ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Платье было восхитительным, оно прилегало в нужных местах, почти до неприличия подчеркивая высокую грудь и мягко облегая бедра. В таком платье был бы заметен даже один килограмм лишнего веса, подумала она, радуясь, что у нее такой упругий и плоский живот.
Резкий звонок в дверь вывел ее из задумчивости. В глазок Зуки увидела шофера в униформе.
Она открыла. Шофер показал ей удостоверение.
– Мисс Франклин?
– Это я, – ответила она, широко улыбаясь.
В конце концов, шофер не виноват, что она вынуждена ехать на эту злосчастную презентацию.
– Машина внизу.
– Спасибо. Я сейчас спущусь.
Чувствуя неожиданное родство с христианами, которых римляне скармливали на арене львам, она накинула на голые плечи серебристую шаль и сошла вниз, в темноту летнего вечера, где ее ждал сверкающий «даймлер».
Шофер открыл заднюю дверцу, и она села в машину, не успев заметить, что в ней кто-то уже есть. В салоне было полутемно из-за затемненных стекол, но Зуки сразу поняла, кто именно находится в машине и, откинувшись на мягкое кожаное сиденье, наблюдает за ней пристальным взглядом.
Она забилась в угол, как можно дальше, и обдала пассажира ледяным взглядом.
– Добрый вечер, Зуки, – едва слышно произнес Паскуале, когда машина тронулась с места.
– Какой сюрприз! – сказала она холодно, хотя кровь застучала у нее в висках. – И к тому же – пренеприятный. Скажи, Паскуале, ты намерен сопровождать меня на все официальные приемы?
– Может быть, – невозмутимо ответил он с улыбкой. – А если ты будешь так потрясающе выглядеть, как в этом платье, то непременно.
От такого комплимента и от сопровождавшего его оценивающего взгляда ее ударило как током. Казалось, не имело значения, что Паскуале Калиандро был ее врагом, что он ей активно не нравился и что у него на ее счет были гнусные планы. При виде этого человека все ее тело оживало, она смотрела на него с восторгом, заставлявшим кровь быстрее бежать по жилам.
Ей стоило большого труда держаться с ним так, как с обычным деловым партнером. Дружески, но на расстоянии.
– Да, платье замечательное, – согласилась она. – У тебя талантливый стилист.
Он улыбнулся ее вежливому и сдержанному тону.
– Да. Она показала несколько платьев, но как только я увидел это…
В том, как он это произнес, угадывалось что-то такое, от чего у Зуки защемило в груди.
– Ты хочешь сказать, что ты… ты выбрал это платье? – Она не поверила своим ушам.
– Конечно.
Сама мысль о том, что платье, так плотно облегающее ее тело, было выбрано им, заставила ее покраснеть от волнения и одновременно устыдиться. Хорошо хоть в машине было довольно темно! Выждав немного, пока волнение уляжется, Зуки спросила:
– Это что, обычная для тебя практика? Решать, что надеть твоим моделям?
– А как ты думаешь? – посмотрел он на нее искоса.
Ей не то, что думать – дышать было трудно.
– Не имею ни малейшего представления. Потому и спрашиваю.
Она увидела, как циничное выражение сбежало с его лица, сменившись нежностью, как невероятно потемнели его глаза, и поняла, что в данный момент его желание было таким же сильным, как и ее.
– Нет, как правило, выбираю не я. Но лишь только я увидел это… мне захотелось посмотреть, как ты будешь в нем выглядеть. Я представил себе контраст между серебром платья и золотом блеска твоих так много обещающих глаз. Мне хотелось увидеть, как шелк ласкает твою нежную кожу. Я знал, что ты будешь в нем неотразима, совершенно неотразима, – пробормотал он. – И оказался прав, прав…
Как модель, Зуки привыкла, что ей льстили и делали комплименты мужчины, но ее сердце еще никогда так не билось, как сейчас – от откровенно чувственного признания Паскуале. Как больно было сознавать, что ему нужно было только ее тело, которое он жаждал заполучить.
Ее сердце сжалось от невыносимой мысли, что Паскуале думает о ней так, и только так. И она попыталась поставить его на место.
– Должна тебя предупредить, что, если я по твоей милости потеряю самообладание, вряд ли получатся хорошие фотографии «лица» твоей компании. Так что, если ты намерен давать мне почувствовать себя купленным тобою предметом каждый раз, когда я буду иметь несчастье тебя видеть, я бы посоветовала тебе этого не делать.
– Вовсе нет. Я намерен заставить тебя признаться, что ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал, – отпарировал он тихо, и она непроизвольно посмотрела на его губы. – Что, если это произойдет прямо сейчас, Зуки?
Его голова была достаточно близко, так что стоило ему лишь немного наклониться, как их губы соприкоснулись бы в нежном, чувственном поцелуе. Зуки увидела, как заблестели его темные глаза, и почувствовала, как раскрываются ее губы, будто раздвигаемые невидимой силой.
Инстинктивно она отпрянула от него. Если он посмеет… пусть только посмеет… Она сжала руку в кулачок, приготовившись…
– Но мы не хотим смазать губную помаду, не правда ли? Так что отложим это приятное развлечение на потом. Зато будет к чему стремиться.
– Адское испытание! – зашипела она, как кошка при виде воды.
– Скорее, райское, – заметил он, придав чувственности своему голосу.
Зуки отчаянно пыталась найти подходящие слова для отповеди, но Паскуале внезапно нахмурился и поменял тему разговора:
– Сегодня днем я встречался с твоим братом.
Видимо, ничего хорошего, мрачно подумала Зуки.
– О! – воодушевилась она. – И как он?
– От него несло спиртным. А день только начинался, – возмутился он, все еще хмурясь.
– Разве я сторож своему брату? – сказала она и, желая отвлечь его от неприятной темы, поинтересовалась: – Вы поладили?
– Откровенно говоря, я удивлен, как ему удалось продержаться в бизнесе целых восемь лет! – Паскуале покачал головой, как раздосадованный учитель. – Он совершенно безответственный человек!
– Разве обязательно так оскорблять? – Зуки попыталась защитить брата, хотя в глубине души была согласна с каждым словом Паскуале. – Ведь бизнес – занятие трудное.
– Да уж, но не труднее, чем иметь дело с твоим братом, – кисло усмехнулся Паскуале.
– А тебе бы только щеголять своим знанием английского, – съязвила Зуки. В ярких огнях магазина Хэрродз, мимо которого они проезжали, она заметила, что ее замечание вызвало у него улыбку.
– Больше всего беспокоит то, что ему просто незнакомы основополагающие понятия бизнеса. Он тупо смотрел на меня, когда я говорил ему о поставках, спросе и движении капитала.
– Это потому, что ему не повезло, как некоторым, пройти курс менеджмента в Гарварде! Да будет тебе известно, что Пьер унаследовал компанию после смерти отца, когда ему было всего двадцать.
– Мне это известно, – мягко возразил он. – И он сказал мне, что ваша мать умерла в прошлом году. Я очень сожалею, Зуки, поверь мне.
Зуки повернулась к нему. Все что угодно, подумала она, но только не этот почти нежный голос, в котором ей послышались нормальные, человеческие нотки, а не его обычная при разговоре с ней чувственность. Она поспешно отвернулась и стала смотреть в окно, чтобы он не увидел навернувшиеся на глаза слезы. Ей удалось успокоиться до того, как Паскуале постучал в затемненное стекло, отделявшее салон от шофера.
– Пожалуйста, остановитесь здесь, – попросил Паскуале. – Я хочу проводить мисс Франклин через боковой вход. Ты в порядке? – взглянул он на Зуки.
Она кивнула, удивившись его заботливому тону.
– Разве ты не хочешь, чтобы мы торжественно появились у главного входа? – с любопытством спросила она, но Паскуале покачал головой.
– У главного входа обычно толпятся фоторепортеры. Ты же знаешь, ситуация иногда выходит из-под контроля, и тебе совсем не обязательно продираться через всю эту толпу. – Вновь ее странно тронула его заботливость, хотя он все тут же испортил, пробормотав: – К тому же момент неожиданности всегда более выигрышен, не так ли?
Однако у нее не было времени ответить, потому что машина остановилась. Паскуале помог ей выйти и, взяв за руку, провел ее в здание через незаметную боковую дверь. Несколько мгновений их ладони соприкасались, и он крепко держал ее за пальцы. Она с трудом удержалась, чтобы не пожать их.
Только когда они поднимались наверх в лифте, она заметила, что Паскуале улыбается.
Что это была за улыбка!
– Тебе все это жутко нравится! – скептически бросила она.
Наступило молчание. Лицо его стало серьезным.
– Больше, чем я думал, крошка. Глупо было рассчитывать на то, что ты сдашься сразу, но во Франции были такие многообещающие моменты…
Она подумала, что ослышалась.
– Многообещающие моменты? – Неужели? – подумала она. Значит, он решил, что она тут же сдастся? – Я еще никогда не встречала подобной самоуверенности и наглости…
– Мне и в голову не приходило, – прервал он ее, глядя бесстыжими глазами на ее губы, – что ты будешь все время сопротивляться, а я – получать удовольствие от борьбы и от предвкушения победы.
Она могла бы протестовать. Она могла бы пролепетать что-нибудь о чести, порядочности и бесстыдных притязаниях таких скотов, как он.
Могла бы.
А он, без сомнения, – самоуверенное животное – стал бы снисходительно улыбаться и кивать, выслушивая ее возражения.
Но после того как зацелует ее до смерти. Зуки содрогнулась. Как это там говорится: не по словам судят, а по делам. Если Паскуале предпримет попытку снова ее обнять, она будет холодна как лед. Она крепко сжала губы на случай, если он попытается ее поцеловать.
Его темные глаза насмешливо улыбались. Когда двери лифта открылись, Зуки увидела, что коридор полон ожидающих ее фоторепортеров. Паскуале взглянул на нее. – Готова?
– Ко всему, – ответила она. Взгляды их схлестнулись, и сердце Зуки сжалось, потому что она услышала звучный женский голос, окликавший Паскуале по имени.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
– Паскуале, дорогой! Вот ты где! – накинулась на них надменного вида женщина лет тридцати с иссиня-черными гладкими волосами. На ней было шикарное ярко-красное закрытое, как военный френч, платье, так что Зуки в своем облегающем серебристом наряде почувствовала себя, чуть ли не голой.
Зуки редко встречала женщин, если только они не являлись моделями, которые были бы с ней одного роста.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики