науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

 – Сразу за работу?
Я кивнула.
– Вы журналистка? – спросил меня один из парней на площадке.
– Да, – ответила я и представилась.
– Читаем вас, читаем, – сказали мужчины. – За кого болеть будете?
– За вас, конечно.
Я в самом деле каждый раз болею за «Джентльменов неудачи». Они, по-моему (не хочется обижать студентов, но…), на голову выше своих соперников. Может, потому, что тут собрались более взрослые и опытные – по жизни – люди. Да ведь во все века в России в тюрьмах сидело много талантливых людей… Взять те же «Кресты»: Гумилев, Заболоцкий, Жженов. Смотришь на игроков из команды «Джентльмены неудачи» и думаешь: ведь за каждой шуткой – чья-то судьба…
– Юля, пошли садиться, – позвал меня представитель пресс-службы. – А то опять окажешься в самом конце. Пашка уже в зале снимает?
– Ну, для прессы найдутся места и впереди, – сказал кто-то из администрации. – Юлия Владиславовна, на любое садитесь. Вон, в первом ряду места есть.
Нет, в первый ряд мне ни в коем случае нельзя. Мне нужно подальше. В первом ряду будут сидеть гости: или бывшие игроки, уже освободившиеся, или родители нынешних игроков, или болельщики студенческих команд, или мои коллеги-журналисты. Но мне нужно оказаться поближе к болельщикам «Джентльменов неудачи», которые после игры не уйдут домой, а опять вернутся в свои камеры. Я ведь пришла сюда в первую очередь по заданию Ивана Захаровича…
Зайдя в зал, я быстро огляделась. Он был полон: заключенные, представители прессы, ряд известных в городе лиц – композитор, писатель, актер, ну, и депутаты, естественно, куда ж без них. Слава богу, не всей гурьбой из Мариинского прискакали, остались места и для родителей и жен игроков. Батюшки, и Артур Небосклонов тут, широко известный сладкоголосый певец, активно боровшийся и продолжающий бороться за освобождение Вячеслава Николаевича Астахова. Славик (или его верный соратник Костя) небось отвалил ему крупную сумму. Или певец надеется на спонсорскую помощь в будущем.
Одна телекамера уже работала, снимая собравшихся и входящих, контролерши командовали заключенными. Я пошла по проходу, раздумывая, где бы усесться.
Я устроилась наконец. С двух сторон от меня устроились ребята в тюремных робах. Игра началась. Во время голосования и подсчета очков после каждого конкурса я не забывала работать и задавала вопросы сидевшим рядом со мной.
После окончания игры произносились речи. Тюремным артистам желали того, чего не желают никаким другим – никогда больше не выходить на эту сцену. Очень по-доброму выступили женщины, входившие в состав жюри, певица и представительница одной христианской организации; известный актер, в свое время тоже побывавший в местах не столь отдаленных, спел под гитару, затем вылезли депутаты. Послушаешь их – мать Тереза просто отдыхает. Конечно, громко свистеть в этом зале никто не решался, но легкое посвистывание иногда доносилось из углов.
Пока трепались депутаты, я договорилась с сидевшим рядом со мной мужчиной о передаче одной из маляв, ради которых меня и посылал в «Кресты» Сухоруков. Потом я извлекла из сумочки пачку «Мальборо» и вместе с посланием незаметно протянула ее мужчине. Пачка мгновенно исчезла где-то в робе. Он, в свою очередь, попросил меня позвонить его матери.
– Она вас знает, – сообщил он. – Смотрит и читает. – Помолчал, подумал и добавил: – Мне еще семь месяцев париться. Дотяну. У меня все в порядке. Скажите, чтобы себя берегла, не волновалась зря. Не о чем уже, в общем, волноваться. Скажите, что я ее очень люблю… Что она мне очень нужна… Никого ближе и роднее у меня нет. Только здесь я это понял… Ну, вы сами сообразите, что сказать.
Я записала телефон.
Но мне требовалось передать еще одну маляву. Я решила действовать через разных людей – мало ли что, поэтому отправилась брать интервью у игроков. Пашка снимал. Я попросила переслать по тюремной почте второе сообщение. Мне обещали это сделать.
Вадим лежал на нижней, самой удобной и комфортной (если можно говорить о комфорте в тюрьме) шконке питерских «Крестов» и прикидывал: кто же мог так его подставить?
В камере его, конечно, приняли по высшему разряду – только узнав, КТО к ним прибыл. И администрация относилась к нему уважительно, лишь во время задержания этот ментовский подполкаш все время борзел. Мусора… и в Сибири, и в Питере одним миром мазаны. Одним словом – мусора.
* * *
Отдых у ребят, конечно, был испорчен. В музей «Крестов», называется, собрались! Вот он сам: вместо музея – в самой настоящей камере. Хорошо хоть из его ребят никого тут не закрыли.
Вадим еще не решил, что он будет делать. Но ребята сейчас явно что-то предпринимают. Выйдут на кого-то из питерских, те помогут, организуют ему «грев» и толкового адвоката.
Не успел Вадим об этом подумать, как «грев» и пришел – словно по мановению волшебной палочки. Вместе с малявой от Ивана Захаровича Сухорукова.
Ишь ты, старый хитрый жук! Уже прослышал…
Отправляясь в Питер, Вадим просто думал прощупать почву. Рынок-то тут огромный, есть выходы на Запад. Ребята захотели в музей, и он решил с ними поехать. Все в компании веселее. И как раз Тахир совсем недавно звонил. Тахир был готов увеличить поставки. У него большая семья, родственников много, все кушать хотят.
Но ведь со своим уставом в чужой монастырь не придешь? Не заявишься в Питер: вот он я! Следовало осмотреться, выяснить обстановку, с людьми пообщаться и только потом принимать решение.
– «Криминальная хроника» начинается! – крикнули от стоявшего в углу камеры телевизора.
Как уже понял Вадим, вся камера собиралась у ящика на просмотр аэробики, эротики и криминала. Другие передачи, конечно, тоже смотрели, телевизор работал круглосуточно, вернее, с начала показа программ до самого окончания, но не полным составом. Кто-то подтягивался к экрану, кто-то уходил спать. Но бабы и криминальная хроника – это было святое.
Стройная брюнеточка с длинными волосами с модельной стрижкой рассказывала про музей «Крестов». «Это по заказам телезрителей, что ли?» – усмехнулся про себя Вадим. А брюнеточку знала вся камера. Но Вадим для начала решил послушать про музей.
Телекамера крупным планом показывала поделки, изготовленные заключенными. Не все из них были безобидными – например, ножи, сделанные из супинаторов, извлеченных из обуви, деталей шконок и других железяк, муляжи гранат и пистолетов, причем так умело их смастерили и раскрасили, что поверить в то, что они не металлические, а из хлеба слепленные, можно было, только взяв их в руки. Поражал воображение огромный макет «Крестов». В музее была выставлена на всеобщее обозрение лишь малая толика из имевшихся там экспонатов. Не позволяла площадь.
На стендах демонстрировались фотографии – например, первой Государственной Думы, все члены которой по указу государя императора были препровождены в «Кресты». На другом стенде – конструкторы-затворники и документы об их работе: с 1937 по 1945 год в «Крестах» работало конструкторское бюро под руководством Туполева. Идея создания бюро принадлежала Берии.
После окончания программы сокамерники стали обсуждать не музей, а журналистку. Юлию Смирнову, как понял Вадим.
– Кто она такая? – спросил он, потом удивленно раскрыл рот.
Ну Иван Захарович и развернулся! Уже и пресс-атташе личным обзавелся. Интересно, а к Вадиму Сухоруков сам пожалует или пресс-атташе своего пришлет? Лучше б, конечно, он прислал эту девочку. Она как раз во вкусе Вадима. И Юля эта, как он понял, тут уже неоднократно бывала. Интересная девочка…
* * *
Лязгнули засовы, открылась дверь. Заключенные напряглись. Ночной визит контролера может означать что угодно. Скорее всего, это событие не предвещает никому из них ничего хорошего.
– Татаринов, на выход! – прозвучала команда.
Сергей внутренне сжался. Сколько у него уже было таких выводов… Он не мог не помнить, чем они для него заканчивались.
Он слез со своей верхней шконки.
– Живее давай! Чего копаешься? – рявкнул контролер, постукивая черной дубинкой по своей ладони. Пока по своей… Ох, как же бывает больно, когда ПР опускается тебе между лопаток! А уж когда тебя лупят, не разбирая куда…
Сергей вышел в коридор, держа руки за спиной.
– Вперед! Живо! – приказал контролер.
Наученный горьким опытом, Татаринов не задавал никаких вопросов. Какой в них смысл? Ведь все равно отведут, куда собирались. Независимо от того, будет ли он знать, на встречу с кем его ведут, или не будет. Встреча все равно состоится. За нее заплачено. Вот только с кем свиданка на этот раз?
Его доставили в тюремный дворик. Там его ждал Ящер.
– Ну, здравствуй! – Славик первым протянул руку и добавил: – Кто старое помянет – тому глаз вон.
– Враг моего врага… – ответил Сергей с улыбкой и пожал протянутую руку.
– Ну давай, рассказывай подробно, о чем ты там вспомнил, – предложил Ящер. – Только не тяни резину. Сам понимаешь…
Сергей кивнул и выдал неоднократно прокрученную в мозгу версию. Он уже два дня лежал на шконке, репетируя про себя, что скажет Ящеру.
Репетиции не прошли даром. Версия звучала убедительно.
– Хм, – сказал Славик, выслушав Сергея, не перебивая. – Очень и очень любопытно. Но ты уверен?..
– Как в наше время вообще можно быть в чем-то уверенным? Но вероятность очень велика.
– Я с тобой свяжусь, – заявил Ящер на прощание и опять пожал Сереге руку. Крепко и по-дружески. Они стали партнерами. «Враг моего врага»…
* * *
– Так ты с рождения знал, что станешь аптекарем? – спрашивала Светка у Отто Дитриха, нежась с ним в постели и наманикюренным пальчиком выписывая на груди немца непонятные барону узоры.
– Да, Светлана, – ответил фон Винклер-Линзенхофф.
Аптекари, как и врачи, в Европе всегда считались людьми уважаемыми. Дело это было не только почетным, но и доходным, во все века. Вот только во время эпидемий им запрещалось покидать свои аптеки, когда их соседи бежали из городов куда глаза глядят, причем подальше.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики