науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Кто-то сел рядом со мной:
– Хелло, – послышался вкрадчивый голос.
– Хелло, – ответил я. – Послушайте, мы действительно идем в Коста-Рику? Как мне повидать капитана? Произошла ужасная ошибка.
– О, стоит ли огорчаться! – воскликнул мой сосед. – Живи и жить давай другим. Мой девиз – ешь, пей и веселись.
– Убери свей грязные лапы! – завопил я.
Мой сосед разразился отборной бранью.
Я вскочил и поспешно отошел, натыкаясь на ноги и тела спящих на полу.
Мне вдруг пришло в голову, что, пожалуй я, никого да по-настоящему не знал массового потребителя, встречаясь с ним только тогда, когда пользовался его услугами, всегда принимал как неизбежное его слабости и пороки и лишь старался использовать их, не задумываясь, к чему это может привести. Мне вдруг страстно захотелось выбраться из шестого трюма, вернуться в Нью-Йорк, выяснить, какую злую шутку сыграл со мной Ренстед и почему он сделал это. Я хотел вернуться к Кэти, к дружбе с Джеком О'Ши, к своей большой работе у Фаулера Шокена. Ведь мне нужно было столько сделать!
Над запасным выходом светилась красная табличка. Я с содроганием представил себе, как в случае катастрофы сотни людей, набитых в трюмы, кинутся в эту дверь, давя друг друга.
– Посторонись, приятель, – произнес чей-то хриплый голос. Человек корчился от рвоты. Я открыл дверь запасного выхода и проскользнул в нее.
– Ты куда? – рявкнул здоровенный детина – часовой в форме сыщика частного сыскного агентства.
– Мне нужно повидать капитала. Я попал сюда по ошибке. Меня зовут Митчел Кортней. Я работник высшей категории в рекламной фирме «Фаулер Шокен».
– Номер! – грубо оборвал он меня.
– 16-156-187, – ответил я не без гордости. У человека можно отнять все – деньги, здоровье, даже друзей, но нельзя отнять у него короткий номер его свидетельства благонадежности.
Сыщик довольно миролюбиво закатал мне рукав до локтя, и в ту же секунду сильнейшая оплеуха обожгла мне лицо, и я отлетел к перегородке.
– Марш в трюм, болван! – заорал он. – Здесь не место для прогулок! Мне надоела твоя болтовня!
В полной растерянности уставился я на свою руку, где было вытатуировано: 1304-9974-1416-156-187723… Мой собственный коротенький номер совершенно затерялся среди длинного ряда цифр. Краска была точно такого же цвета, лишь цифры чуть-чуть отличались, но заметить это мог, пожалуй, один только я.
– Ну, чего ты ждешь? – снова рявкнул сыщик. – Никогда не видел своего номера, что ли?
– Да, не видел, – ответил я как можно спокойнее, хотя ноги у меня подкашивались от страха. Я здорово перепугался. – Впервые вижу этот номер. Его кто-то вытатуировал вокруг моего настоящего. Говорю вам, я – Кортней, могу это доказать. Я заплачу вам…
И полез в карманы, но они оказались пусты. Только тут я заметил, что на мне чужой, в каких-то подозрительных пятнах, поношенный костюм фирмы «Юниверсал».
– Что ж, плати, – нагло ухмыльнулся сыщик.
– Уплачу потом, – растерянно пробормотал я. – А сейчас проведите меня к кому-нибудь из начальства…
В это время из-за поворота внезапно вынырнул аккуратный, подтянутый офицер с нашивками лейтенанта.
– Что здесь происходит? – напустился он на часового. – Почему горит лампочка над запасным выходом? Почему непорядок в трюме? Сообщу агентству, что не справляешься с работой.
Он даже не взглянул в мою сторону.
– Виноват, мистер Коблер, – вытянулся часовой, отдавая честь. – Этот малый, похоже, накачался. Мелет всякий вздор, говорит, что он какой-то литературный сотрудник, попал сюда по ошибке…
– Посмотрите на этот номер! – завопил я, обращаясь к лейтенанту.
Лицо лейтенанта искривилось в брезгливой гримасе, когда я сунул ему под нос свой обнаженный локоть. Но часовой грубо схватил меня: – А ну, проваливай отсюда!..
– Подожди, – остановил его лейтенант. – Я сам разберусь. Номер, пожалуй, великоват, приятель. Для чего ты мне его показываешь?
– Он подделан. Справа и слева к нему приписаны цифры. Мой настоящий номер 16-156-187. Смотрите, как отличаются цифры!
Брезгливо задержав дыхание, лейтенант пристально посмотрел на татуировку.
– Гм. Вполне возможно. А ну-ка пойдем со мной.
Часовой торопливо открыл перед нами дверь. Вид у него был испуганный.
Через грохочущий хаос машинного отделения лейтенант провел меня в крохотную, как шляпная коробка, каюту вербовщика. Это был карлик с резкими чертами лица. Форма висела на нем как мешок.
– Покажи-ка ему свой номер, – велел мне лейтенант; я с готовностью сделал это. Затем он сказал, обращаясь к карлику:
– Надо посмотреть его личное дело.
Карлик сунул в проектор какую-то пленку.
– 1304-9974-1416-156-18723, – прочел он. – Гроуби Уильям Джордж, 26 лет, холост, третий ребенок в семье из пяти детей, неудачное детство, отец бросил семью, психически здоров, выносливость – 1, здоровье – 2,9, работал по второй категории семь лет, по полуторной – три месяца, получил образование по степени девять, заключил контракт по форме Б. – Он взглянул на лейтенанта. – Биография обычная. Есть особые причины заинтересоваться им?
– Этот парень утверждает, что он – служащий высшей категории и попал сюда по ошибке. Говорит, кто-то подделал его номер. Да и речь у него покультурней, чем у людей этого круга.
– Э, – воскликнул карлик, – пусть это вас не смущает. Неудачное детство, третий ребенок в семье – такие всегда стараются выбиться в люди, много читают. Особенно, обратите внимание…
– Довольно! – оборвал я его, не выдержав. – Я – Митчел Кортней и так богат, что могу купить вас со всеми потрохами без всякого ущерба для моего кармана. Я возглавлял отдел Венеры в Объединенном рекламном агентстве «Фаулер Шокен» и требую немедленно соединить меня с Нью-Йорком и прекратить эту идиотскую комедию! Действуйте же, черт побери!..
Лейтенант испуганно потянулся к телефону, но вербовщик улыбнулся и отодвинул аппарат.
– Итак, вы – Митчел Кортней? – вкрадчивым голосом спросил он, и, достав еще какую-то пленку, вставил ее в проектор. – Читайте. – Он настроил аппарат.
Вместе с лейтенантом я взглянул в проектор.
Передо мной была первая страница газеты «Нью-Йорк таймс», и на самом видном месте – некролог Митчелу Кортнею, заведующему Отделом Венеры рекламного агентства «Фаулер Шокен». Меня нашли замерзшим на леднике Старзелиус неподалеку от Литтл-Америки. Оказывается, я вздумал ковыряться в батарейке, и она вышла из строя. Лейтенант давно уже с равнодушным видом отвернулся от проектора, а я все читал. Я узнал, что Отдел Венеры возглавляет теперь Мэтт Ренстед, что моя смерть была тяжкой утратой для мира рекламы, что моя жена, доктор Нэвин, отказалась дать интервью газетам, а Фаулер Шокен произнес прочувственную речь и высоко оценил мои заслуги. Я выяснил, что был личным другом Джека О'Ши, первого человека, побывавшего на Венере, который выразил глубокую печаль по поводу моей безвременной кончины.
– Я купил газету в Кейптауне. Можете преспокойно отправить этого проходимца обратно в трюм, лейтенант, – произнес вербовщик.
Вызвали часового. Всю дорогу он не переставал награждать меня пинками и с такой силой втолкнул в красноватый полумрак трюма, что я с размаху сшиб кого-то с ног. После сравнительно свежего воздуха в коридоре зловонье в трюме показалось мне невыносимым.
– Чего ты там натворил, приятель? – поднимаясь на ноги, добродушно спросил человек, послуживший чем-то вроде амортизатора.
– Хотел только им объяснить, кто я такой… – но, сообразив, что рассказывать об этом бесполезно, просто спросил: – Что с нами будет дальше?
– Высадят в порту, разместят по баракам, определят на работу. По какой форме у тебя контракт?
– Сказали, по форме Б.
Он присвистнул.
– Ловко же тебя одурачили.
– Что ты хочешь сказать?
– Да где были твои глаза? Дело дрянь. Контракт по форме Б – пять лет работы. Им удается подбить на это лишь беженцев да законченных идиотов, редко кого другого. В контракте есть пункт о поведении. Когда мне предложили форму Б, я сказал, что, пожалуй, выгодней податься к ребятам из сыскного агентства Бринка. Тогда мне предложили форму Д. Должно быть, им здорово нужна рабочая сила. У меня контракт на один год, могу свободно покупать продукты не только в лавках компании, есть и другие поблажки.
Я стиснул голову руками, словно боялся, что она разорвется от отчаяния.
– Неужели все так плохо? А деревенский образ жизни, работа на свежем воздухе, солнце?…
– Да-а, – смущенно протянул мой собеседник. – Конечно, это лучше, чем работа на химических заводах, хотя, пожалуй, похуже, чем в шахтах.
Он ушел, а я, разбитый и опустошенный, начал обдумывать, что делать дальше, и не заметил, как задремал.
Сигнала высадки не было. Просто судно с силой ударилось о причал. Открылись люки трюмов, и в них ворвалось слепящее тропическое солнце. Яркий свет больно полоснул по глазам, привыкшим к темноте. Вместе с солнцем в трюмы проник не свежий деревенский воздух, а едкий запах дезинфицирующих составов. Я кое-как выбрался из толпы бранящихся и толкающихся потребителей и стал протискиваться к выходу.
– Подожди, олух! – грубо остановил меня человек с недобрым лицом; на груди у него была бляха надсмотрщика. Он накинул мне на шею шнурок с биркой, на которой был проставлен номер. Такую же бирку получил каждый из нас, и все мы выстроились в длинную очередь, перед столом, стоявшим прямо на причале у стены высокого восьмидесятиэтажного здания компании «Хлорелла». Оно напоминало проволочные конторские корзинки для входящих и исходящих бумаг, поставленные одна на другую до самого неба. На каждом ярусе сверкали зеркала, и вокруг этой громадины на земле тоже было обжигающее глаза безбрежное море света. Я понял, что здесь еще больше зеркал – они улавливали солнечные лучи и направляли их на зеркала в разных ярусах. Оттуда солнечный свет отражался в чаны фотосинтеза.
С воздуха все это могло показаться красивым, хотя и довольно обычным зрелищем. На земле же это был сущий ад. Я должен придумать, как выбраться отсюда. Но в мозгу назойливо вертелось, мешая сосредоточиться: «С солнечных плантаций Коста-Рики, обрабатываемых умелыми руками гордых своим трудом свободных фермеров, к нам поступают свежие, вкусные, питательные продукты из белка хлореллы…»
Да, я сам когда-то написал эти строки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики