ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Завтра я снова сделаю малышке массаж. Пойду попрошу Лили приготовить утром отвар из трав.
Она поднялась и хотела направиться к двери, но Дайрмид остановил ее, взяв за руку.
– Спасибо вам за заботу, Микаэла, – с искренней благодарностью сказал он. – Я уверен, что вы поможете моей девочке.
Микаэла глянула на Бригит, которая под тяжелым одеялом казалась совсем крошечной и беззащитной, и тяжело вздохнула:
– Жаль, что я не могу совершить чудо исцеления, которое вы ей пообещали…
Дайрмид тоже поднялся и положил руки ей на плечи. Даже сквозь одежду Микаэла почувствовала, какие они горячие. По ее телу пробежала сладостная дрожь; молодая женщина подняла взгляд на лэрда – теплый отсвет камина смягчил черты его сурового лица, сделав еще красивее. Дайрмид наклонился к ней, и она близко-близко увидела его ясные и блестящие, как горный хрусталь, глаза.
– В вас больше волшебства, чем вы думаете, – шепнул он.
Микаэле снова вспомнился короткий поцелуй на берегу пруда. Внезапно ей так сильно захотелось вновь прикоснуться к губам Дайрмида, что она испугалась – еще немного, и справиться с этим желанием не удастся. От ужаса у нее задрожали колени, бешено застучало сердце – казалось, в тишине отчетливо слышен его стук.
Никогда прежде Микаэлу так не тянуло к мужчине. Ее тело как будто обрело собственную волю и, перестав подчиняться разуму, жаждало соприкоснуться, слиться воедино с телом Дайрмида, и эта потребность с каждым мгновением росла. Микаэле так хотелось тепла, которое бы отогрело ее замерзшую душу…
Глубоко вздохнув, молодая женщина напомнила себе, что Дайрмид женат; к тому же несчастный брак, по-видимому, надолго отвратил его от женщин. На ее долю тоже выпало одиночество, от которого не избавили даже несколько лет супружества, но она не будет вести себя как распутница! Наверное, сам Дайрмид осудил бы ее за это, не говоря уж об угрызениях собственной совести.
– Спокойной ночи, Дайрмид, – сказала она, отстраняясь.
– Микейла… – едва слышно проговорил он, и молодая женщина заколебалась.
Его голос был так волнующе-прекрасен, к тому же он так чудесно произносил ее имя на гэльский лад! Но пора было уходить – иначе придется горько пожалеть о своей слабости. Отвернувшись, Микаэла решительно направилась к двери и вышла в холодный темный коридор. В это мгновение что-то слегка толкнуло ее в грудь – как будто между их с Дайрмидом сердцами протянулась тонкая серебряная ниточка, которая дернулась и стала натягиваться, когда Микаэла покинула лэрда. Она явственно представила себе эту картину, и ей вдруг показалось, что ниточка уже давно соединяет ее с Дайрмидом – с того самого дня, когда она опустилась рядом с ним на колени на поле боя в Гэллоуэе. Теперь эта ниточка крепко-накрепко привязывала ее к даншенскому лэрду, и Микаэла не знала, как от нее освободиться…
11
– Да он вдребезги пьян! – нахмурилась Микаэла, разглядывая Ангуса, по лицу которого блуждала бессмысленная улыбка. – И часто он напивается?
– Да нет, не особенно, – ответил Дайрмид, озадаченно почесывая подбородок. – Честно говоря, я еще никогда не видел его в таком состоянии. С чего он вдруг напился, ума не приложу!
Дайрмид и в самом деле ничего не мог понять. Когда его разбудил среди ночи неистовый стук в дверь, он сначала даже не хотел вставать с постели, спросонок приняв его за шум бушевавшего за окном ненастья. Но в дверь продолжали стучать до тех пор, пока с него не слетели остатки сна. В коридоре стояла испуганная Иона. Она выпалила, что ее дед сидит за столом в большой зале, не отвечает на вопросы и что-то невнятно бормочет. По ее словам, таким она его еще не видела. Уж не удар ли с ним случился? Обнаружив деда, Иона первым делом разбудила леди Микаэлу, а та распорядилась поднять с постели хозяина дома.
Дайрмид с тяжелым вздохом закинул руку Ангуса к себе на плечо и попытался приподнять его, приговаривая:
– Хватит, старина, ты выпил уже достаточно, пора спать!
Но Ангус вдруг так громко застонал, что одна из лежавших у очага собак тревожно подняла голову и ответила ему тоскливым протяжным воем.
– Мне кажется, ему больно! – с жалостью глядя на старика, проговорила девушка. – Дедушка, скажи, что с тобой?
Под горестный вой собаки Ангус снова отхлебнул вина, а потом схватился за щеку. Дайрмид наклонился к нему и увидел, что щеку старика раздул флюс.
– Так у тебя разболелся зуб? – спросил лэрд.
Ангус горестно кивнул, отхлебнул еще вина, прополоскал им рот и выплюнул на пол. Потом сделал новый глоток – уже для внутреннего употребления.
– Бедный дедушка! – вздохнула Иона. – Он пьет вино, чтобы заглушить боль!
– И, кажется, выпил уже столько, что скоро вообще перестанет что-либо чувствовать, – заметила Микаэла, дотрагиваясь до плеча старика. – Покажите, какой зуб у вас болит, Ангус.
Тот с готовностью открыл рот. Микаэла знаком попросила Иону поднести свечу поближе и внимательно осмотрела зубы страдальца.
– Надо поскорее вырвать гнилой зуб, – заключила она, – потому что он порождает дурные жидкости, отравляющие кровь. Из-за них у Ангуса раздуло щеку.
Старик замотал головой, застонал и спрятал искаженное болью лицо в ладонях. Иона закусила губу и испуганно посмотрела на Дайрмида. Микаэла тоже подняла на него глаза и сказала будничным тоном:
– Мне понадобится ваша помощь. Надеюсь, у вас остались какие-нибудь хирургические инструменты?
– Да, конечно, – так же спокойно ответил он. – Сейчас принесу.
Вернувшись в свою спальню, Дайрмид отпер большой деревянный сундук, стоявший под окном, и вынул оттуда плоскую кожаную сумку с белой шелковой подкладкой. Из множества отделений выглядывали хирургические инструменты: золотые иглы, серебряные ножницы, разнообразные железные щипцы, стальной скальпель и маленькие изящные пилы. Дайрмид пользовался ими, когда служил врачом в армии короля Роберта Брюса. Пожалев о том, что инструменты ему больше не понадобятся, он, выбрав подходящие щипцы, аккуратно закрыл сумку и убрал обратно в сундук.
Когда Дайрмид вернулся в залу, там вовсю шли приготовления к операции – на столе дымились две большие миски с кипятком, Иона расставляла свечи, а Микаэла проверяла содержимое двух маленьких глиняных сосудов, по-видимому, с целебными маслами.
– Думаю, я нашел то, что нужно, – сказал Дайрмид, протягивая молодой женщине щипцы.
Поблагодарив, Микаэла опустила щипцы в горячую воду, потом смочила два лоскутка маслом и засунула их Ангусу за щеку.
– Это успокоит боль, – пояснила она, достала из миски щипцы и замерла в нерешительности.
Дайрмид наблюдал за ней с удивлением: неужели она растерялась? Странно, до сих пор Микаэла казалась ему очень уверенным в себе врачом… Может быть, она боится, что в таком состоянии старик начнет буянить?
– Когда я лечил раненых, вино было моим первым помощником, – заметил горец. – Пожалуй, Ангусу не повредит еще один глоток.
– Лучше всего было бы положить на больной зуб губку, пропитанную настойкой опия, – вздохнула Микаэла. – Но, к сожалению, весь запас опия остался в моем сундуке вместе с книгами и инструментами.
– Мы не можем ждать возвращения Мунго с вашими вещами, – решительно возразил горец. – Ангус может погибнуть от дурных соков, попадающих в кровь из больного зуба. Так что придется прибегнуть к старому, испытанному средству!
Он подал старику бурдюк, и тот сразу оживился. Однако стоило ему сделать несколько глотков, оживление сменилось оцепенением, глаза Ангуса остекленели, на лице застыла глупая улыбка.
– Кажется, он готов, – заметил Дайрмид, обращаясь к Микаэле. – Вы можете начинать.
Она подошла ближе, но почему-то остановилась. Дайрмид, поддерживавший голову Ангуса, недоумевал – почему она все еще колеблется? Наконец его осенило.
– Вам когда-нибудь доводилось рвать зубы? – спросил он.
– Никогда, – покачала головой Микаэла. – Я ведь не вхожу в гильдию хирургов и брадобреев…
– А мне доводилось. Это очень легко! – подбодрил ее Дайрмид и начал объяснять, что надо делать.
Микаэла слушала его очень внимательно. Когда он закончил, она наклонилась к больному и, наложив щипцы на больной зуб, попыталась его вырвать. С первого раза, однако, ей это не удалось. Она попробовала еще раз, но тоже неудачно. Раскрасневшись от усилий и волнения, Микаэла отбросила упавшие на лицо пряди волос и выпрямилась.
– Чтобы вырвать зуб, нужна сила кузнеца!
– Не обязательно. Попытайтесь еще раз.
Она попыталась – и опять безуспешно.
– Должно быть, у этого зуба слишком длинные корни, – пробормотала Микаэла и, оглянувшись на Дайрмида, в отчаянии воскликнула: – Пожалуйста, помогите! Мне не хватает силы! Если я сломаю зуб, Ангусу будет еще хуже!
– Но моя рука…
– Вы справитесь и одной!
Дайрмид вздохнул. Пожалуй, у него не было выбора.
– Что ж, из нас двоих на роль кузнеца больше подхожу я, – сказал он, беря у нее щипцы. Наложив их, он уперся коленом в стул, на котором сидел несчастный Ангус, потянул что было силы, и через мгновение больной зуб оказался в приготовленной для него чашке.
Обрадованная Микаэла вытерла окровавленный рот старика и положила припарку из лекарственных трав на распухшую десну. Закончив хлопотать возле больного, она подняла глаза на Дайрмида.
– Спасибо за помощь, милорд!
– Не за что. У меня ведь есть некоторый опыт в этом деле…
Микаэла улыбнулась, ее похожий на монашеский платок сбился набок, и она усталым жестом стянула его с головы. Удивительные волосы Микаэлы заструились по плечам и спине, как поток лунного света, и Дайрмид поймал себя на том, что не может оторвать от нее взгляда. В ореоле бледно-золотистых волос, с сияющими глазами она была необыкновенно хороша.
– Спасибо и вам, Иона, – продолжала Микаэла, обращаясь к девушке. – Ваша помощь была очень кстати. Пусть ваш дед останется здесь, в зале, до утра, а вы отправляйтесь спать – вы ведь тоже устали, бедняжка!
Иона принесла со скамьи толстый шерстяной плед, укрыла им захрапевшего Ангуса, быстро собрала со стола миски и, пожелав всем спокойной ночи, вышла. Лишь тогда Микаэла без сил опустилась на скамью и дрожащей рукой пригладила волосы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики