ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Подошел к кровати и отдал карту Каэтане.
– Эта дама пик – залог моей любви.
И вдруг, поддавшись приливу лирических чувств, отвесил Каэтане глубокий поклон.
– В будущем достаточно показать ее мне, и я сделаю для тебя все, что ни попросишь.
Каэтана понюхала карту: от нее пахло потом и духами. Уверенная в ценности залога, положила даму пик на ночной столик между бокалами, безделушками и флаконами лекарств.
Полидоро попросил Виржилио собрать остальные карты. Тот повиновался, чувствуя, что соприкоснулся с силой, от которой ныло в груди. С первой картой, взятой в руки, влажной и теплой, возникло ощущение, не покидавшее его до сих пор. Когда он щупал женщин в доме Джоконды, достаточно было закрыть глаза, как перед мысленным взором тотчас возникали пышные груди Каэтаны, колыхавшиеся на ее теле.
– Еще десять минут – и я отыщу матрас Каэтаны, – сказал Виржилио, стряхивая с себя воспоминания.
Полидоро, ободренный этим обещанием, тоже возвратился к картинам былой любви. И на лице его запечатлелась фигура разметавшейся среди простыней Каэтаны, к великой радости Виржилио, который наблюдал за ним в надежде узнать его личные впечатления. Этого оказалось достаточно, чтобы учитель указал перстом на самый старый матрас из всей груды.
– Вот он. Вот ложе любви Каэтаны, – произнес он, поправляя шляпу.
Полидоро, погруженный в воспоминания о Каэтане, в этот момент впился ей в шею страстным поцелуем, поэтому долго не мог вернуться в подвал.
– Не подавайте мне пустых надежд, – беспомощно сказал он.
По мере того как Полидоро подвергал все большему сомнению открытие Виржилио, голос его креп. О матрасе он не хранил никаких воспоминаний и ничего не мог возразить Виржилио, матрас, как и все остальные, грязный и заплесневелый, что тут можно сказать. Оставалось положиться на честность Виржилио, который не раз ее доказал. Он – порядочный человек, хотя и растерянный перед лицом многообразных явлений реальной жизни, возможно, под влиянием своей профессии, в которой он имел дело с различным, зачастую противоречивым толкованием одних и тех же исторических фактов.
Недоверчивый по природе, как всякий крестьянин, Полидоро рассмотрел матрас вблизи.
– А не выкапываем ли мы из могилы не того покойника? – осторожно сказал он, чтобы не обидеть Виржилио.
– Если бы понадобилось, я опознал бы бабочку, не то что матрас, это грубое творение рук человеческих, – сердито встал на защиту своей памяти Виржилио.
– Пусть так, но мне нужно доказательство. Хотя бы пятно от вина. Или еще какое. Ведь мы с ней чего только не делали в постели, – немного насмешливо сказал Полидоро.
– Может, пятно от любовного соития? – Виржилио осмелел. Благодаря Полидоро он перешел в ту область, где любовь вытесняет стыд и сдержанность.
Мажико чувствовал себя не у дел. Не имея возможности участвовать в воспоминаниях о Каэтане, он шагнул вперед, намереваясь разобрать кучу матрасов.
– Посмотрим, не впитался ли в него пот Каэтаны, – сказал он, довольный собственной инициативой.
Виржилио, чувствуя себя хозяином положения, указал на восьмой матрас сверху. Полидоро расчистил путь Мажико среди хлама. Разложенный для обозрения матрас был в плачевном состоянии, из расползшихся швов лезла солома.
– Он ни на что не годится, – сказал Мажико.
Полидоро не придал значения неверию своего служащего. Если уж на этом матрасе спала Каэтана, он его заберет.
– К пятнице будет как новенький.
– Можете нести его на шестой этаж. Это тот самый матрас, который мы искали, – заявил Виржилио.
Неуверенность, обусловленная ограниченными возможностями человека, мучила Полидоро.
– Представьте мне решающее доказательство. Виржилио смирился перед скудостью человеческой фантазии. Но как быть поэтом и воспевать реально существующий мир, если даже творцы художественных произведений не смогли определить, что такое человеческая душа. И он не спеша стал думать еще об одном доказательстве.
Ровно двадцать лет тому назад, собирая с ковра карты по просьбе Полидоро, он благодаря сбившимся простыням видел этот самый матрас вблизи. Тогда ему не пришло в голову спросить, зачем понадобилось швырять карты с постели на ковер. Дело в том, что, подбирая каждую карту, он натыкался взглядом на матрас, так что успел за короткие мгновенья разглядеть структуру ткани, бледно-оранжевый цвет и подшитые кое-где места на левом от него углу.
– Сейчас я вам представлю самое убедительное доказательство. Скажите: какой из этих матрасов больше всех изношен?
– Конечно, вот этот, – не колеблясь ответил Полидоро.
– Иначе и быть не могло! Кто еще в Триндаде способен на такую бурную страсть? Такую, натиска которой ни один матрас не выдержит? И не говорите мне, что матрас разрушили годы! В конце концов, что такое двадцать лет в истории?
Полидоро надулся от гордости.
– Как вы думаете, Мажико? – И посмотрел на служащего, будто увидел его впервые.
Веря в любовь, которую самому испытать не пришлось, Мажико подтвердил, что матрас наверняка тот самый.
Виржилио приосанился. Историк никак не мог найти слов, идущих от сердца и не нуждающихся в логике, чтобы вызвать волнение в чистом виде.
– Мы лучше всего почтим Каэтану, если допустим, что именно этот матрас был ложем всепоглощающей страсти, – сказал он без особого убеждения.
Полидоро почувствовал пустоту этой фразы, зато Виржилио подчеркнул силу самой любви, которая не угасла за столько лет.
– Я любил как невежда! Овладевал ею как турок! – Полидоро едва ли сам мог верить в свои любовные подвиги.
Его смущение подействовало на Виржилио. С фазендейро надо быть поосторожней, но так, чтобы выражение восторга не сходило с его лица.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики