науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Я надеюсь, ты себя обезопасила?
- Более или менее. Когда дело касается взяток, никогда нельзя быть
уверенным на все сто процентов. Человеческий фактор. Тот член
муниципального совета может сболтнуть лишнего, если окажется перед судом
присяжных. Но, думаю, он не окажется, потому что Осборн не станет
заниматься этим делом. Он знает, как устроен мир, знает, какой властью я
обладаю, и знает, что ему меня не пересилить. Это вторая причина того, что
он ушел сегодня без драки.
Мы долго молчали. Я хотел о многом поразмыслить, и то, о чем я
размышлял, мне большей частью не нравилось. Лиза потянулась было за
сигаретами, потом передумала. Она ждала, когда я приду к какому-нибудь
выводу.
- Это огромная сила, - сказал я наконец.
- Страшная сила, - согласилась она. - Ты не думай, что меня она не
пугает. Мне в голову тоже приходили всякие фантазии о сверхчеловеческом
могуществе. Власть - это ужасное искушение, от нее не так-то легко
отказаться. Я могла бы сделать очень многое.
- А станешь?
- Я не о том, что можно украсть или разбогатеть...
- Понимаю.
- Это власть политическая. Но как ей воспользоваться? Пусть это
прозвучит банально, но я не знаю, как использовать ее во благо. Я слишком
часто видела, как добрые намерения оборачивались злом. Боюсь, мне не
хватит мудрости сделать что-то хорошее. И слишком велик шанс закончить так
же, как Клюг. Но оставить эту затею я тоже не могу. Я все еще беспризорная
девчонка из Сайгона. У меня хватает ума не пользоваться властью, кроме тех
случаев, когда нет другого выхода. Но просто выбросить или уничтожить
такие сокровища я тоже не могу. Ну не глупо ли?
Я не мог ответить на ее вопрос. Но у меня возникло недоброе
предчувствие.

Всю следующую неделю меня грызли сомнения. Лиза знала о каких-то
преступлениях, но не сообщала о них властям. Впрочем, это меня не особенно
беспокоило. Другое дело, что она сама располагала возможностью совершить
гораздо больше преступлений, и это вызывало у меня тревогу. Вряд ли она
что-то такое планировала, у нее хватало ума использовать свои знания
только для обороны. Но оборона в понимании Лизы охватывала слишком широкий
круг действий.
Однажды вечером она не пришла к ужину вовремя. Я отправился к дому
Клюга и застал ее за работой. Стеллаж длиной футов в девять опустел, диски
и пленки лежали на столе. На полу стоял огромный пластиковый мешок для
мусора, рядом с ним - магнит размером с футбольный мяч. На моих глазах
Лиза взяла кассету с пленкой, провела ею по магниту и бросила в почти
наполненный мешок. Она посмотрела на меня, проделала такую же операцию с
небольшой стопкой магнитных дисков, потом сняла очки и вытерла глаза.
- Так тебе будет лучше, Виктор? - спросила она.
- Что ты имеешь в виду? Я хорошо себя чувствую.
- Неправда. И я чувствую себя скверно. Мне больно делать то, что я
делаю, но я должна. Ты не принесешь мне еще один мешок?
Я притащил мешок, затем помог ей снять с полок следующую порцию
кассет и дисков.
- Ты собираешься все стереть?
- Не все. Я стираю досье Клюга и... кое-что еще.
- Ты не хочешь говорить мне, что именно?
- Есть вещи, которые лучше не знать, - мрачно ответила она.

В конце концов за ужином я убедил ее рассказать мне, в чем дело.
- Это страшно, - сказала она. - За последнее время я побывала во
многих запретных местах. Клюг туда попадал по первому желанию, и мне до
сих пор страшно. Грязные места. Там знают кое-какие вещи, про которые, как
мне казалось раньше, я тоже хотела бы узнать.
Она вздрогнула, не решаясь продолжить.
- Ты имеешь в виду военные компьютеры? ЦРУ?
- С ЦРУ все началось. К ним попасть легче всего. Потом я забралась в
компьютеры системы NORAD - это те парни, которые должны вести следующую
мировую войну. И от того, с какой легкостью Клюг к ним забирался, у меня
волосы дыбом встали. Просто ради практики он разработал методику начала
Третьей мировой войны. Запись хранилась на одном из тех дисков, что мы уже
стерли. А последние два дня я ходила на цыпочках вокруг действительно
серьезных заведений. Разведывательное управление министерства обороны и
NSA, Управление национальной безопасности. Каждое из них больше, чем ЦРУ.
И меня там засекли. Какая-то сторожевая программа. Как только я поняла
это, тут же дала ходу и пять часов подряд занималась тем, что заметала
следы. Убедилась, что меня не отследили, и решила все уничтожить.
- Ты думаешь, Клюга убили они?
- Они на эту роль подходил лучше всего. Клюг держал у себя кучу их
информации. Он помогал проектировать компьютерные комплексы в NSA и потом
долгие годы шарил по их машинам. Тут достаточно одного неверного шага...
- Но ты все сделала как нужно? Ты уверена?
- Меня не отследили, это точно, но я не уверена, что уничтожила все
записи. Пойду взгляну еще раз.
- Я с тобой.

Мы закончили после полуночи. Лиза просматривала диск или пленку, и
если у нее возникало сомнение, передавала ее мне, а я обрабатывал
магнитом. Один раз Лиза взяла магнит и провела им перед целой полкой с
записями.
Меня охватило поразительное чувство. Одним движением руки она
превратила в хаос миллиарды битов информации. Возможно, такой информации
не было больше нигде. И у меня возникли сомнения. Имела ли она право
делать это? Разве знания существуют не для всех? Но, должен признаться,
сомнения мучили меня недолго. Старый консерватор во мне с легкостью
соглашался, что есть Вещи, Которые Нам Лучше Не Знать.
Нам оставалось совсем немного, когда экран дисплея вдруг начал
барахлить. Что-то несколько раз щелкнуло и зашипело. Лиза отскочила назад.
Потом экран замигал. Мне показалось, что там появляется изображение.
Что-то трехмерное. И уже почти уловив, что это, я случайно взглянул на
Лизу. Она смотрела на меня, лицо ее освещалось пульсирующими вспышками
света. Она подошла ко мне и закрыла ладонью мои глаза.
- Виктор, тебе не надо смотреть.
- Все в порядке, - сказал я, и, пока я говорил, все действительно
было в порядке, но как только слова были произнесены, я почувствовал, что
это не так. Это было последнее мое воспоминание за очень долгий срок.

Врачи сказали, что две недели я был на грани. Помню очень мало,
потому что мне постоянно вводили большие дозы лекарств, а после коротких
периодов просветления снова начинались приступы.
Первое, что я запомнил - лицо склонившегося надо мной доктора
Стюарта. Я лежал на больничной койке. Позже я узнал, что нахожусь не в
госпитале для ветеранов, а в частной клинике. Лиза уплатила за отдельную
палату.
Стюарт задавал обычные вопросы, я отвечал, хотя чувствовал себя очень
уставшим. Потом Стюарт ответил на несколько моих вопросов, и я узнал, как
долго пробыл в больнице и что произошло.
- У вас начались непрерывные приступы. Честно говоря, не знаю почему.
Уже лет десять такого не было, и мне казалось, что все опасности позади.
- Значит, Лиза доставила меня сюда вовремя...
- Более того... Сначала она, правда, не хотела мне рассказывать...
После того первого приступа она прочла все, что смогла найти на эту тему,
и всегда держала под рукой шприц и раствор "Валиума". Увидев, что вы
задыхаетесь, она ввела вам сто миллиграммов, чем и спасла вашу жизнь.
Мы с доктором Стюартом знакомы давно, он знал, что у меня нет рецепта
на "Валиум". Мы говорили на эту тему, когда я последний раз лежал в
больнице. Но, поскольку я жил один, сделать мне укол все равно некому.
Впрочем, доктора гораздо больше интересовал результат: я все-таки
остался в живых.

В тот день он не допустил ко мне посетителей. Я запротестовал, но
вскоре уснул. Лиза пришла на следующий день. На ней была новая майка с
изображением робота в мантии и академической шапочке. Надпись на майке
гласила: "Выпуск 11111000000 года". Оказалось, что это 1984 в двоичном
исчислении.
- Привет, - улыбнулась Лиза и села на кровать. Меня вдруг начало
трясти. Она посмотрела на меня встревоженно и спросила, не позвать ли
врача.
- Не надо, - сказал я с трудом. - Просто обними меня.
Она сбросила туфли, забралась ко мне под одеяло и крепко обняла.
Через какое-то время вошла медсестра и попыталась ее прогнать. Лиза выдала
ей серию вьетнамских, китайских и английских ругательств, после чего
медсестра исчезла. Позже я заметил, как в палату заглядывал доктор Стюарт.
Я почувствовал себя намного лучше и наконец унял слезы. Лиза тоже
вытерла глаза.
- Я приходила сюда каждый день, - сказала она. - Ты выглядел ужасно,
Виктор.
- Но я чувствую себя гораздо лучше.
- Сейчас ты и выглядишь приличнее. Но врач сказал, что на всякий
случай тебе надо побыть тут еще пару дней.
- Наверное, он прав.
- Я приготовлю большой обед, когда ты вернешься. Может быть, стоит
пригласить соседей.
Я долго молчал. Мы очень о многом еще не задумывались. Сколько это
будет продолжаться между нами? Как скоро я начну заводиться от собственной
бесполезности? Когда ей надоест жить со стариком? Я даже не заметил, с
каких пор начал думать о Лизе как о неотъемлемой части своей жизни.
- Тебя так тянет провести годы у постели умирающего?
- Чего ты хочешь, Виктор? Я выйду за тебя замуж, если так нужно. Или
буду жить с тобой в грехе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики