой, столпились березы, и кружевная тень от них плясала на воде.
Владимир Ильич не отрывая глаз смотрел на безбрежные могучие и живые воды реки, которые праздно несли в себе огромную энергию, способную напоить все засушливые земли России, превратить их в сочные пастбища и плодородные поля, накормить досыта людей; воды, играючи переворачивающие тысячепудовые льдины, могли крутить лопасти огромных турбин, дать человеку тепло и свет. И эта силища пропадала зря. На берегах великого водного бассейна посевы превращались в пепел, люди из года в год умирали мучительной голодной смертью.
- Обуздать бы эту стихию, взять бы в упряжку эти миллионы лошадиных сил... - сказал как бы про себя Владимир Ильич.
Видно, и Марию Александровну одолевали те же мысли. Горе матери, потерявшей год назад дочь, отодвинулось перед народным горем, заслонило личное.
И перед глазами Маняши все еще плыли по воздуху худые ноги со скрюченными пальцами.
- Отдали бы богатеи все зерно голодающим. Неужели у них сердца нет? спросила Маняша.
- Как бы не так! Отдали! - возразил Митя.
- Миллионеры Шихабалов, Субботин, Арханов "помогают голодающим": продают по бешеной цене гнилую муку. Это борьба не с голодом, а с голодающими, - заметил Владимир Ильич, вспомнив сегодняшнее заседание суда. - Надо бороться с причинами, которые порождают голод... Надо решать дело всего народа!
Мать посмотрела внимательно на сына. "Дело всего народа", - повторила она мысленно. Как же это она до сих пор могла думать, что Володя нашел себя - нашел в деле присяжного поверенного. Она гордилась тем, что ее сын защищает бедных на суде, радовалась, когда ему удавалось выигрывать дело. Но у него совсем другие мысли, другие планы. Он стремится выиграть дело всего народа. Вот почему он сидит и пишет по ночам, вот о чем спорит с товарищами, запершись у себя в комнате.
Над Волгой плыли подсвеченные закатом облака. Река погружалась во мрак, над ее черной бездной стремительно неслись льдины, зловеще грохотали в темноте.
Вернувшись домой, Владимир Ильич закрылся в своей комнате и работал до самого утра.
Зимним вечером вся семья собралась в столовой, и Владимир Ильич никуда не пошел. Он спешил закончить перевод "Манифеста Коммунистической партии" Карла Маркса.
Митя пришел в столовую готовить уроки, заглянул через плечо брата в книгу.
"Пролетариер аллер лендер, ферейнигт эйх", - прочитал он и вслух перевел: - Пролетарии всех стран, объединяйтесь!
Владимир Ильич повернул голову к брату:
- Нет, не "объединяйтесь", а "соединяйтесь".
- Смысл один и тот же, - возразил Митя.
- "Объединить" - это собрать вместе, а "соединить" - значит слить воедино. Ведь так, мамочка? Если бы Маркс хотел сказать "объединяйтесь", он употребил бы немецкий глагол "фербинден".
- Совершенно верно, - подтвердила мать.
Она была первой учительницей немецкого языка всех своих детей и научила их любви к точному, живому слову в переводе, и до сих пор Володя и Аня в затруднительных случаях обращались к ней.
Аня сидела над переводом пьесы Гауптмана "Ткачи". "Очень нужная книга для русских рабочих, она познакомит их с положением рабочего класса на Западе", - одобрил Владимир Ильич работу сестры.
Тут же, в столовой, расположились Марк Тимофеевич с газетами и Маняша с уроками.
Мария Александровна любила эти вечера, когда дети собирались вместе за столом, эту атмосферу напряженной работы мысли. Сама она сидела с журналом "Исторические записки", за которым внимательно следила, и часто рассказывала о прочитанном детям или советовала прочитать самим, что заслуживало их внимания.
Подходил час ужина. Мария Александровна отложила журнал в сторону и пошла на кухню.
Тишина в столовой прервалась разговором, сначала тихим, затем все более оживленным. Мать прислушалась.
Володя объяснял Мите:
- Революцию призван совершить рабочий класс. Питерские рабочие объединяются в марксистские кружки, готовятся к бою. Они думают и болеют за судьбу самарских и других крестьян по-настоящему, не так, как шихабаловы, и не так, как народники михайловские и иже с ними. Там, в Питере, зреет революция.
Аня что-то тихо говорила.
- Да, да, только в Петербург! - воскликнул Владимир Ильич. - Я чувствую себя здесь, в Самаре, как в палате номер шесть.
- "Как в палате номер шесть", - прошептала Мария Александровна, присела на табуретку, скомкала в руках полотенце. - Володя стремится в Петербург.
Петербург! Пять лет назад в Петербурге был казнен Саша... Где его могила? Весь Петербург был для матери огромной мрачной могилой ее сына... В Петербурге сидела в тюрьме Аня и чуть не погибла там... Год назад в Петербурге умерла Оля.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики