ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ничего не значит! Под Минском – густые хвойные леса… Обойдем.
Наркевич опять возразил:
– Во-первых, не густые. А во-вторых, у Новогрудка, то есть как раз на пути к Минску, очень много лиственных, и притом жидких.
– Позвольте… Вот на карте…
Начальник штаба показал пальцем какое-то место на карте.
– Здесь…
– Видите ли, – упрямо сказал Наркевич, – я эти места знаю не только по карте, но и потому еще, что родился в них.
Действительно, он родился неподалеку от Несвижа и по ранним детским воспоминаниям, еще до отъезда за границу, довольно ясно представлял себе природу этой части Белоруссии. Случалось ему также наезжать в Несвиж впоследствии студентом, даже еще позже. И сейчас ему казалось, что нет ничего проще, как вывести штарм через Несвиж и Узду к Могилеву. Только именно – к Могилеву, а оттуда на Смоленск, но никак не к Минску, который наверняка занят гитлеровцами. Подобно Наркевичу, почти у каждого из собравшихся имелась своя собственная точка зрения на вопрос. Кто-то, например, доказывал, что единственная гарантия спасения – двигаться через Беловежскую Пущу и Пинские леса, обходя гитлеровцев с юга. Черноватый, голосистый полковник, начальник одного из отделов штарма, подал справку:
– Чтобы выйти на Беловежскую Пущу, надо пересечь занятую гитлеровцами большую дорогу. При движении на Минск переходить ее не надо. Следовательно…
– А шоссе Слоним – Новогрудок? – спросил Наркевич.
Все эти слова – и Наркевича, и других споривших – не бежали, даже не шли, а ползли, точно выжимаясь из-под пресса, – тяжелые и сердитые. Особенно много возражений вызвал полесский маршрут.
– Это – чтобы живыми провалиться в бездонную прорву ржавых пинских трясин… Нет, уж лучше в прямом бою…
Командующий армией поставил точку:
– Полесье нас примет, но не выпустит, – раз. Второе: разведка показывает, что неприятель жмет главным образом к Смоленску и Могилеву; значит, и полицейская служба там у них крепче. Три: нажим на Бобруйск и Рогачев – всего слабее. Туда и будем отходить. Еще вопрос: в каком порядке отходить?
Карбышев сказал:
– Фронт дырявый. Поэтому – выйдем. Но…
Он быстро оглядел лица собравшихся, точно прощаясь с этими людьми. Вероятно, он знал, что его предложение принято ими не будет.
– Но отходить, товарищи, надо не так, как мы идем.
– А как, товарищ генерал-лейтенант?
– Мелкими партиями.
– Ну, нет, – заговори ли собравшиеся, – это напрасно…
– Что вы разумеете под партиями? – спросил командующий.
– Небольшие группы людей… Крупнее, мельче, но в общем небольшие. Место ближайшего сосредоточения – старая граница.
– Почему?
– Потому что на старой границе мы наверняка встретим наши войска. Сегодня вечером можно будет разделиться на партии, а ночью вырваться из котла.
– Дельно, – задумчиво произнес командующий, – очень дельно насчет границы. Хм! А насчет того, как отходить – в одиночку, мелкими, крупными отрядами или всем вместе, как до сих пор, – это вопрос, который решим… по обстановке!
* * *
Вечером все было готово. Колонна штаба армии выступала на старую государственную границу. Колонна была построена в трех отдельных отрядах. Передний, головной, состоял из нескольких бронемашин, пятнадцати человек пограничников и двух мотоциклистов. Его вел начальник штарма. Во втором шли танки и батальон пехоты; здесь же находился командующий армией. В третьем двигался обоз с ранеными, которых было около ста пятидесяти человек.
Головной отряд быстро вышел на полевую дорогу. Туман, еще вечером поднявшийся с болотистых речных верховьев, подобно белой кисее, затягивал окрестность. Кисея эта плотнела, плотнела; постепенно ее влажная тяжесть становилась такой густой, что хотелось раздвинуть ее руками. И наконец пошел мелкий холодный дождь. Отряд перевалил через шоссе и углубился в лес.
…Машин, набиравших ход по гладкому шоссейному полотну, было не меньше тридцати. Впереди шли полуброневики с пулеметами. За ними – легковые авто. В окнах мелькали высокие офицерские фуражки, бархатные воротники с разноцветными петлицами и разнохарактерные профили то жирных, то сухих физиономий. Колонну стремительно мчавшегося по шоссе фашистского штаба сопровождала рота самокатчиков. Генерал, ехавший в самой большой из пассажирских машин, говорил своему соседу-полковнику:
– Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших уставов. В Польше и на Западе мы могли позволять себе известные вольности и отступления от уставных принципов. Но здесь это недопустимо…
Когда генерал высказывал свою мысль, его машина несколько замедлила ход: сквозь серую мокреть туманной ночи шофер разглядел впереди черное пятно селения. Это было местечко Дятлово – самое тихое и спокойное селение на свете, где с незапамятных времен жили и трудились мастера-паркетчики. Но именно здесь, перед Дятловом, мелкий березовый лес подбирался к самому шоссе, и это требовало осторожности.
– Утверждаю, – продолжал свою мысль генерал, – что в немецком языке существуют лишь два слова, которые могут в полной мере соответствовать нашей задаче здесь, в России.
– Какие слова, господин генерал-полковник?
– Eisen und Blut!
Вдруг что-то случилось. Машина остановилась с такой порывистой внезапностью, что фуражка еле удержалась на бритой голове генерала. Шофер выскочил из-за руля и точно провалился в березовые кусты. Пули били по щебнистому полотну шоссе и высекали из него маленькие желтые огоньки. Полковник открыл дверцу и выглянул, но сейчас же закрыл и упал на подножку. Генерал шагнул через него. В кузове шедшей сзади машины кто-то лежал запрокинувшись.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики