ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Империя – 3

«Марианна Алферова. Боги слепнут»: Олма-пресс; 2000
ISBN 5-224-01532-4/5-7654-1070-7
Аннотация
Первый гладиатор Рима Юний Вер выходит на арену. Он удачлив, он красив как бог, он почти непобедим. Из своей ложи приветствует знаменитого гладиатора его друг сенатор Элий. Он сам в прошлом гладиатор, а в будущем... Но своего будущего друзья, разумеется, не знают. Не знают, что арена, это только разминка, и сражаться им придется не только с профессиональными бойцами, но и с отрядами Чингисхана, и... даже с богами. Но самой большой опасностью грозят интриги политиков...

Марианна АЛФЕРОВА
БОГИ СЛЕПНУТ
ЧАСТЬ 1
Глава 1
Августовские игры 1975 года

«Сенат заседает ежедневно. Никогда прежде положение Империи не было столь катастрофичным. Гибель армии Руфина нельзя сравнить ни с поражением при Каннах, ни с гибелью трех легионов в Тевтобургском лесу ». «Если бы император Руфин не медлил со своей армией в Антиохии, Нисибис можно было бы спасти, — это мнение сенатора Луиия Галла кажется почти бесспорным». «Вчера император Руфин пожаловал Летиции Кар титул Августы».
«Акта диурна», 17-й день до Календ сентября 1975 года
Радио в соседней комнате ожило и разразилось потоком трагических маршей. Динамик хрипел, стараясь перекричать воду, рвущуюся из водопроводного крана. Обычное утро в многоквартирной инсуле. Подмастерье из седьмой римской центурии штукатуров собирался на работу.
«Состояние императора Руфина без изменений…» — хрипел динамик.
«Надо же, как долго он живет», — отметила про себя Ариетта. Многие надеялись, что Руфин выживет. Но она знала, что император умрет. Знала — и все. Откуда — неизвестно. Да и какое имеет значение, откуда приходит знание? Мы знаем, что слово «синь» обозначает бескрайность неба и простор, а «черный» ассоциируется с мраком и непроглядностью ночи. Разве нужно доказывать, что ночь черна, а радость — мимолетна?
Позвонила Сервилия. Чуть грустный голос, уверенный тон.
— В три часа нас ждет Руфин. Не опаздывай. Ариетта посмотрела на старенький хронометр. Было шесть утра. Она не знала, стоит ли прощание с императором сладкого утреннего сна.
— Ты должна прийти! — Сервилия не настаивала — утверждала. И как она только вспомнила про нее, Ариетту. Сто лет не звонила, а тут…
— Я приду, — выдавила в ответ Ариетта.
С Сервилией трудно спорить, она всегда права, даже когда далека от истины.
Ариетта накрутила кольца провода на палец и стала смотреть, как раскачивается трубка. Туда-сюда. На что это похоже? На трубку, которая раскачивается. Кто может похвастаться, что походит сам на себя? Ариетта не может. Она меняется.
Не хочет меняться, но меняется. Не год за годом, но минута за минутой. Минуту назад ей хотелось написать пару строк, банальных, но очень милых. Но минута прошла, и Ариетта выбросила листок в корзинку и смотрит, как он сиротливо лежит на дне — маленький серый комочек, весь в изломах граней.
Ей нравится сообщать знакомым, что она — поэтесса. То есть пишет стихи. У нее вышла книжка тиражом в двести экземпляров. Если зайти в книжный магазин на Священной дороге «Зефир», то можно увидеть на витрине изрядно замусоленный экземпляр.
Ариетта бросила трубку и взяла пустую страницу. Хотела написать что-то веселое, но почему-то написала «тоска». Тоска — слишком истертое слово, чтобы начать с него стихотворение. В мире слишком много тоски. Дома — тоска, трава — тоска, и лица человеческие тоже, почти как дома и трава. Но Ариетта не стала бросать листок в урну. Одно слово еще не означает провал, из него может что-то вылупиться.
Император Руфин умирает. В три часа дня Ариетта в числе избранных приглашена с ним проститься, император что-то собирается сказать миру. День до трех часов утратил смысл, скомкан ожиданием, как листочек с неудачной фразой. Сооружение прически, умывание, даже завтрак нельзя растягивать так долго, чтобы день распрямился и принял удобные очертания. Само по себе приглашение лестно. Но Руфин… Что он значит для Ариетты?
Август умирает. Это звучало как первая строчка стихотворения. Но строчка слишком многозначительная. Она не требует продолжения и не может вытащить из небытия за собой целую строфу, и потому останется в одиночестве. Ариетта даже не знала: грустно ли ей, что Руфин умирает, или нет. Во всяком случае, она ничего не хотела от него услышать, и нечего ей было ему сказать. Наверное, еще года полтора назад она бы с ума сошла, узнав о страшной гибели императора и его армии. А сегодня ей все равно. С некоторых пор Ариетта стала подозревать, что другим — тоже. Или почти все равно. Просто они не говорят об этом вслух, как и она. И от этого ей по-настоящему становилось не по себе.
— А может быть, люди сделались бесчувственными потому, что утратили гениев? Гении ни за что не позволили бы людям равнодушно наблюдать за происходящим, они бы заставили подопечных грудью встать против зла. Не всех, конечно… Некоторых. Но и этого вполне достаточно. Хорошо бы повстречать гения. Ариетта думала об этом каждодневно. Но гении почему-то не встречались ей на пути. Ну, разве что в виде кошек.
Ариетта отворила дверь и вышла в сад. Сад — это громко сказано. Нелепо называть садом маленький квадратик черной земли, в который намертво вросла старая пиния. Огромный шатер длинноигольной хвои накрывал весь «садик». Сейчас под этим шатром лежал какой-то человек. От природы крепкого телосложения, он исхудал так, что кости готовы были прорвать выдубленную солнцем кожу. Туника была грязна, волосы всклокочены и в пыли. Незнакомец спал и видел удивительные сны. Неправдоподобные видения роились вокруг головы спящего, как слепни над потным крупом скакуна.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики