ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Он сказал, что ты всегда любила такой кофе.
— Ну вот ты и проснулась! Чарли заволновался, когда ты не спустилась вниз в обычное время. Я объяснил ему, что так часто бывает, когда люди поздно возвращаются домой со свидания.
Когда Джеймс заговорил, Винтер все еще держала в руках чашку. Увидев его, стоящего на пороге комнаты, она вздрогнула от неожиданности, и кофе пролился на руку. Она с горечью посмотрела на бывшего мужа. Как удастся ей справиться с непрерывным потоком его едких, унизительных колкостей, каждая из которых направлена на то, чтобы испортить ее отношения с сыном? С какой жестокостью он наносит удары, как знает все ее слабые места! Сколько времени вынашивал он свой дьявольский план? “Все на его стороне, — с отчаянием подумала она. И его неожиданный приезд, и само отсутствие, сделавшее его более привлекательным для сына, даже тот факт, что он мужчина…"
Бессонная ночь оставила следы на лице Винтер — она осунулась, побледнела, глаза покраснели и опухли. Вин пыталась принять спокойный вид, но это плохо ей удавалось. Джеймс, напротив, выглядел абсолютно невозмутимым, здоровым и бодрым. Из Австралии он вывез темный загар, его густые волосы были аккуратно подстрижены, рубашка с короткими рукавами обнажала сильные, крепкие руки. Она не знала, как он жил в Австралии и с кем, но видела, что он, несомненно, уделял много внимания спорту и физическим упражнениям на свежем воздухе. Тугие бицепсы, прекрасная физическая форма, полное отсутствие какого-либо жирка, плавные движения — этого нельзя было приобрести, все время корпя над созданием компьютерных программ.
За те годы, которые они провели в разлуке, Вин никогда не спрашивала его о том, как и с кем он проводит время. В конце концов, зачем ей это нужно? Он уже ничего для нее не значил. Ведь они разведены… Неожиданно она представила себе, как он, в одних шортах, ставит паруса на маленькой, ярко выкрашенной яхте, а рядом стоит изящная, гибкая девушка со светлыми волосами, наблюдая за его действиями с легкой одобряющей улыбкой.
— Кофе стынет, Винтер.
Это мягкое напоминание резко вернуло ее к действительности. Она вспомнила, что Джеймс находится в ее спальне. Он подошел к постели и присел на край так спокойно, как будто имел все права на этот достаточно интимный поступок. Какое счастье, что на ней была ночная рубашка!
Джеймс приучил ее спать обнаженной еще тогда, в первые восхитительные дни после их свадьбы. В то время она предпочитала всякой ночной рубашке близость его тела, обволакивающего ее своей теплотой и нежностью. После разрыва с ним она еще некоторое время продолжала спать обнаженной, пока не поняла, что одна из причин такого поведения — идущая из подсознания безумная и безнадежная попытка вспомнить запах его кожи, тепло тела, воссоздать в своей постели, которую он когда-то делил с ней, его образ. Именно тогда она, испугавшись за свой рассудок, перебралась из той комнаты в эту, где с тех пор и жила.
А сейчас надо было думать еще и о Чарли. В последнее время он стал отстаивать свое право на личную жизнь, и Вин не могла не считаться с ним.
Ее ночная рубашка была удобной и практичной. У нее было несколько рубашек одного фасона, но разных расцветок. Когда Чарли, копируя отца, тоже присел на край кровати и посмотрел на нее, она с усмешкой подумала, что те женщины, которые все эти годы делили с Джеймсом постель, вряд ли надевали на ночь такие простенькие и скучные вещи — если они вообще что-либо надевали… Нет, вряд ли они считали это нужным, подумала она, как приятно было просыпаться, чувствуя нежные и ласковые прикосновения Джеймса к своей коже. Винтер вздрогнула и покачала головой. Какого черта она позволяет своей памяти подсовывать ей такого рода картины? Она должна помнить только об одном — как Джеймс не хотел появления Чарли, как он оскорбил ее своей неверностью. Какой смысл вспоминать, как ее глупое, не желающее смириться с одиночеством тело горело огнем и жаждало Джеймса еще долгое время после его ухода и что прошли годы, прежде чем она перестала просыпаться по ночам, вскрикивая и плача от того, что его больше нет рядом.
— Ты что, не собираешься пить кофе? Вин с сожалением посмотрела на чашку, которую она поставила на ночной столик. Она боялась брать ее — ведь ее трясущиеся руки могли выдать ее состояние.
— Теперь я пью кофе без молока, — холодно сказала она.
Вин не лгала. Только изредка, желая доставить себе удовольствие либо вознаграждая себя за что-нибудь, она позволяла себе выпить чашечку кофе с молоком, но никогда не добавляла в него тертый шоколад. Один Джеймс подавал ей такой кофе, специально приготовленный им для Вин. Но, посмотрев на Чарли и заметив в его глазах разочарование, она тут же поправилась. Ведь это Чарли, а не Джеймс, принес ей кофе.
— Ну, на этот раз можно и с молоком. Полностью игнорируя Джеймса, она улыбнулась сыну, взяла чашку в руки и сделала глоток.
— Как мы себя ограничиваем! — насмешливо произнес Джеймс. — Я помню, было время, когда ты пила этот кофе с таким удовольствием, что у тебя на губах оставался ободок от шоколада, вот здесь…
Он протянул руку и легко дотронулся до ее верхней губы. К ужасу Вин, резкие слова застряли у нее в горле. Все закружилось перед глазами, и ее охватило странное томление.
Она тоже вспомнила то время, когда Джеймс после утренней чашки кофе шутливо слизывал с ее губ оставшиеся на них следы шоколада, а потом начинал легко и часто целовать их, обхватывая своими губами, вызывая ее на любовную игру. Почувствовав прикосновение его зубов, она вытягивалась как струна, замирая от охватившего ее желания. Она тихо стонала, и стон замирал у нее на губах, когда Джеймс наконец целовал ее долгим страстным поцелуем.
— Мы с папой сегодня уходим, — вдруг услышала она слова Чарли.
Она вздрогнула и мигом пришла в себя. Бедное сердце Вин колотилось от охвативших ее незваных воспоминаний, всплывших из глубин памяти.
— Мы хотим посмотреть, где он сможет организовать дело, — важно сказал Чарли.
— Я хотел побродить по окрестностям, посмотреть промышленные помещения, — объяснил Джеймс, — и подумал, что, может быть, Чарли захочет пройтись со мной. А ты сможешь привести себя в порядок.
Вин открыла рот, чтобы сказать ему, что ей это совсем не нужно, что воскресные дни они всегда проводят вместе с Чарли, но ее сын уже поднялся и шел к двери, нетерпеливо крича:
— Пошли, пап!
Джеймс повернулся и вышел вслед за ним, а Вин, чувствуя себя несчастной, поняла, что и сегодня проиграла Джеймсу. Она слышала, как Чарли, спускаясь вниз, восторженно болтает со своим отцом, и ее охватило чувство одиночества. Конечно, она могла запретить Чарли идти вместе с отцом, но по лицу сына она увидела, как он рад, и ей показалось несправедливым из-за собственной ревности лишать ребенка того, что в его глазах казалось праздником.
Ревность. Вин беспокойно повернулась в постели. Да, она ревновала к той ниточке, которая протянулась между Джеймсом и Чарли. Ревновала и боялась. Но чего? Ведь она является официальным опекуном Чарли! Но если Джеймс обратился в суд с прошением о пересмотре опекунства? А если, еще того хуже, сам Чарли объявит, что хочет жить вместе с отцом? В тишине опустевшего дома ее возбужденное воображение уже рисовало неприятные для нее картины, в которых Джеймс заново обосновывался в их городке, обзаводился собственным домом, открывал собственное дело, а Чарли становился все более несчастным, живя со своей матерью, но тайком проводя выходные вместе с отцом, и после, переполненный впечатлениями, нехотя возвращался в постылый дом. И вот в один прекрасный день он заявлял, что больше не хочет жить с нею и уходит к отцу. Она не переживет этого! Такое не должно произойти, она не может позволить дать такому случиться! Может, быть, теперь Джеймс и ищет любви Чарли. А ведь когда-то он искал ее любви.
Она напомнила себе, что любовь к ребенку отлична от любви ко взрослому человеку. Велика пропасть между родительской любовью и любовью к партнеру по постели. Но Джеймс совсем не любил маленького Чарли, упрямо повторяла она себе. Может быть, тогда и не любил, но сейчас, без сомнения, любит…
Вин с трудом оделась и медленно спустилась вниз. Кухня сияла чистотой. Только шум включенного кондиционера напоминал о том, что Джеймс и Чарли только что завтракали здесь.
Вин готовила себе кофе, когда зазвонил телефон. Слегка напрягшись, она подняла трубку и услышала такой родной голос Эстер. Вин коротко сообщила подруге о случившемся. На другом конце провода послышался потрясенный возглас Эстер:
— Ты хочешь сказать, что он запросто приехал и остался? И ты ему разрешила?
— Можно подумать, у меня был выбор! — По ее голосу Эстер поняла, как глубоко несчастна его подруга. — По закону ему до сих пор принадлежит половина дома. Но дело не только в этом, Эстер. Дело в Чарли. Он обожает Джеймса, и я боюсь, что если я укажу ему на дверь…
— О Вин, прости, пожалуйста.
В отличие от Тома Эстер немедленно все поняла и посочувствовала подруге. Для нее не нужно было облекать свои грустные мысли в слова.
— А как Том воспринял эту новость? — осторожно спросила Эстер. Вин вздохнула.
— Ужасно!.. — Она остановилась и затем взволнованно заговорила:
— Ты знаешь, Эстер, он прямо предложил мне спихнуть Чарли Джеймсу, словно он — ненужный пакет. Я знала, что они не слишком любят друг друга, но чтобы до такой степени… Том был так груб и жесток! Представляешь, он сказал, что, когда у нас с ним будут дети, он побоится оставить их наедине с Чарли!
— Ну что же, хорошо, что ты выяснила это до того, как связала себя с ним узами брака, — мягко произнесла Эстер.
Вин с трудом проглотила комок в горле. Она понимала, что Эстер не издевается над ней, — они слишком долго знали друг друга.
— Да, ты права, — согласилась она. — Теперь я не могу выйти за него. Я все время надеялась, что мне удастся как-то примирить их друг с другом, но теперь… Ведь Чарли еще совсем ребенок! Я думала, что Том поймет это, согласится с этим, что он сделает все возможное, чтобы показать Чарли, что любит его. Я мечтала, что пройдет время, все уляжется и у нас будет настоящая семья.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики