ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Если они не могут справиться с простейшими вещами, где уж им справиться с передовой техникой?
– Болван! – фыркнул Рендалл, когда дверь закрылась. – Он делает абсолютно ложные выводы. Что обычно видишь в Москве? Плохих электриков! Плохих переводчиков! Плохие автомобили! Вывод: отсталые русские не могут овладеть передовой техникой. А в действительности как раз наоборот: вся страна прочесывается под гребенку в поисках специалистов, способных ускорить совершенствование. Это главное! А повседневные жизненные проблемы… Кстати, о технике!
Он просмотрел несколько карточек.
– Ты приглашен к Эдди Гилмору на воскресенье?
– Да. Послеобеденный отдых на даче.
Эдди Гилмор, американский репортер высокого класса, застрял в Москве надолго. Он женился на молодой русской, которая никак не могла получить выездную визу, постоянно натыкаясь на разные «нет», «если» и «но».
– Постарайся быть там в 14.00, тогда увидишь настоящую технику и поймешь, что я имел в виду.
Как на грех, я чуть было не опоздал. Чтобы попасть на дачу Гилмора, надо было ехать по дороге на Ярославль в направлении военного аэродрома Пушкино и дважды пересекать железнодорожные переезды, пережидая бесконечно длинные грузовые поезда.
Без пяти два я был на месте. Рендалл, колдовавший у бара, кивнул в сторону одного из своих коллег, стоявших перед домом. Когда я подошел, тот улыбнулся и дал мне послушать… затрудняюсь сказать что: датчик, усилитель или какой-то другой загадочный прибор.
Через минуту издалека послышался мощный гул, и стекла в доме начали дрожать.
– Они снова делают пробные запуски чертова мотора! Даже в воскресенье! – крикнул Эдди Гилмор из глубины дома.
Гул доносился со стороны аэродрома. На самом же деле, как выяснилось позже, его издавал не мотор, а ракетный двигатель, который запускался на испытательной станции значительно дальше аэродрома.
Американцы комментировали со знанием дела:
– Тот же тип, что и немецкая двойка!
– Да, время сгорания почти то же самое. Но мощность во много раз больше. Немцы даже и не приближались к такой.
Немного позднее я остался с глазу на глаз с Рендаллом:
– Как тебе удалось узнать, что испытание именно сегодня? Да еще точно в 14.00?
Он поморгал и ответил неохотно:
– У нас свои каналы…
На следующий день я выложил новости своему генералу в шведском посольстве. Он явно взволновался.
– Считаю методы американцев бесчестными! Военные не должны использовать нелегальные пути разведки. А твой рассказ доказывает, что они бесцеремонно прут напролом. Их принцип – цель оправдывает средства. Мне это не нравится!
Я мог его понять. Старый генерал был целиком и полностью порядочным и достойным человеком. Мне же все виделось несколько иначе. Если посмотреть на вещи помасштабнее, то в случае, когда нелегальные методы препятствуют переходу от «холодной войны» к «горячей» – стоит ли их отвергать? И каковы критерии, определяющие в нашей профессии «человека с чистой совестью»?
Только после столь познавательного воскресенья я понял ультимативность планов советского ракетостроения. Они были близки к немецкому проекту А-4: создание ракеты, которая могла бы поразить США с европейских баз. Полигон в Ледовитом океане, конечно, был для этого мал. Именно поэтому появился новый. Он простирается теперь от Байконура через весь азиатский континент, Тихий океан и уходит в район Гавайских островов. Полигон грядущих атомных возможностей.

Глава 9

Отношение советских властей поначалу казалось Веннерстрему настолько холодным и недоброжелательным, что вызывало у него перемежающиеся приступы злости и смеха. Особенно злило то, насколько все было невероятно невозможным. Впрочем, подобная реакция отмечалась у всех западных дипломатов. Их раздражала систематическая изоляция от советского общества, злило, что за многими велась слежка. Такое отчуждение сильно действовало нашим «гостям» на нервы, и их смех постепенно переходил в устойчивое негодование. «Железный занавес» становился для них мрачной реальностью. Неудивительно, что многие из дипломатического корпуса чувствовали хронический дискомфорт и постоянно жаловались друг другу.
Не было таких, кто не помышлял бы о какой-нибудь «лазейке» в этом занавесе. Не стал исключением и Стиг. Он часто вспоминал дни первой московской командировки и Сергея Ивановича. И все чаще ему стал приходить на ум неведомый старый знакомый. Тот самый, который, по словам Рубаченкова, должен был напомнить о себе.
После того, что произошло в Стокгольме (даже самому себе, в потаенных глубинах сознания, он ни за что не желал признать это вербовкой), Стиг ни на мгновение не сомневался, что человек объявится. Наверняка, кто-то следил за жизнью шведа в Москве, за отношениями и контактами в дипломатическом корпусе, за каждым его вздохом. Как только картина прояснится – тут и возникнет «старый знакомый»!
Может, это будет именно Сергей Иванович? В то время Стиг еще не знал, что он мертв, и почему-то все время думал о нем. Это было вполне естественно и логично, и в конце концов оказалось настолько нетрудно убедить себя, что перед встречей все сомнения исчезли. Кроме того, богатое самолюбие военного атташе и родовитого иностранца сводило эту встречу к рангу «малозначащей»: ничего пока не названо и не доказано, а он прочно защищен дипломатическим паспортом и всегда может порвать контакты, если захочет.
Веннерстрем жил тогда довольно далеко от центра столицы, в особняке, принадлежащем посольству. Дом стоял в саду и был окружен дощатым забором. Однажды вечером, возвращаясь домой, он собрался отпереть калитку, но был остановлен незнакомым мужчиной.
– Господин Веннерстрем? – окликнул тот. И без паузы продолжил: – Вам письмо. Позвольте передать его прямо здесь…
– Конечно. Благодарю!
«Почтальон» пересек улицу, сел в машину и исчез за ближайшим поворотом. А адресат едва успел рассмотреть и записать номер.
Конверт был большой, имя и адрес напечатаны на машинке. Но содержимое, не в пример упаковке, оказалось маленьким – крохотная, почти папиросная бумажка. И текст минимально возможный: дата, а под ней другая – резервная. Завершала все совершенно неразличимая подпись. Это была странная бумага: она с шипением сгорела за секунду, оставив после себя минимум серого пепла. Стиг расценил столь яркий эффект пиротехники как довольно прозрачный намек от людей, с которыми предстояло иметь дело, – господ с техническими возможностями.
Было прекрасное зимнее воскресенье с солнцем и голубым небом. Протяженные скверы Тверского бульвара переполняли гуляющие. В толпе мелькало немало пышных наркомовских жен с нарядно разодетыми чадами. Глядя на них, Веннерстрем лениво размышлял, что по этим нарядам невозможно судить о легкой промышленности страны как об «отсталой технике».
А вот и памятник Пушкину. Здесь в 14.00 предстояло, наконец, увидеть «старого знакомого». Вообще-то, выбор места и времени показался Стигу довольно странным. Меньше всего он указывал на некую таинственность. Тут и там сновали и фланировали сотни свидетелей. Хотя, с другой стороны, не было видно никого, кто бы заинтересовался чем-то еще, кроме самих себя и хорошей погоды.
Мысли настолько зациклились на Сергее Ивановиче, что швед упорно искал человека с южной внешностью. Однако даже отдаленно похожего не находил. Случайно взгляд его споткнулся о черную меховую шапку, сшитую из прекрасной сибирской шкуры. Из-под нее поблескивали прищуренные глаза, делавшие выражение лица насмешливо-лукавым. Кого-то эта хитрющая физиономия явно напоминала… Ба! Николай Никитушев, бессловесный спутник мадам Коллонтай! Так вот кто, оказывается, старый знакомый? Что ж, приходилось признать, что так оно и есть…
Хитринка сменилась широкой радостной ухмылкой. В ответ и Веннерстрем почувствовал что-то вроде радости. Неосознанно. Самопроизвольно. Пожав друг другу руки, они не стали обниматься – это было бы уже притворством и нелепостью.
Медленно побрели назад, придерживаясь направления, задаваемого русским. Покончив с дежурными фразами о здоровье и погоде, занялись отвлеченным разговором. Стиг уже начал было удивляться, имелся ли какой-нибудь смысл в этой бесцельной прогулке по бульвару, но тут Николай указал рукой:
– Там у меня машина. Давайте поболтаем в укромном месте и выпьем по чашечке кофе.
У обочины стояла самая обычная «эмка», но когда шофер выскочил и встал у задней дверцы по стойке «смирно», иностранцу стало ясно, что автомобиль военный.
Пока ехали, в душе Веннерстрема робко зародилось чувство, будто» железный занавес» начал слегка приоткрываться. В вынужденной московской изоляции ощущение, что находишься с глазу на глаз с советским офицером, уже само по себе было сенсационным. Вместо привычно настороженных, скованных запретами людей взору предстал Николай: свободен, раскрепощен, и иностранец ему не в тягость. Открытая сердечность, разговорчивость – все, что так хорошо соответствует статусу «старого друга».
Приятно, конечно, размышлял Стиг, но что-то никак не удается избавиться от мысли, что столь открытое поведение просто входит в поставленную задачу…
Вымахнули на автостраду и помчались к западному пригороду Москвы, названному Серебряным Бором. Стиг наконец прервал молчание:
– Чем теперь занимаешься?
– Тружусь в Центре.
Опять то самое слово, услышанное от Рубаченкова еще в Стокгольме! Шведу оно мало о чем говорило, и потому он без обиняков попросил разъяснений. Николай не торопился, словно обдумывая, чего и сколько можно отмерить для первой информационной дозы. Наконец заговорил:
– Ну, другими словами – ГРУ. Главное управление военной разведки. Центр – это сокращение для связи, вот мы для простоты и используем его в разговоре… Ну, как тебе работа в Москве?
– Чертовски плохо! – Стиг произнес это с такой страдальческой выразительностью, что Николай не мог не улыбнуться. – Чувствую себя совершенно замороженным. Не с кем даже словом перемолвиться.
Теперь уже русский засмеялся в открытую и снова стал выглядеть комично-хитроватым:
– Ну а я? С сегодняшнего дня у тебя есть отличный знакомый, с которым можно обсудить любую проблему.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики