ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Следовательно, сейчас речь шла о чем-то другом. О чем? Герцог чувствует себя обиженным, обойденным? Как будто нет, а если все-таки да, то это последнее, о чем Йёю стал бы с ними теперь говорить.– Я так и сказал королеве, – продолжил Йёю после короткой деликатной паузы. – Вы можете рассчитывать на меня, ваше величество, всегда (коннотация Вечности, ограниченной лишь продолжительностью жизни говорящего ) и во всем ( все, что не касается чести дворянина ). Вы следите за моей мыслью, господа?– Да, – коротко ответил Макс. Уважение, внимание. – Продолжайте, прошу вас, – повторил Виктор. Понимание, уважение, сопереживание. До четвертого уровня Виктору подняться было тяжело (его подготовка ограничивалась третьим), но он старался, и было видно, что Йёю это заметил и оценил.– Благодарю вас. – Йёю легко тронул пальцами щеку. – Итак, от должности я отказался, но не от титула.Йёю сделал короткую паузу, подчеркивая последнюю фразу, и продолжил:– Герцогиня беременна, – сказал Йёю официальным тоном.– Счастливы отмеченные взглядом Взыскующего, Взыскующий – Айна-Ши-Ча.

– автоматически произнес приличествующую случаю ритуальную фразу Макс, начинавший понимать, какое воздействие данное событие должно было оказать на нынешнего Йёю.– Зверь не оставит младенца своей заботой, – вежливо поздравил Йёю Виктор. – Можем ли мы узнать пол вашего ребенка?– Госпожа Цо Зианш не желает этого знать до времени. – Герцог сообщил об этом, как о не подлежащем обсуждению факте. Его любовь к Цо могла удивить Макса, если бы он сам не был влюблен еще сильнее. Впрочем, последнее утверждение, естественно, больше относилось к чувствам, чем к истине, и Макс это хорошо понимал. Каждый любит так, как любит, и для каждого его любовь – это Любовь, и Макс в этом случае ничем существенно не отличался ни от Йёю, ни от Виктора.– Титул, – напомнил Виктор. – Мы говорили о титуле.– Да, – невозмутимо подтвердил Йёю. – Титул. Как вы понимаете, теперь я должен думать не только о себе. Если никого из нефритовых Ю не осталось в живых, – сказал он после короткой приличествующей случаю паузы, – как ближайший родственник, я мог бы претендовать на их имя. Но мне это не нравится. Это неблагородно. Вы меня понимаете, господа, не правда ли?– Пожалуй, вы правы, – согласился Макс. – Вы не Ю. Вы Йёю.– Да, – лаконично поддержал его Виктор. – Это так.– Именно это я и сказал королеве Нор, – впервые за весь разговор улыбнулся Йёю.– Вероятно, она с вами согласилась, – предположил Макс.– Да, она сказала мне, что я такой же компаньон, как и она.– Вы этого не знали? – усмехнулся Макс, из уважения к собеседнику поднимаясь на третий уровень выражения.– Знал, – подтвердил Йёю. – Это ведь ваши слова, господин Ё. Вы их сказали мне десять лет назад.– Значит, у вас есть идея, – резюмировал Виктор.– О, да. У меня есть идея, – снова улыбнулся Йёю, все-таки поднявшийся на четвертый уровень выражения. Торжество. Удовлетворение. Ирония, не отменяющая смысла сказанного. – Что вы предлагаете? – Макс не сомневался в том, что Йёю способен предложить что-нибудь в высшей степени оригинальное, ведь он был не только беллетристом, герцог был плоть от плоти Аханской империи, ее порождением, носителем ее духа и сути.– Семь Звезд, – почти торжественно произнес Йёю. – Вы помните?– Семь Звезд, – задумчиво повторил за Лауреатом Виктор.«Семь Звезд». – Макс не был удивлен. Он был восхищен, Йёю не обманул его ожиданий. «Семь Звезд Высокого Неба, семь колодцев в Жестокой степи…» С тех пор как 2800 лет назад Йя Шинасса Шинасса – буквально: Дышащий серебром и золотом.

написал свои «Семь дорог», образ Семи Звезд как символа высшего совершенства глубоко вошел в народное сознание аханков, став едва ли не их родовым архетипом. Да, Семь Звезд могли оказаться замечательным решением проблемы, не только потому, что это еще и образ равенства, но и потому, что он содержит исторически верную, а главное – понятную аханкам концепцию величия и избранности. «Семь дорог сливаются в одну, семь рек впадают в Холодное море…» – Недурно, – сказал Виктор после паузы. – Я бы сказал, очень хорошо. Семь вместо двенадцати. Имеются в виду так называемые Жирные Коты – двенадцать семей, составлявших вершину аханской аристократии, которые стояли настолько выше любых герцогов и князей империи, что не носили никаких титулов вовсе.

– Мне тоже нравится, – кивнул Макс.– Спасибо, господа, – Йёю был явно доволен произведенным эффектом. – Меня только смущает, что Нор, Ё, Э, Яагш, Йёю и Нош. – Что характерно, герцог произнес имя Меша без видимых затруднений. – Это только шесть имен. Шесть звезд, так сказать, но не семь.– Не берите в голову, герцог, – лучезарно улыбнулся Виктор. – Всегда лучше, когда резервы есть, чем когда их нет. Вы уж поверьте старому солдату, запас карман не тянет, а там, глядишь, и претендент на седьмую звезду сыщется. Главное, идея хорошая.«Удивительно, как легко совпадают иногда интересы и вкусы, – мысленно покачал головой Макс. – А еще говорят, что всем угодить нельзя. Allen Leuten recht getan ist eine Kunst, die niemand kann. Дословно: Всем людям угодить – искусство, которое никому не под силу ( нем. ).

Выходит, неправильно говорят».Идея Йёю и в самом деле была хороша. Она удовлетворяла всех, и разрешала чреватые тяжелыми последствиями противоречия, которые, если еще не возникли теперь, с неизбежностью должны были возникнуть в будущем. Поэтому и разговора этого следовало ожидать, и хорошо, что первым на эту тему заговорил Йёю, потому что, если бы он этого не сделал, пришлось бы искать решение им самим и самим инициировать его обсуждение. Что тут скажешь и надо ли что-нибудь говорить? Тот, кто забывает про человеческий фактор, рискует обнаружить, что дело, которому он посвятил всю свою жизнь, рушится ему на голову обломками взорванного здания. Так случалось не раз и не два и в истории Земли, и в истории Ахана, и не имело никакого смысла повторять чужие ошибки.Если отрешиться от вполне объяснимого духа авантюризма, витавшего над всей их, с позволения сказать, операцией, которая и операцией-то на самом деле не была, поскольку с самого первого момента – с объявления, поспешно брошенного Федором Кузьмичом в англоязычные газеты десять лет назад, – являлась импровизацией, экспромтом, со всеми его достоинствами и недостатками; так вот, если отрешиться от этого и посмотреть на их почти десятилетнюю эпопею, на их причудливый и невероятный квест холодным беспристрастным взглядом, то, как ни оценивай уже свершившееся и продолжающее вершиться здесь и сейчас, как раз теперь-то и наступил тот самый, многократно к месту и не к месту поминаемый, момент истины, когда умный человек должен, просто обязан остановиться и задуматься о том, что случится потом, потому что на эмоции, фантазии и спонтанные импровизации времени уже не осталось.Макс обратил внимание, что последняя мысль вышла у него длинной и тяжеловесной, вероятно, потому что думал он сейчас по-немецки. Причем не так, как говорят и пишут нынешние немцы, а так, как писали и думали немцы во времена его первой молодости. Впрочем, в XIX веке так думали не одни только немцы.– Я рад, господа, что мы так хорошо понимаем друг друга. – Йёю неожиданно перешел на русский и, вероятно, неспроста, а появившаяся на его губах улыбка почти откровенно сообщила собеседникам об испытываемом герцогом облегчении. Он тоже опасался этого разговора и, начиная его, не мог знать наперед, каковы будут последствия его откровенности»– Взаимно, герцог, – улыбнулся Макс, тоже переходя на русский.– А у меня для вас, Йёю, есть маленький презент, – неожиданно ухмыльнувшись в стиле Федора Кузьмича, сказал Виктор, доставая из заднего кармана брюк и протягивая герцогу документ в обложке цвета бургундского вина.– Вот как? – Йёю открыл паспорт и бегло просмотрел первую страницу, на которой уже имелась его фотография, естественно, заверенная соответствующей печатью. – Август Йёю? Недурно. Это единый паспорт Европейского союза, я не ошибаюсь?– Не ошибаетесь, – подтвердил Макс, имевший в кармане пиджака, оставленного в кабине штурмовика, точно такой же паспорт.– И гражданство, я полагаю?– Естественно, – еще шире улыбнулся Виктор. – И гражданство, и домик на берегу озера Гарда.– Благодарю вас, князь. А где это? – поинтересовался Йёю, убирая паспорт в карман.– В Северной Италии, – объяснил довольный произведенным эффектом Виктор. – Вам должно понравиться. Немного напоминает плато Гроз.– Недурно, – согласился Йёю. – А фамилия Йёю не вызовет недоумений?– А мало ли странных фамилий?– Тоже верно, однако если я буду так представляться, то хотелось бы чувствовать себя более уверенно. Особенно если вопросы все-таки возникнут.– Не беспокойтесь, герцог, – ответил Виктор, на этот раз взяв инициативу на себя и разливая водку по рюмкам. – Я вам потом передам все остальные документы, для вас и для госпожи Цо, там имеется еще и ваша подробная биография. Дело в том, что ваши предки, представьте, перебрались в Италию из Венгрии.– А что, у венгров бывают такие имена? – сразу же заинтересовался Йёю, который наверняка слышал о Венгрии в первый раз.– Вот уж не знаю, – пожал плечами Виктор, протягивая герцогу полную стопку. – Но другие, вы уж поверьте, не знают тоже. Ваше здоровье, Йёю, и здоровье вашей супруги!– За будущего наследника, – поддержал друга Макс, сказав это по-ахански и, чтобы сделать Йёю приятное, определив род наследника как общий.– Спасибо, господа! – Йёю поднес стопку к губам и медленно выпил ее содержимое.Но разговор на этом не закончился. Оказывается, герцога волновали и другие вопросы. Сначала, Йёю вежливо поинтересовался здоровьем супруг своих собеседников, затем внезапно – вот уж от кого Макс менее всего мог ожидать такого предложения, так это от великоаханского шовиниста Йёю – высказал предположение, что будущий сенат империи следовало бы формировать на представительской основе, исходя из принципа 1:3. По мнению Йёю, наряду с аханками, землянами и той'итши, сама империя как единое целое тоже должна была иметь право на равную долю представителей, рекрутируемых соответственно в равных пропорциях из высшей знати и окружения императрицы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики