ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она почувствовала подступающую к горлу тошноту, и ей захотелось укрыться в своей комнате, задвинуть шторы, забраться в постель и больше никогда не появляться на людях. Чарли закрыла глаза и представила себе теплый уют кокона из простыни и одеяла. И еще она поняла, что ей нужна не постель, которую она делила с Питером, а та маленькая кровать с жестким старым матрасом в доме ее детства, который некогда, давным-давно, она так страстно желала покинуть. В том самом доме, который все эти годы она воспринимала как ненужное напоминание о ее подлинном наследстве. Слезинка появилась в углу глаза при мысли о том, как долго она не видела улыбки матери и не чувствовала объятия отца.
Адвокат громко защелкнул портфель, вернув Чарли к действительности. Она подняла голову и увидела, что Питер, Джон и Эллен уже встали со своих мест, а чудовищно разбогатевшие Пэтси и Даррин, извинившись, вприпрыжку покинули библиотеку. Чарли еле слышно попрощалась с Эллен и проводила взглядом всех выходящих из комнаты. Она продолжала сидеть, не в силах заставить себя подняться. Ноги налились свинцом и не двигались.
Когда Чарли наконец повернулась к окну, Дженни там уже не было.
Чарли продолжала сидеть на диване, стараясь собрать разбегавшиеся мысли и сосредоточиться. «На мою невестку я возлагаю заботу о моем сыне Питере... В случае развода Чарлин лишается всех прав...» Слова Элизабет эхом звучали в голове Чарлин. После стольких лет усилий, после всех стараний она так и не завоевала симпатии свекрови. Она не приблизилась к своей цели ни на шаг.
* * *
– Они все ушли, – донесся до нее голос Питера. – Ты даже не вышла их проводить.
Чарли вздохнула:
– Какая разница.
Питер сел в кожаное кресло напротив Чарли.
– Надо быть учтивой.
Чарли промолчала.
Он закинул ногу на ногу.
– Тебя огорчило завещание матери, так ведь?
– Считаю, у меня есть для этого все основания.
Питер сложил руки лодочкой.
– Знаешь что, – медленно произнес он, – тебе не следует расстраиваться из-за Фонда. Ты же знаешь, как она была близка с Эллен.
– А я была для нее что заноза в пальце.
– Эллен... Как бы это сказать... Эллен больше подстраивалась под мать.
– Но я куда больше подхожу для того, чтобы управлять Фондом. – Чарли почувствовала, как пустилось вскачь ее сердце. – Я умнее Эллен. И твоя мать это знала. Ради Бога, Питер, ведь у меня экономическое образование. А Эллен, она... – Чарли встала и начала быстро ходить по комнате. – Эллен имеет диплом по домоводству или по какой-то подобной ерунде.
– Но ей нельзя отказать в том, что она использует свое образование.
Чарли остановилась и резко обернулась.
– Что ты хочешь этим сказать, черт возьми?
Питер, казалось, совсем врос в кресло.
– Господи, Чарли, не принимай это на свой счет. Я просто хотел пошутить.
Но его слова уже задели Чарли за живое и пробудили чувство вины. Она почти слышала невысказанное обвинение Элизабет: «Ты вышла за моего сына из-за денег, а твоя учеба в колледже была только уловкой, чтобы присоседиться к богатству Хобартов».
Чарли поправила заколку в волосах и попыталась прогнать призрак свекрови.
– Кроме того, – добавила она, – ты знаешь, что Эллен не единственная причина моего расстройства.
– Ты имеешь в виду развод? Тебя рассердило это упоминание?
Чарли не ответила. Она чувствовала себя слишком усталой, чтобы спорить с Питером, и не только усталой, но и опустошенной. И все же она знала, что Питер ждет от нее прежнего мужества, когда она как бы не замечала придирок Элизабет, стремления унизить ее или вселить неуверенность в своих силах. Питер ждал от нее этого, потому что она сама убедила его в своей стойкости. Так было проще для них обоих.
Чарли вернулась на свое место на диване. Питер считал, что она держит под контролем все в их жизни... Как это делала его мать. Неожиданная мысль мелькнула в голове у Чарли: а что, если Элизабет тоже притворялась? Может быть, Элизабет чувствовала себя такой же испуганной, слабой и неуверенной, как сама Чарли. Может быть, она вела себя так потому, что боялась потерять все заработанное ею с таким трудом.
Может быть, в конечном итоге Элизабет мало чем отличалась от Чарли.
Она почувствовала на себе взгляд Питера и подняла голову. Внезапно Чарли увидела перед собой не взрослого сильного мужчину, а маленького мальчика, только что лишившегося матери, которая успешно несла на себе бремя забот, маленького мальчика, которому нужна женщина, чтобы руководить его поступками.
– Как ты думаешь, а не продать ли нам этот дом? – спросила Чарли. – И купить другой, по нашему вкусу?
Питер рассмеялся:
– Что ты говоришь, Чарли, ведь это теперь и есть наш дом. Твой, мой и Дженни. Если мы отсюда уедем, деньги от продажи достанутся Фонду.
– Ты будешь хорошо зарабатывать как председатель правления.
Он вздрогнул и отвел взгляд. Чарли наблюдала, как Питер медленно осматривал комнату: камин, высокие, до самого потолка, книжные полки, большой старинный глобус – и наконец остановил взгляд на огромном письменном столе из вишневого дерева с замысловатыми бронзовыми ручками и покрытым кожей верхом.
– Это был стол отца, – сказал он задумчиво.
Чарли хотелось его утешить, и в то же время она чуть не застонала от сдерживаемого возмущения.
– Мне так и кажется, что он сидит сейчас за столом. Как бы отец ни был занят, он всегда находил время почитать мне вслух. И Джону тоже. Я не хочу отсюда уезжать.
Чарли охватило чувство безысходности.
– Мне ведь скоро сорок, Чарли. Мне сорок лет, и у меня нет родителей. Я сирота.
Чарли постаралась подавить возрастающее раздражение. Это она имела право рассчитывать на жалость. Это с ней, а не с ним плохо поступила Элизабет. С ней, а не с Питером.
– У тебя есть семья, Питер. У тебя есть я и Дженни.
И почему всегда получалось так, что именно он требовал внимания? Почему его нужды всегда оказывались на первом месте? Разве только он один имел право грустить или радоваться? Почему все мужчины такие эгоисты?
– Моя семья всегда жила здесь, – продолжал он. – В этом доме я родился. – Питер опустил голову. – Ты жалеешь о том, что вышла за меня замуж?
Чарли посмотрела вниз на ковер, затем подняла глаза на Питера. Она вспомнила годы, проведенные в колледже, полные надежд, горячих ожиданий и первой любви. Затем она вспомнила свою мать и ее бесконечную борьбу с нищетой. И еще она подумала о том, что ее жизнь могла бы сложиться куда хуже.
– Нет, Питер, я не жалею, что вышла за тебя замуж.
Она погладила бархат дивана и заметила, как сильно он вытерся. Наверное, пришло время сменить мебель в этой комнате, да и отремонтировать или переделать всю эту старую гробницу, покинутую своей владычицей. Возможно, ей следует жить как прежде, надеясь, что теперь, когда умерла Элизабет, жизнь улучшится.
Но тут Чарли вспомнила о Дженни, как она стояла у окна и смотрела во двор. О том, что на ней лежит обязанность устроить жизнь дочери наилучшим образом.
– Я не столько беспокоюсь о себе, сколько о Дженни, – сказала Чарли.
– Мама никогда не представляла, как много значит для нас Дженни. Особенно после... – Он откашлялся, так и не закончив фразу. – Но все-таки она оставила ей Фаберже.
– Небольшой пустячок.
Чарли и сама удивилась, сколько яда было в ее голосе.
– Трудно назвать пустячком предмет, стоящий несколько сотен тысяч долларов.
Чарли расхохоталась:
– Перестань, Питер. Одно только ожерелье твоей матери из бриллиантов и сапфиров стоит дороже любого такого яйца.
Она поднялась и подошла к окну, туда, где раньше стояла Дженни. Чарли попробовала погасить свой гнев.
– К тому же, – добавила она и махнула рукой, – дело совсем не в деньгах, а в том, что Элизабет так никогда и не приняла Дженни. Даже после своей смерти.
Питер подошел к ней сзади и положил руки ей на плечи.
– Я уверен, мама учла, что Дженни будет моей наследницей. Все заработанные деньги в конце концов достанутся ей. Так же как и дом.
Чарли продолжала смотреть в окно. Дженни, опустив голову, медленным шагом пересекала лужайку; она направлялась к конюшне.
– Попробуй объяснить это четырнадцатилетнему подростку, когда бабушка только что ранила ее в самое сердце.
Питер убрал руки с ее плеч.
– Проклятие, Чарли! Ты ведешь себя как избалованный ребенок. И это после всего того, что мать для тебя сделала...
Он ударил ладонью по столу, и Чарли показалось, будто он дал ей пощечину.
– Боже мой, Чарли, прости меня. Это было глупое замечание.
Чарли крепко обхватила себя руками. Она смотрела на мужа и молчала.
– Я не знаю, как это у меня выскочило.
Наконец она взяла его за руку.
– Ты сказал это потому, что веришь в свои слова.
Питер покачал головой. В его глазах стояли слезы.
Чарли вспомнила их первую ночь здесь, в особняке. Тогда она тоже видела слезы в глазах Питера: его мать чуть их не выгнала. Вот почему Чарли так старалась, вот почему ходила на симфонические концерты, в музеи и на балет. Ей казалось, что таким образом она угодит Элизабет и заставит ее примириться с ней, а Питер поймет, как ему повезло, что он женился на ней. Прошло несколько лет, прежде чем Чарли поняла, что Элизабет считала это пустым времяпрепровождением, так как главным для нее был бизнес. И вместо того, чтобы сблизить их, усилия Чарли еще больше углубляли разделявшую их пропасть. Ирония заключалась в том, что задолго до того, как в ее жизнь вошел Питер, Чарли сама хотела заниматься бизнесом, но Элизабет посмеялась над ней. Чарли рассталась с мечтой о карьере, а постоянная занятость и бешеный ритм жизни стали для нее своего рода убежищем, способом убить время, поводом выбраться из особняка на волю, избавиться от пристальной опеки ревнительницы матриархата. Она надеялась, что когда-нибудь завоюет одобрение и уважение Элизабет, и не отступала от цели.
– Твоя мать не виновата, что была такой, – сказала Чарли и вытерла слезу со щеки мужа. – И я тоже. Все мы стараемся перебороть свою натуру. Это все, что мы можем сделать.
Питер закинул назад голову, словно не давая вылиться новым слезам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики