науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тут же были и трое великанов с острова Мэн, которым взрослые жеребцы едва доставали до лодыжек. Странный, неземной колорит проступает и в описании трех обнаженных фигур, повисших на веревках под самым потолком: это — дочери Бадб (второе имя старухи Морриган, богини воины), «три ужасных создания», которые, как весьма загадочно сказано в повести, «получают раны и гибнут в каждом бою». По всей вероятности, они представляют собой призрачные существа, этакие олицетворения войны и смерти, видение которых дано только Ингкелу. Весь дом и все его многочисленные покои переполнены воинами, виночерпиями, музыкантами, играющими на всевозможных инструментах, шутами и фокусниками, показывающими разные чудеса, а сам Да Дерга со своими слугами подает гостям съестное и хмельные напитки. Сам Конэйр описан так: «Он обладал решительностью и энергией истинного короля и мудростью, необходимой для совета, одеяние, которое я видел на нем, клубилось, словно туман в майский день, и было прекрасней и четче всех прочих нарядов». Подле короля красовался его меч с золотой рукоятью, на треть выдвинутый из ножен, так что приоткрытое лезвие сверкало и искрилось, словно луч света. «Это был самый добрый, благородный и мудрый правитель из всех, когда-либо приходивших в сей мир; это был Конэйр, сын Этерскела… поистине, доброта и мягкость этого спящего героя не знали границ, пока его влекли к себе подвиги чести и доблести. Но если бы его мужество и отвага успели проснуться в нем, как в героях Эрина и Альбы, бывших с ним рядом в доме, разрушение не стало бы столь долгим и полным… конец его правления был печальным».Тогда Ингкел и сыновья Десы бросились в атаку и обнаружили приют.— Тише вы там! — воскликнул Конэйр. — Что это такое?— Герои в своих покоях, — проговорил Коналл Кирнах.— Для них здесь найдутся воины, — отозвался Конэир.— Видно, они понадобятся уже этой ночью, — подхватил Коналл.Тем временем один из сыновей Десы первым ворвался в приют. Голова его тотчас слетела с плеч и выкатилась обратно за порог. В приюте вспыхнул было пожар, но воины Конэйра тотчас потушили его вином и прочими напитками, какие только нашлись в доме. Конэийр и его воины тотчас бросились вперед, мигом сокрушив добрую сотню нападавших, так что разбойники на какой-то миг заколебались. Но тут Конэйр, бывший прекрасным и непобедимым воином, почувствовал страшную жажду и не мог продолжать битву, пока не напьется. Дело в том, что нападавшие, по совету своих волхвов, перекрыли реку Доддер, npoтекавшую прямо под приютом, а все напитки, имевшиеся там, ушли на тушение пожара.Король, буквально умиравший от жажды, попросил Мак Кехта принести ему хоть глоток воды, и великан бросился к Коналлу спросить — сбегает ли тот за водой сам или останется прикрывать короля, пока он. Мак Кехт, отправится за водой— Предоставь нам самим защищать короля, — отвечал Коналл, — и поспеши на поиски воды, ибо он попросил достать ее именно тебяТогда Мак Kexт, схватив золотую чашу короля, опрометью бросился из дома, топча уворачивавшихся врагов, и помчался искать воду. Тем временем Коналл, Кормак Ольстерский и другие герои тоже ринулись вперед, разя и сокрушая врагов. Одни из них были ранены и с трудом присоединились к маленькому отряду, оборонявшему приют, а другие сумели пробиться сквозь плошое кольцо нападавших. Коналл, Сенха и Дуфтах бились рядом с Конэйром до самого конца, но Мак Кехт все никак не возвращался. Наконец Конэйр умер от жажды, и трое героев, бросившись на врагов, вырвались из кольца, израненные, изнемогающие и истекающие кровью".Тем временем Мак Кехт громадными скачками носился по Ирландии в поисках воды. Но, увы, феи и эльфы, эти олицетворения стихийных сил природы, наглухо напечатали все источники, и он нигде не мог найти воду. Мак Кехт попытался было набрать воды в Кесэйрском ключе в Уитлоу, но напрасно; он бросился к большим рекам, Шэннону и Слэйни, Банну и Бэрроу, но они исчезали из виду, едва только он приближался к ним. Озера также не давали ему воды. Наконец он отыскал в Роскоммоне одно oзepo. Лох Гара, не успевшее вовремя спрятаться от него, и набрал полную чашу воды. Наутро он вернулся в приют со своей драгоценной добычей, стоившей таких громадных трудов, но обнаружил, что все защитники были перебиты, а двое нападавших даже затеяли между собой драку за голову Конэйра. Мак Кехт одним ударом отрубил голову одному из них, а в другого, пытавшегося было убежать, унося с собой голову Конэйра, метнул огромную каменную глыбу; Ройник умер на месте, а Мак Кехт, подняв голову несчастного короля, влил ей в рот воду из чаши. И голова ожила и заговорила, поблагодарив героя за этот прощальный подвиг.Через какое-то время на поле боя появилась женщина. Она увидела, что Мак Кехт лежит без сил, истекая кровью.— О женщина подойди ко мне, — позвал ее Мак Кехт.— Я не смею тронуться с места, — отвечала та, — ибо ужасно боюсь тебя, грозный воин.Но он продолжлал умолять ее, проговорив:— Видишь ли, я не знаю, кто там — овод, муха или равен — пьет мою кровь и грызет рану…Приглядевшись женщина увидела огромного волка, по самые плечи вгрызшегося в рану героя. Она схватила его за хвост и потянула прочь, так что у того вмиг оторвались челюсти.— Поистине, — заметила женщина, — если это и муравей, то из Страны Великанов.Мак Кехт тотчас схватил волка за горло, а другой рукой ударил его в лоб, так что тот издох на месте.Конец этой истории исполнен поистине героического напряжения. Коналл Кирнах, как мы уже знаем, после смерти короля сумел прорваться сквозь кольцо врагов и поспешил в Тетлин. Там он увидел своего отца, Аморгина, в саду перед его дуном. На руке Коналла, в которой он держал щит, было трижды по пятьдесят ран oт копий. Герой вернулся в Татлин с половинкой щита, мечом и сломанными копьями.— Да, ловки волки, так отделавшие тебя, сынок, — заметил отец.— Всему виной, о почтенный герой, злоба и старинная вражда между нами, воинами, — отвечал Коналл.— А твой господин жив? — спросил Аморгин.— Увы, его больше нет среди живых, — отозвался сын.— Клянусь богом, как клянутся все славные воины Ольстера: тот трус и предатель, кто покидает поле боя живым, оставив своего господина в лапах смерти.— Взгляни, почтенный герой: на моих ранах еще не высохла кровь, — возразил Коналл. Он показал отцу свою истерзанную руку, со следами трижды пятидесяти ран от копий. Другая рука, не прикрытая щитом, была сплошь из рублена, изрезана и окровавлена и не отделилась от тела героя лишь благодаря его крепким сухожилиям. — Да, эта рука недавно потрудилась на славу, сын, мой, — заметил Аморгин.— Да, это правда, — отвечал Koннал Победоносный— Многих она напоила смертным вином нынче ночью у врат приюта.Так кончается история Этэйн, разгрома Страны Фей и их беспощадной мести праправнуку Верховного короля Эохаидха.
Глава 12. ИРЛАНДСКАЯ ИЛИАДА Эбер и Эремон, сыновья Мил Эспэйна и победители богов, открывают собой новый ряд персонажей гэльских преданий — ранних ирландских королей-"милесиан". И хотя монахи-хронисты не жалели усилий, пытаясь явить реальную историческую основу в преданиях о героях, они выглядят столь же мифическими, как и бoги клана Туатха Де Данаан. Первым из них, имевшим наименее ощутимую связь с действительными событиями, Тайгермас, правивший спустя добрую сотню лет nocле прихода сынов Мил Эспэйна. Он был из числа тех repoeв, которых принято именовать «королями — носителями культуры», и сыграл для Ирландии примерно такую роль, какую сыграл Тесей для Афин или Минос для Крит. В годы его правления на острове появилось девять новых озер, и целых три реки вырвались из подземных глубин, чтобы напоить своей водой Эрин. Под его покровительством жители Эрина научились выплавлять золото, делать роскошные украшения из золота и серебра и окрашивать ткани в самые разные цвета. Согласно легенде, он таинственным образом исчез вместе с тремя четвертями своих воинов во время друидического моления перед идолом Кромм Круахом на поле Маг Слехт. По словам Диннсенхуса Маг Слехт, Явился Тайгермас,Тот самый принц-правитель Тары,На Хэллоуин со множеством людей;Но дело плохо кончилось для них.И пали люди Банбы,Не проявив ни мужества, ни силы,Вкруг Тайгермаса, что явился с севера,Жестоко поплатившись за почитанье Кромм Круаха.Как я узнал от стариков,За исключеньем четверти последней,Никто из гэлов, в западню попавших,Не вырвался живым из пасти смерти. В образе Тайгермаса мы, по всей вероятности, имеем дело с великим мифическим королем, который, как, впрочем, и аналогичные персонажи в истории и мифологии большинства народов мира, знаменует собой окончание собственно мифологической эпохи и открывает новую эру, для которой характерны образы, имеющие уже не божественный, а скорее апокрифический статус.Однако, несмотря на официальное почитание богов клана Туатха Де Данаан, установленное Эремоном, мы видим, что наиболее ранние цари и герои Ирландии обращались с этими богами весьма свободно, если не сказать фамильярно. Так, Эохаидх Эйремх, верховный король Ирландии, считался наиболее подходящим поклонником для богини Этэйн и смог отвергнуть домогательства бога Мидхира, этого гэльского Плутона ( см. главу 11, «Боги в изгнании»). А современники Эохаилха — Конхобар Мак Несса, король Ольстера, Ку Poй Мак Дэйр, король Мунстера, Месгедра, король Лейнстера, и Эйлилл и Медб, король и королева Коннахта — оказывались вовлеченными в любовные интриги и военные подвиги обитателей сидхов .Все эти персонажи второго гэльского цикла (посвященного героям Ольстера и особенно их великому богатырю Кухулину), по утверждению ирландских преданий, жили в самом начале христианской эры. Так, знаменитый Конхобар, по преданию, страшно разгневался, когда узнал о смерти Христа.Однако такие свидетельства представляют собой несомненные интерполяции, внесенные в первоначальный текст христианскими монахами-переписчиками. Большинство ученых придерживаются иной точки зрения, согласно которой легендарными персонажами кельтских героических циклов являются не реальные люди, а боги. Однако в таких эпосах стороны нередко могут меняться местами. Итак, были ли король Конхобар и его ольстерские богатыри, Финн и его фианы, король Артур и его рыцари реальными людьми, жившими в глубокой древности, образы которых со временем обрели атрибуты богов, или все они, напротив, представляют собой древнейшие божества, поменявшие имена и утратившие свой божественный статус, чтобы стать более близкими для своих почитателей, живших в более позднюю эпоху?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики