ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В то время как доктор Пеккерт изощрялся, перечисляя все ангельские иерархии по классификации Дэниса, я видел десятки маленьких ангельских лиц, которые поприжимались снаружи к окнам класса, и большого красивого архангела, летевшего над рекой среди кораблей, идущих под коричневыми парусами».
Эльба завораживала Бальтазара и, казалось, звала его к себе. Нет сомнения, что в этих медленных и величественных водах он созерцал ту же радостную игру света, которой так нравилось ему любоваться в сумерки на пруду на окраине Баутцена. Это была как бы прозрачная театральная сцена, на которой играли оттенки заката. И там, в этом калейдоскопе красок, Бальтазар различал крылья, тысячи весело резвящихся крыльев – так бывает, когда вдруг взлетает огромная стая голубей. В такие минуты он:полностью погружался в музыку; это была музыка молчаний, она царила где-то там, на самом дне глубокой тишины, и только ухо сердца могло ее уловить.
Другие ученики ничего не слышали, и Бальтазар очень хорошо понимал их, ведь и он когда-то не мог услышать голоса своих покойных братьев и сестер. Это новое чувство развивалось в нем медленно и в особенности после того, как он увидел сундук в гроте. После этого события и начались его так называемые встречи, число которых быстро увеличивалось. Однако он об этом никому не рассказывал и не потому, что боялся, что отец или пастор Якоб не воспримут его слова всерьез, а потому, что эти впечатления казались ему слишком драгоценными сокровищами, чтобы с кем-то ими делиться. Между мальчиком и неведомым существовала некая тайна, некая связь, такая же крепкая, такая же неразрывная, как и любовь. Все эти события он надежно хранил в памяти, ожидая дальнейших случаев подобного рода, которые происходили с ним за тем или иным поворотом его жизненного пути с изумительной естественностью.
Догадывались ли товарищи о необычайных способностях этого мальчика-заики, который так легко и просто общался с миром невидимого? Это были дети из обеспеченных семей, в основном купеческих. Такие родители обычно стремились определить одного из своих сыновей в духовенство, второго отправить на государственную службу, а третьего устроить в банк. В этой среде Бальтазар напоминал утку из известной сказки. Ему давали возможность жить в мире своего воображения – это получалось у него естественно, поскольку ему было не с кем и не о чем разговаривать. Конечно, эту его сдержанность объясняли заиканием, но ему в конечном счете было все равно.
Таким образом, в течение четырех месяцев, то есть до самого июля, доктор Тобиас Пеккерт мог быть доволен успехами Кобера-сына и имел все основания полагать, что семинария приобрела отличного ученика. Но в июле пришло тревожное известие, вынудившее Бальтазара сразу же оставить Дрезден и отправиться в Баутцен. Иоганн Сигизмунд крайне неудачно упал с коня и находился при смерти.
– Приветствую вас, господин профессор… – начал отец таким слабым голосом, что сыну пришлось склониться над постелью, дабы расслышать его слова. – Итак, вы теперь человек ученый, и вам все известно о мире и о Боге?
Бальтазар заплакал:
– Отец, я ничего не знаю ни о мире, ни о Боге!
– Полноте, Кобер-сын, ты, который остаешься последним в нашем роду, подыми-ка голову! Не позволяй себе завидовать тем, кому говорить легко. Бог поставил препоны твоему языку, чтобы каждое твое слово звучало по-праведному и было в гармонии с Его Мудростью. Кобер-сын, пообещай отцу, что ты будешь хранителем нашей памяти. Валентина, Гертруда, все наши дорогие детки, а теперь и я, Иоганн Сигизмунд, мы передаем тебе светильник жизни, ибо, как сказано в Писании: тот, кто овладеет законом, получит свет. Я передаю тебе Закон.
И дрожащим пальцем он указал на Библию, которая лежала открытой возле него, на табурете. Бальтазар осторожно взял ее в руки. Вокруг него, в этой комнате, где они были зачаты, где появились на свет и где большинство из них умерли, собрались дети Кобера – и рожденные Валентиной, и те, которых родила Гертруда. Сейчас он слышал их очень внятно. Их кристально чистые голоса звенели у него в ушах. Они говорили: «Мы всегда будем с тобой, о, Бальтазар Кобер! Всегда с тобой!..» Он почувствовал страх. Сжимая в руках Библию и ощущая пронзительный холод в сердце, он увидел, как Иоганн Сигизмунд улетел вместе со струйкой воздуха, которая исходила из корней, питающих мир; потом в наступившей тишине стали уходить дети – сначала дети Валентины, за ними – Гертруды. Вскоре Бальтазар остался один.
Он немного побродил по дому. Каждая вещь в нем была ему знакома, но сейчас они словно умерли вместе с отцом. Все казалось ему бесполезным, ненужным. Он открыл дверь конюшни. Лошадь убежала. Осел остался. Вдвоем они покинули Баутцен, казавшийся ему теперь просто беспорядочным скоплением домов. Горожане, прячась за занавесками, смотрели на него так, будто боялись, чтобы он их не сглазил.
– Кобер-сын, – сказал пастор Якоб Фюрстенау, – отныне у тебя есть другая семья, благодаря Небу и ректору Франкенбергу. Твоя земная семья исчезла, проскользнув крохотными песчинками сквозь пальцы Создателя. Но остается твоя семья духовная, ибо теперь твоя судьба пишется там.
После этого он благословил юношу и тот, не очень ободренный этой речью, взобрался на осла и отправился в Дрезден.
3
Бальтазар не проехал еще и двух миль, когда увидел, что к нему приближается громадный конь, на котором сидел прямой, как палка, человек в зеленом камзоле; голова его была покрыта грандиозной шляпой с перьями. Чем ближе он подъезжал, тем больше Бальтазар убеждался, что он уже где-то с ним встречался, и действительно, это был тот самый господин, который так его заинтересовал, когда в марте он стоял со своим отцом и пастором перед воротами ректорского дворца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики