ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тем не менее она в душе молилась, чтобы лифт поскорее остановился. И лифт остановился - только не в том месте, где следовало! Между шестым и пятым этажами он издал леденящий душу пронзительный скрип, жутко содрогнулся и замер в неподвижности. Наступившая тишина ее оглушила. Трясущейся от страха рукой Роми несколько раз ткнула в кнопку, но лифт упрямо стоял там, где застрял. А когда она осмелилась поднять глаза на своего невольного спутника, то увидела, что он наблюдает за ней с насмешливой улыбкой, которая заставила ее тут же переменить свое первоначальное мнение о нем: она пришла к заключению, что он не просто исключительно красив, а умопомрачительно красив! - Вы, наверное, думали, что такое случается только в кино, не так ли? - проговорил он. Роми не ответила и продолжала нажимать на кнопку с каким-то непонятным отчаянием. - Позвольте мне вам сказать, - заметил он своим глубоким голосом, медленно выговаривая слова, - что если вы сломаете эту штуку, то может выйти больше вреда, чем пользы! - Тогда что вы предлагаете мне делать? Он лениво приподнял черную бровь. - Для начала можно попробовать нажать кнопку сигнала тревоги. Почему это не пришло в голову ей самой? Чувствуя себя несколько по-дурацки, она последовала его совету и была разочарована - хотя и не удивилась, - когда ровным счетом ничего не произошло. Он придвинулся ближе к панели и стал изучать кнопки, сначала он нажимал их все поочередно, а потом - в различных комбинациях, словно человек, пытающийся подобрать пароль для входа в чужой компьютер. Но все усилия его оказались напрасными: лифт стоял на месте. Мужчина нахмурился. - Возможно, что-то с электричеством, поскольку сигнал тревоги тоже не работает, - задумчиво прокомментировал он. - Хотя свет в кабине не погас, так что механизм, вероятно, работает от совершенно самостоятельной сети. Его спокойствие почему-то разъярило ее. Как и то обстоятельство, что она ничего не понимала из его рассуждений! - И это все, что вы можете сказать? - резко спросила она, повышая голос с каждым следующим словом. - Стоите тут и умничаете насчет электричества, когда мы застряли в этом лифте - одни! - Не одни, а вдвоем, - поправил он и взглянул на нее, сощурив глаза. - И если вы будете впадать в истерику... - Я не впадаю в истерику! - Нет, впадаете! - с мягким упреком сказал он. - Вы мне не запретите, если я этого захочу! - выкрикнула она. - Кто не впал бы в истерику, если бы застрял в лифте с абсолютно незнакомым типом? Ленивая улыбка приподняла уголки его рта ка-, eим-то особым образом, отчего сердце Роми вдруг заколотилось. - Значит, из-за меня вам не по себе? - насмешливо спросил он. - Да, вот именно! И я не собираюсь принимать это тюремное заключение, хлопнувшись на спину лапками кверху! Опрометчивее высказывания нельзя было бы и нарочно придумать, и ответный блеск у него в глазах заставил Роми сильно пожалеть, что сказанного уже не вернешь! - Какая жалость, - пробормотал он. - Напротив, я собираюсь позвать на помощь, - нервно заявила она просто чтобы что-то сказать, все равно что... Лишь бы он перестал смотреть на нее так! Потом Роми с вызовом уставилась на него. - Пожалуйста не стесняйтесь, - протянул он и небрежно ослабил узел своего шелкового галстука василькового цвета. - Кричите сколько вашей душе угодно, дорогая. Прильнув как можно ближе к двери лифта, Роми что было силы крикнула: "Помогите!" - и послушала, как этот крик откликнулся эхом внутри безмолвствующей лифтовой шахты, а потом замер глубоко внизу. Роми сделала вдох полной грудью и попыталась еще раз: "Помогите!" Но и на этот раз ее крик просто отозвался эхом в пустоте, оставшись без ответа. И тогда Роми охватил настоящий страх, от которого бешено забилось ее сердце. - А почему вы не зовете на помощь? - с вызовом спросила она. - Потому что там нет никого, кто бы мог нас услышать, - резонно заметил он. - Этим лифтом мало пользуются. Нам лучше подождать, пока кто-нибудь не окажется поблизости, и только тогда - кричать. - Что, если мы никогда отсюда не выберемся? - пролепетала она, качнувшись вперед и вцепившись в лацканы его пиджака так, что побелели костяшки пальцев. Ее голос поднялся до высокой, ломкой ноты и, казалось, вот-вот сорвется... Она прильнула к нему. - Что, если мы умрем здесь от жажды или от голода? - Не умрем. - Успокаивающим жестом он рассеянно погладил ее светлые волосы, лежавшие теперь у него на груди. - С нами все будет просто отлично. Она быстро убрала вниз руки, которые занимались тем, что мяли льняные лацканы на его костюме! - Нет, ничего не будет отлично! Мы отсюда не выберемся никогда! Я это точно знаю! Я... Указательным пальцем он приподнял ее подбородок, так что она не могла избежать его пылающего, грозового взгляда. - Классическое лекарство от истерики - пощечина. - Его нахмуренные брови постепенно разгладились, и на лице появилась медленная, настороженная улыбка. - Но мне что-то не хочется к нему прибегать. Во-первых, у вас такое красивое лицо... Мягкость его низкого голоса чудесным образом в один миг развеяла весь ее страх. Красивое лицо? Роми порозовела от удовольствия, которое доставил ей комплимент, и тут же подумала, как, должно быть, жалко она выглядит! И потом, разве правильно говорить такие вещи женщине, которая обручена? Но когда она украдкой бросила взгляд на свою левую руку, то обнаружила, что забыла обручальное кольцо на туалетном столике в гостиничном номере. Не было никакого внешнего знака того, что она помолвлена! Значит, ей пора вести себя подобно взрослой женщине, которая к тому же собирается выйти замуж. Придав лицу самое умное выражение, на которое она была способна, Роми сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и ровным голосом спросила: - И как же, по-вашему, мы отсюда выберемся? Он пристально смотрел на нее сверху вниз, его лицо и тело вдруг напряженно застыли. Роми с содроганием заметила, что его холодные серые глаза твердостью и блеском напоминают стальной клинок. Неожиданно Роми осознала, что не слышит никаких обычных звуков - их заглушил шум пульсировавшей в голове крови. Поле зрения сжалось до маленького кусочка пространства, и Роми обнаружила, что видит только очертания его чувственного рта. Ей казалось, что этот властный рот приближается к ней, и на какое-то мгновение она с замиранием сердца подумала, что вот сейчас мужчина наклонит свою темноволосую голову и поцелует ее, - и осознала, что задерживает дыхание в ожидании... Но он вдруг засмеялся и как-то неловко переступил с ноги на ногу, словно ему было неудобно стоять. - Боюсь, у меня нет готового решения. Так что нам просто придется подождать. Рано или поздно кто-нибудь обязательно заметит, что одного из нас нигде нет или что этот лифт основательно застрял между этажами. - Да, конечно, - холодно сказала она и подчеркнуто повернулась к нему спиной, чувствуя себя вконец униженной, ведь она отдавала себе отчет в том, что всего мгновение назад ей очень сильно хотелось, чтобы он ее поцеловал. Неужели и он догадался об ее желании? Что это - еще одно проявление предсвадебной лихорадки? Неужели это нормально - хотеть, чтобы совершенно незнакомый мужчина схватил тебя в объятия и зацеловал почти до смерти? Крепко сжав губы, Роми уставилась на пустую стену - она испытывала отвращение к себе. Доминик смотрел на ее напряженные плечи и едва ли не физически ощущал, как тесное пространство лифта заряжается магнетизмом взаимного сексуального влечения. Он попытался дать разумное объяснение тому, что с ним происходит. За прошедший год у него почти не было времени думать об удовольствиях, так что это неодолимое желание схватить ее и прижать к себе могло быть просто реакцией его тела на такое добровольное воздержание. Он трудился на износ много месяцев подряд, взявшись в одной гонконгской юридической фирме за работу, для которой был слишком молод и не обладал достаточной квалификацией, но в которой добился абсолютного успеха, что удивило всех - кроме него самого. Ибо Доминик был полон решимости преуспеть и стать первым из своей семьи, не знающим страха перед судебными исполнителями. Он вырос в бедности - в самой настоящей бедности, - живя с матерью, которая была настолько гордой и суровой, что позволяла своему единственному ребенку голодать. И Доминик навсегда запомнил, что такое голод. Память об этой великой ноющей пустоте у него под ложечкой гнала его вперед и вперед. Он поклялся, что остановится лишь тогда, когда заработает достаточно, чтобы ему никогда больше не пришлось испытать голод. Вся беда в том, что своей цели он достиг уже давно, но намеренно как бы не замечал этого. Его жизнь была целиком отдана работе. Женщинам не находилось места в его мире. Они лишь отвлекают своими обольстительными глазами и нежной плотью. А такие женщины, как эта - с волосами цвета светлого меда, которые, будто лунный свет, стекают на ее торчащие, высокие молодые груди, - ну, эта... Доминик вполне мог себе представить, что ему никогда больше не захочется работать, если он все на свете позабудет в ее объятиях. Конечно, время от времени он с кем-то встречался, но то были отношения, которые он мог держать под контролем. Полностью. И по этой причине он был склонен заводить романы с женщинами постарше. С женщинами, которые знали, что к чему. С женщинами, перешагнувшими за тридцать, сделавшими карьеру и не стремившимися найти постоянного партнера. Во всяком случае, именно так они всегда говорили ему вначале. Спустя три месяца, когда они пускались в разговоры о младенцах и доме, Доминик бывал вынужден мягко закрывать очередной роман. Остепениться и обзавестись семьей просто не входило в его планы в этот период жизни, и он иногда спрашивал себя: а будет ли он вообще когда-нибудь строить такие планы? Ведь в свои детские годы он не знал ни счастья, ни уверенности в будущем и потому не имел представления о том, как это все создать. Он переступил с ноги на ногу, почувствовав неудобную тяжесть нарастающего желания, но смотреть, к сожалению, было некуда, кроме как на источник этого желания. Глаза его невольно остановились на чистой и четкой линии ее шеи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики