ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Вы видите что-нибудь на дороге перед нами? — спросил он.
— Я не вижу ничего, — ответил Куань Чунь.
Когда же князь возвратился домой, он заболел и речь его стала бессвязной. Несколько дней он не вставал с постели.
К князю обратился чиновник по имени Хуан Као-ао.
— Как мог повредить вам лесной дух? — спросил он. — Вы сами вредите себе. Если ваша жизненная энергия ослаблена страхами и неприятностями, вы можете серьёзно заболеть.
— Но ведь духи существуют? — спросил князь.
— Да, существуют. У малых горных озёр обитает Ли; при пожарах — Чэн, в пыли — Лэй-тин. В низинах северо-востока водятся Пэй-а и Ва-лунь. В низинах северо-запада можно встретить И-Яна. Ван-сян живёт около рек, Син — в холмах, Куай — в горах, а Фан-хуан — в диких местах. У болот встречается Вэй-тоу.
— Опишите мне Вэй-тоу, — сказал князь.
В ширину Вэй-тоу таков же, как ступица колеса повозки, а в высоту — как её ось. Он носит фиолетовый халат и красную шапку. Он терпеть не может звука проезжающих повозок, и, когда его слышит, хлопает себя руками по ушам. Тому, кто увидит Вэй-тоу, суждено стать великим правителем.
— Именно его-то я и видел! — воскликнул князь. Он сел на постели и оправил свою одежду. Он начал смеяться. К концу дня болезнь его бесследно прошла.
Третий фрагмент также взят у Чжуан-цзы, использовавшего один из эпизодов непростой жизни Кун Фу-цзы, чтобы проиллюстрировать даосский подход:
На рубеже царств Чэнь и Цай шло сражение, и Кун Фу-цзы оказался осаждён двумя армиями. В течение семи дней он ничего не ел, кроме грубого супа. Однако хотя черты усталости проступили на его лице, он проводил время, распевая песни и играя на лютне.
Недалеко от дома, в котором он остановился, два ученика обсуждали ситуацию. «Дважды Мастеру пришлось бежать из Лу. Он еле спасся из Вэй. В Сун на него обрушили дерево, под которым он отдыхал. Он поистине бедствовал в Шэн и Чжоу. Теперь он оказался между Чэн и Цай. Столько раз мог легко погибнуть или оказаться в заключении, а он играет на лютне и поёт! Какое легкомысленное поведение!»
Их слова передали Кун Фу-цзы. Он отложил лютню и заметил: «Они рассуждают как недостойные люди. Позовите их, я хочу поговорить с ними».
Два ученика вступили в комнату.
— Учитель, — сказал один из них, — мы обеспокоены вашим поведением. Оно кажется очень странным, учитывая то бедственное положение, в котором вы находитесь.
— О, неужели? — ответил Кун Фу-цзы. — Когда человек действует в гармонии с Путём Неба, его учение не может не преуспевать. Когда он отвергает себя от Пути Неба, его учение не может не терпеть неудачу. Глядя внутрь и испытывая себя, я вижу, что действую в гармонии с Путём Неба. У меня есть принципы, чтобы преодолеть ту ужасную смуту, который я вижу вокруг. И всё же вы говорите, что я нахожусь в бедственном положении! В настоящий момент я могу испытывать трудности, но я не утрачиваю Добродетель, которой обладаю. Сила кипариса и сосны заметна именно тогда, когда наступает зима и они оказываются покрыты льдом и снегом. Я благодарен испытаниям, выпавшим на мою долю, потому что они дают мне возможность понять, насколько я счастлив.
После этого он вновь взял лютню и продолжил играть.
Первый ученик пустился в пляс.
— Я и не понимал прежде, сколь высоко небо и сколь низка земля! — воскликнул второй.
Непременно ли хорошо «хорошее»? Непременно ли плохо «плохое»? Принято считать, что хорошо быть красивым, но слишком многим людям их личная красота разрушила не только их собственные жизни, но и жизни других. Принято считать, что плохо быть непривлекательным, но именно благодаря своей непривлекательности многие сумели сосредоточиться на вопросах куда более важных, чем некие внешние проявления, и сумели добиться успехов в чём-то Особенном — зачастую становясь Красивыми в процессе такой работы. Принято считать, что хорошо быть сильным и здоровым, но многие энергичные людьми расходуют силу и здоровье, пользуясь тем, что им предлагает жизнь, и не задумываясь, что значит быть старым и немощным — и потому не заботясь о себе — пока не оказывается Слишком Поздно. Принято считать, что плохо быть слабым и больным, но в ответ на подобные испытания многие оглядываются назад и пересматривают своё отношение к жизни, тем самым восстанавливая своё здоровьё и обретая поистине фантастическую силу. Непривлекательность, заболевания и слабость могут преподать много ценных уроков тем, кто готов у них учиться.
Принято считать, что жить долго — хорошо, но многие всю свою долгую жизнь сидят и жалуются, глядя в телевизор и в тысячный раз обсуждая что-то, сказанное лет сорок назад какой-нибудь тётушкой Гертрудой. Многие Великие Подвижники умерли молодыми, но всё же они жили каждое мгновение отпущенного им времени. И даже сама смерть, как заметил Чжуан-цзы, не всегда оказывается злом:
Откуда нам знать, что цепляться за жизнь — не заблуждение? Возможно, наш страх приближения конца это всего лишь свидетельство нашего забвения Пути и неведения того, как возвратиться домой.
Ли Чи была дочерью стража границы Ай Фына. Когда князь Цзинь потребовал её в жёны, она рыдала так, что рукава её халата намокли от слёз. Но когда она прибыла во дворец князя, разделила с ним ложе и вкусила дорогих яств, она очень смеялась над своими прежними страхами и печалями. Откуда нам знать, что то же не происходит и с душами умерших?
Те, кому снятся пиры и праздненства, могут проснуться голодными и в унынии. Те, кому снится голод, могут, проснувшись, встать и отправиться на охоту. Когда они спали, они не понимали, что видят сны… Но когда пробудились, узнали это. Когда-нибудь наступит великое пробуждение, и мы узнаем, что эта жизнь была подобна сну…
Эти речи могут казаться странными, но много лет спустя, нежданным утром или вечером, может появиться кто-то, кто сможет объяснить их [x].
А между тем мы можем ясно оценивать сами наши жизни и окружающий нас мир и — Жить. И вместо того, чтобы рыдать и умолять Вселенную избавить нас от всех Невзгод и Испытаний, мы могли бы более тщательно исследовать, зачем они нам даны. Возможно, то, что кажется нам «хорошим», — это испытания, и, к тому же, довольно сложные; а то, что кажется «плохим», — дары, способные помочь нашему развитию: проблемы — для их разрешения, конфликтные ситуации — чтобы научиться их избегать, привычки — чтобы их изменять, условия — чтоб их принимать, уроки — чтобы их выучивать, вещи — чтобы их преображать… Всё это — благоприятствия для обретения Мудрости, Счастья и Истины. Процитируем Уильяма Блэйка:
Так и должно быть, и это — правильно,
Человек сотворён для Горя и Радости.
Понимающий это с полною ясностью
По Жизни шествует беспрепятственно.
Радость и Горе, они — осиянное
Для душ возвышенных одеяние.
Хм… А все, кажется, уже разошлись.
— Нет, я ещё здесь, — сказал Пятачок.
— Ой, и правда…
— Я наслаждался историями.
— Это замечательно.
— Они помогли мне… понять кое-что.
— «Кое-что»? Например?…
— Страх.
— Да?
— Ладно, пойду пройдусь, надо немножко подумать. Я скоро вернусь.
— Ты прав. Хорошей прогулки.
Воспринимая Вещи, Как Они Есть, мы открываем для себя мир Волшебства — мир, который существовал всегда. И удивляемся, как же раньше мы его не замечали. Как писал Генри Дэвид Торо:
Что такое курс истории или философии или поэзии, независимо от того, насколько хорошо он подготовлен, или высшее общество, или самый замечательный распорядок жизни… по сравнению с умением всегда видеть то, что должно быть замечено? Кем вы хотите быть: читателем, просто студентом или — провидцем? Так читайте свою судьбу, созерцайте то, что перед вами, и смело следуйте в будущее.
Кстати, вот и Загадка для Пятачка, когда он вернётся: «Если “хорошее” не обязательно хорошо, а “плохое” не обязательно плохо, то хорошо или плохо быть “маленьким”?».
Честное сердце
Теперь ветер дул им навстречу, и ушки Пятачка трепетали у него за спиной, как два розовых флажка. Идти было очень трудно, оттого ему показалось, что прошла просто куча времени, прежде чем он вместе с уставшими ушками ступил под защиту Леса в Сотню Акров, где ушки снова встали торчком, тревожно прислушиваясь к вою ветра в верхушках деревьев.
— А предположим, Пух, дерево упадёт и мы окажемся под ним. Тогда что?…
— А предположим, не упадёт, — сказал Пух, хорошенько подумав.
Пятачок успокоился, и скоро они уже бодро стучали и звонили в двери Совы.
А теперь самое время для… Что это за писк?
Если ты мал
И не слишком удал,
Большие дела — не твои.
Всё, что есть важного,
То — для отважного,
Тебе же того не творить.
— Пятачок? С чего это ты вдруг…
— Пух давал мне уроки песния, — пропищал Пятачок.
— Ты, наверное, хотел сказать «уроки пен…»? Ну, ладно, можно и так. Уроки песния. А ведь он может, правда?
— Ну да.
— Хорошо, я только надеюсь, что он ясно понимает, какую напасть обрушивает на ничего не подозревающий мир.
— Привет, — сказал возникший откуда-то Пух. — Пятачок уже пел тебе свою песню?
— Ну, по крайней мере, начинал… Он поёт ужасно высоко, верно? Даже в ушах звенит. В человеческом мире он стал бы известен как Непревзойдённый Контртенор.
— Крот кто?
— Я сказал что-то о кроте?
— Ты сказал, что Пятачок — крот-кто-то. А я сказал…
— Да-да. Я имел в виду, что он очень высоко поёт.
— В конце концов, — сказал Пух, — он ведь Очень Маленькое Животное.
— В самом деле, — добавил Пятачок. — Не стоит рассчитывать, что поросёнок будет петь так же, как Пух. Ведь Пух поёт как крото-бас!
— Пятачок, это не самая удачная шутка…
— Шутка? — сказал Пух. — Где?
Хм, так что я хотел сказать? А, да. Теперь обратимся к силе Тонкочувствующего, Скромного и Малого — силе, которой, в принципе, обладают все Пятачки, независимо от того, прибегают они к ней или нет. Среди всех западных и восточных учений именно даосизм уделяет наибольшее внимание этой силе, которая в даосских писаниях именуется в своих изменчивых проявлениях Ребёнком, Мистической Женщиной и Духом Долины. Знаменательно, что эти проявления являются также и персонификациями самого Дao.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики