ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Неожиданно Веннерстрему снова вспомнился Сергей Иванович. Тогда и товаром, и оплатой у них была информация. Знал ли об этом Николай? Изучил ли те давние данные из картотеки? И какие отношения сложатся теперь – обмен информацией или уже нечто иное? А может, все потечет как прежде, и не надо придумывать себе излишние сложности?
Быстро набежали тучи, и когда машина подъезжала к Серебряному Бору, пошел снег. Рядком стояли дома в типично старорусском стиле – с крылечками. По другую сторону от них вдоль реки тянулся пляж, пустой и заброшенный в это время года. Остановились перед дощатым забором, который выделялся среди других заметной высотой. Шофер дал сигнал, ворота открылись, и автомобиль въехал во двор.
Обстановка внутри старинного дома навевала романтику. В камине, рассеивая отблески по комнате, приветливо потрескивал огонь, на чайном столике стоял самовар, лежали теплые, только что испеченные пироги. На полу сидел кот и облизывал лапы. А за окном плотными большими хлопьями медленно падал снег.
Николай выглядел довольным и потирал руки, то ли предвкушая чаепитие, то ли от холода. Разговор он начал с воспоминаний о Стокгольме и мадам Коллонтай, даже передал от нее привет. Но неглупый швед понял, что это, конечно, было ложью. Александра Коллонтай к тому времени пребывала на пенсии и уже несколько лет болела в затворничестве. Однако со стратегической точки зрения такое вступление Стигу понравилось.
После этого поговорили о «НАТО, инспирированном США», о том, какой риск представляют его планы для неокрепшего после войны Советского Союза. Тема показалась гостю крайне банальной, все это ежедневно мелькало в газетах и было неинтересно. Ему больше импонировали чаепитие и играющий кот, чем избитые фразы пропаганды. Но затем Николай заговорил о Рубаченкове, и тут беспокойная совесть Веннерстрема вновь заныла. Он моментально сосредоточился.
Никитушев рассказал, что через Ивана в Стокгольме русские пытались получить сведения о том, существует ли секретный договор между Швецией и НАТО или какой-нибудь натовской страной. Норвегией или Данией, например. Опираясь на беседу с Веннерстремом и другими дипломатами, Рубаченков делал предположение, что не существует, что Швеция, по всей видимости, нейтральна. Стиг с готовностью подтвердил это, заметив обеспокоенно:
– Надеюсь, Рубаченков в докладе был достаточно обстоятельным.
– Достаточно. Но мы все же сомневаемся. Этот вопрос для нас крайне важен, особенно сейчас, когда вся оборона перестраивается заново. Кстати, ты можешь оказать большую услугу своей стране! – с невинной улыбкой заметил Николай.
Веннерстрема эта улыбка насторожила. Он внимательно всмотрелся в собеседника: не новая ли тут хитрость? Но ничего не заметил и попросил продолжать.
– Видишь ли, мой начальник хотел бы услышать о шведской нейтральности лично от тебя. Без посредников.
– А кто он?
– Начальник второго управления.
Собственно, дальнейшие вопросы отпадали. Шведу было известно, что второе управление занималось европейскими делами, и сейчас появилось косвенное доказательство того, что Николай говорит правду.
– Ну как, согласишься встретиться?
Много раз в последующем уже искушенный агент Стиг Веннерстрем удивлялся и даже восхищался, насколько умело вывернул всю ситуацию хитрец Никитушев. Безобидная просьба к шведу подтвердить позицию своей страны – и ничего более! Тогда это не выглядело как еще один шаг на пути к падению – и Стиг согласился. А Николай снова потер руки. Видимо, такая привычка появилась у него уже после Стокгольма.
Новое посещение Серебряного Бора стало встречей номер два. Особняк был одной из многих конспиративных квартир ГРУ, разбросанных по городу. Как в обычном жилом доме, здесь при необходимости на любой срок могли остановиться «гости». Отличная организация, преследующая несколько целей: исключить визиты в служебные помещения, ограничить число лиц, знающих о контактах, затруднить слежку путем смены квартир. По существу это был внутренний «железный занавес», напоминающий внешний.
На встречу прибыли два новых господина. Один – начальник Николая, генерал. Другой принадлежал к контрразведке. Они продемонстрировали мне еще одну странную черту принятой в ГРУ конспирации: я был представлен «господину генералу», имя которого не назвали. Второй отрекомендовался лишь Павлом Константиновичем, опустив фамилию.
– Как зовут генерала? – прошептал я Николаю. Он лишь пожал плечами:
– Поговорим об этом после.
Поговорили в машине, когда уже возвращались обратно.
– Обязательная деталь, с которой ты должен согласиться, если думаешь вращаться в нашем обществе: пока возможно, мы фамилии не раскрываем. Это правило, которое я не могу нарушить. Ты не узнал, как зовут генерала, другого знаешь только по имени и отчеству. Глупо или нет – тут можно спорить. Но прошу тебя – не воспринимай такое положение вещей как личное оскорбление. Просто так принято…
– Меня устраивает! Плевать, как их зовут. Собственно, даже лучше: упрощает общение.
Неадаптированному человеку в высшей степени трудно вести себя в русском обществе. Нужно знать титул каждого, его имя, отчество и фамилию. Одно и то же лицо именуется по-разному. Это может быть только титул (звание), или только фамилия, или звание с фамилией, или имя плюс отчество (как, например, Павел Константинович). Насколько позволяют отношения.
В данном случае – они не позволили. Тем не менее я узнал фамилию генерала другими путями. Но не запомнил ее достаточно хорошо, чтобы воспроизвести сегодня. Ведь больше я с ним не встречался.
На этот раз в «Серебряном особняке» к нам был приставлен одетый в белое официант, тянувшийся по стойке «смирно». В столовой накрыто на четверых. Отдельно – стол с закусками, прекрасной черной икрой, копченой семгой. Рюмки для водки и вина. Ясно, что предстояло обильное пиршество. Я не боялся таких пиров, ибо пил охотно и часто. Но никогда – слишком много. И полностью игнорировал склонность русских «пить до дна». Иногда это вызывало неудовольствие, но позднее я заметил, что именно благодаря такому поведению повышался мой авторитет. Я был «надежным», когда речь шла об алкоголе.
Немного погодя, буркнув что-то остальным, генерал направился в боковую комнату и приглашающе махнул мне рукой. Дверь за нами закрылась. Мы оказались в маленькой каморке с письменным столом и парой стульев. Русский хотел лично услышать из моих уст все, о чем я рассказал Рубаченкову в Стокгольме. Он сразу и без обиняков перешел на немецкий, которым, как наверняка знал, я владел лучше, чем русским.
Это был самый квалифицированный специалист, с которым мне когда-либо приходилось иметь дело. С любительским интересом ко всему, что относилось к разведке, я впитывал все и был им просто очарован. Но через некоторое время некое подобие тревоги уже владело моим сердцем: та разведка, которую проводили в Швеции, показалась мне масштабно малой и весьма незначительной, если не сказать – кустарной.
Его основные оценки всего, что мы обсуждали, были благожелательными. Он, казалось, верил в безусловный шведский нейтралитет, но хотел вытянуть из меня всю возможную информацию, которая подтвердила бы это.
Временами он становился довольно задумчивым.
– На каких фактах вы основываете это утверждение? – спрашивал он всякий раз, когда речь шла о деталях. Он абсолютно не признавал никаких расплывчатых сведений и предположений. Замечу, что его интерес касался только Швеции.
«И это все? – спрашивал я себя удивленно, когда мы присоединились к остальному обществу и сели за стол. – Неужели мой визит за „железный занавес“ этим и кончился?»
– Давайте поприветствуем представителя европейской военной державы номер три!
Господин генерал поднял рюмку и улыбнулся, показывая, что в мою честь. Тут же заулыбались все. Военная держава номер три – это, очевидно, какой-то секретный способ выражаться.
– Вы выглядите удивленным? Никогда не сравнивали военный потенциал различных стран в абсолютных цифрах – число солдат под ружьем, число самолетов и так далее?
– Я, по крайней мере, считал, что Советский Союз находится на первом месте.
– Да. Но прочное третье на сегодняшний день занимает Швеция. Весьма примечательно.
Конечно, он прав. Как это ни странно, приходится признать: Швеция с созданной и сохраненной во время войны мощью – военная держава номер три. Я ответил улыбкой, которая могла быть принята как проявление национальной гордости.
Теперь мне стал понятен необъяснимый ранее интерес к Швеции. И значение разговора перед застольем представилось в ином свете: как оценивать западный фронт в новой военной ситуации? Какова степень его приоритета? Невысока, конечно, если считать, что можно положиться на нейтралитет Швеции. А это для русских очень важно.
Когда после роскошного обеда на столе в гостиной появились кофе и сигареты, я был уже почти убежден, что других «тет-а-тет» не последует. Но ошибся. Именно в этот момент я получил новое приглашение за закрытые двери.
На сей раз генерал немного поколебался, прежде чем начать. Видимо, прикидывал, как лучше перейти к основному. И когда все-таки решился, сделал это очень хорошо.
– Я хочу еще раз подчеркнуть, насколько благодарен за предобеденную беседу, – начал он. – Собственно, этим наше общение и должно было бы закончиться, поскольку в интересах моего управления нам больше нечего обсуждать. Но то, о чем хочу поговорить сейчас, целиком относится к ведению другого управления – третьего. Они и должны нести ответственность за результаты этого разговора.
Как осторожно он перевел все на третье управление! Мне было известно, что оно не занималось европейскими делами, а вело в основном Северную и Южную Америку. И мне хотелось понять, что могло их заинтересовать.
– Дабы ничто не омрачало наших отношений, сделаем так: в случае, если вам не понравится их предложение, один ваш жест – и мы прекращаем разговор. Переходим к кофе и сигаретам.
Я вовсе не собирался делать этот жест. Наоборот, хотел услышать все до последнего слова. Если когда-либо мне и приходилось испытывать сильнейшее любопытство, так это сейчас.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики