ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Всякий, кто останется в замке — погибнет! Может, лучше подождать хотя бы до завтра?Блаженная улыбка медленно сползла с лица Холмса.— Призрак? Я не верю в призраков, — Холмс с совершенно хладнокровным видом стал набивать трубку. Однако пальцы его предательски дрожали, и табак сыпался на пол. — Совершенно не верю. И уж тем более я никак не ожидал, что вы, взрослый человек с медицинским образованием, способны серьезно воспринимать всю эту галиматью. Мне просто смешно.И Холмс, этот великий актер, почти натурально рассмеялся.— Впрочем, если вам действительно так страшно, мы можем отложить поездку…Мне захотелось броситься Холмсу на шею и расцеловать его.— …и отправиться за пузырьками завтра. Завтра… Ватсон, а вдруг они пропадут?По лицу Холмса было видно, что внутри у него идет яростная борьба рассудка и страсти коллекционера.— А если они пропадут, я никогда себе этого не прощу! Вам, впрочем, тоже. Призрак! Ха-ха. Видали мы таких призраков. Они совсем не страшные. В сущности, мне их даже жаль. Подумать только! Прожить долгую, нудную жизнь, помереть и получить за это право появляться только по ночам, после двенадцати, когда все нормальные люди уже спят! — Холмс автоматически посмотрел на часы и радостно присвистнул: — Ватсон! Да у нас же уйма времени! До двенадцати мы успеем десять раз съездить за пузырьками и вернуться!.. Нет, нет, пожалуйста, не возражайте. Решено — мы едем. Приведите себя в порядок, а я побежал за кэбом.Одевшись, я сел на ящик с обувью и стал дожидаться Холмса. Настроение у меня было неважное, душу бередили мрачные предчувствия. Замок Блэквудов представлялся мне неким подобием Голгофы, на которую мы добровольно решили взойти. С огромным удовольствием я отменил бы эту поездку, но…И тут мне в голову пришла спасительная мысль. Я вспомнил слова Блэквуда‑младшего о том, что выбитый на подошве крест — прекрасная защита от нечистой силы. Разыскать молоток и десяток обойных гвоздей было делом одной минуты. Вытащив из ящика сапог, я стал лихорадочно выбивать на подошве крест. Справившись с левым сапогом, я схватил правый, но в этот момент услышал на лестнице шаги Холмса. Если бы великий сыщик увидел, чем я занимаюсь, он непременно поднял бы меня на смех, прочитав вдобавок язвительную лекцию о вреде суеверий. Слушать лекцию я не хотел, поэтому быстренько спрятал молоток, а сам, заложив руки за спину, задумчиво уставился в стену.— Ватсон! Что вы тут встали как столб? Кэб уже ждет! Давайте, давайте! О! Это вы приготовили для меня? Не ожидал! Спасибо, Ватсон, спасибо! — приговаривал Холмс, влезая в мои сапоги. — Вы правы, на улице несколько сыровато… Сидят как влитые! Вы бы тоже одели что‑нибудь на ноги… Побыстрее, Ватсон.И Холмс затопал вниз по лестнице.Заверения Холмса, что до места мы доберемся в два счета, оказались безосновательными. К замку мы прибыли только к десяти. Еще полчаса Холмс потратил на то, чтобы выторговать у кэбмена пенни. Это ему не удалось.— Возмутительно! — бесновался Холмс, когда мы шли по покрытой гравием дорожке, ведущей к замку. — Это настоящий грабеж! Это переходит всякие границы!..Я молчал. Последний фонарь остался далеко позади, и с каждым шагом становилось все темнее и темнее. Я почувствовал, как мною снова овладевает страх. За каждым кустом мне мерещились вампиры и оборотни, а впереди зловещим чудовищем вставала мрачная громада замка.— Нет, он думает, что ему все позволено! Хам! Ну ничего! Он у меня попляшет! Он у меня узнает!.. Ватсон, зажгите спичку!Мы остановились у самого подъезда, и Холмс, плотоядно усмехнувшись, вынул из кармана свою записную книжечку. Я чиркнул спичкой, и великий сыщик, напрягая зрение, занес номер кэба в конец списка подозреваемых в хищении денег. Нарисовав рядом с номером маленький череп и кости, Холмс злорадно захохотал, и смех его, отразившись от древних стен и исказившись до неузнаваемости, заставил меня вздрогнуть.— Ради Бога, тише, — взмолился я. — Люди же спят!— Какие люди? Ха-ха! Все еще утром покинули замок!И тут меня осенило.— Хм… — я несколько раз демонстративно дернул двери, которые, как и ожидал, были надежно заперты. — А как же мы проникнем внутрь?— Молча! — сострил Холмс и расхохотался еще громче. — Я все продумал заранее. Смотрите! Вот она. Видите? — И он показал пальцем в ночное небо.— Не вижу, — отрезал я.— Ничего, старина, — утешил меня Холмс. — Я тоже не вижу. Но я точно знаю, она там, эта печная труба. Через нее мы легко попадем в замок. Только сначала надо влезть на крышу. Ну, смелее, Ватсон!Я задрал голову и с сомнением оглядел уходящую ввысь стену. После недолгих колебаний я подошел поближе, подергал побеги плюща и, еще раз прокляв в душе всю эту дурацкую затею, начал восхождение. Великий сыщик последовал за мной, бодро уговаривая меня не волноваться и убеждая, что в случае падения поймает меня.Но ловить меня не пришлось. Цепляясь за излишества старинной архитектуры, то за крылья амуров, то за бороды атлантов, я фут за футом уверенно продвигался вверх. Минут через десять я уже был на крыше и, тяжело дыша, оперся на гипсовую химеру, нависавшую над парком.Холмсу повезло меньше. Судя по доносившимся до меня звукам, раза три он срывался, причем последний раз — как я догадался по грохоту падающей черепицы — уже с самой крыши. Но, наконец, и он оказался наверху. Его темная фигура приблизилась ко мне и, облегченно вздохнув, вцепилась в химеру с другой стороны.Хрупкой статуе, по‑видимому, не предназначалась роль несущей опоры. Я услышал, как что‑то сухо хрустнуло, и почувствовал, как все мы — я, Холмс и химера — медленно и неотвратимо кренимся к далекой земле…Каким-то нечеловеческим усилием мне удалось оттолкнуться от гипсовой фигуры и, немыслимо изогнувшись, все-таки удержаться на крыше. В тот же миг химера, с треском отломившись от основания, тяжело рухнула вниз вместе с так и не отпустившим ее Холмсом. Раздался глухой удар, сопровождаемый звоном бьющихся стекол и страшным проклятием. Затем над парком повисла тягостная тишина. Которая вскоре вновь была нарушена — тяжело дыша, Холмс в очередной раз лез по стене…Потом мы долго сидели около трубы, вдыхая свежий ночной воздух.— Я напишу новый верлибр, — внезапно сказал Холмс. — И назову его — «Химере — химерья смерть». — Он победоносно посмотрел на то место, где еще недавно торчала эта зубастая тварь. — Она мне сразу не понравилась. Ловко мы ее! — Мой друг одобряюще хлопнул меня по плечу. — А теперь, вставайте, Ватсон. Нас ждут великие дела! — Холмс влез на трубу. — Не отставайте, пузырьки близки! — в экстазе воскликнул он и бесшумно провалился вниз. Я последовал его примеру.После нашего появления в замке, труба, без сомнения, стала гораздо чище. Луч потайного фонаря Холмса высветил уже знакомую нам галерею портретов и злополучное зеркало, в котором отразились два черных как уголь лица.— Странно, — заметил Холмс, оглядевшись по сторонам. — По всем расчетам выходило, что эта труба ведет прямо в кабинет.— Пустяки, — прошептал я, — тут, кажется, недалеко.Идти по безмолвным этажам, скрипящим лестницам и опустевшим галереям было не очень‑то приятно. Бледный луч фонаря выхватывал лишь небольшой участок пола под ногами и делал окружающую тьму еще более глубокой и беспросветной. Ощущение того, что по нашим следам кто‑то крадется, да и сама зловещая обстановка замка привели меня в такое смятение, что я совершенно потерял способность рассуждать и механически следовал за Холмсом, рвущемуся к своим вожделенным сокровищам.По дороге, однако, ничего страшного не случилось, и я немного успокоился. А вскоре мы убедились, что и Холмс зря волновался. В кабинете все было по‑прежнему — и разбросанные ящики, и кипа разлетевшихся по всей комнате бумаг, и кресло-качалка, которое моментально отшвырнул в сторону Холмс, кинувшийся к столику с пузырьками.— О боже! Неужели это все мое?! — бормотал он, набивая склянками карманы, перчатки и голенища сапог. — Ватсон, что вы там встали как пень? Вот эти три экземпляра особенно редки! Их надо во что‑то завернуть. Берите бумагу и смотрите, как это делается.Я не заставил его ждать. Быстро подняв с пола несколько листов, я схватил протянутые мне пузырьки и, глядя на действия моего друга, стал лихорадочно их заворачивать. К чести Холмса надо сказать, что он справлялся с этой операцией куда проворнее меня, так что уже через каких-нибудь пятнадцать минут мы с нашей драгоценной ношей пустились в обратный путь.Для того, чтобы попасть вниз, надо было сначала миновать длинную галерею, проходящую вдоль всего этажа и выходящую окнами во двор замка. Взошла луна. Ее свет ложился на пол галереи четкими прямоугольниками узких, как бойницы, окон.Как только мы вступили в галерею, часы на башне замка начали бить. Мерные удары колокола раздавались прямо над нашими головами, возвещая наступление того часа, когда, по преданиям, разверзаются могилы, и неприкаянные души выходят на свободу.— Полночь… — как‑то зловеще сказал Холмс, и пузырьки у него за пазухой зазвенели.По галерее пронесся легкий ветерок. Где‑то внизу хлопнула дверь. Я застыл.— Вы слышали, Холмс? — прошептал я. — Тише! Там, кажется, кто‑то есть.Холмс замер. Стало так тихо, что даже удары собственного сердца оглушали меня.— Ватсон, — еле слышно отозвался Холмс, — вы…Протяжный, тупым ножом резанувший по нашим натянутым нервам скрип в клочья разорвал тишину древнего замка. Казалось, этот скрип заполнил собой все — коридоры, комнаты, залы — каждый уголок замка, от подземелий до шпиля древней башни. У меня подкосились ноги, и я, бессильно цепляясь руками за стену, сполз на пол.Послышался далекий протяжный, нечеловеческий стон, а затем раздались тяжелые, мерные шаги и гнетущий звон цепей. В жизни не слышал я ничего более ужасного. Мне было плохо, как никогда. К тому же, сверху на меня рухнул трясущийся от страха Холмс, который что-то пытался сказать, но язык отказывался ему повиноваться.Шаги приближались — нижняя зала, поворот налево, винтовая лестница, узкий переход в оружейную…— Ва-ва… — я чувствовал, что Холмс хочет мне что‑то сказать. — Ва-Ватсон… Ни… ни‑
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики