науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR & SpellCheck: Larisa_F
«Танец в ритме дождя»: ТЕРРА-Книжный клуб; Москва; 1998
ISBN 5-300-01943-7
Аннотация
В сборнике представлены два романа современной российской писательницы Елены Ткач. Героиня обоих романов – журналистка Вера Муранова – оказывается наследницей старинного итальянского рода, с которым связана вековая тайна.
Любовь, борьба, страдания, путешествия, поиски сокровищ – все это в полной мере пережили герои Елены Ткач.
Елена Ткач
Танец в ритме дождя
ПРОЛОГ
На обшарпанном диванчике в мастерской полулежала обнаженная молодая женщина. Перед мольбертом стоял художник в расстегнутой рубашке и джинсах. Он, притворно сердясь, уговаривал свою модель не вертеться и лежать спокойно, но она звонко смеялась и вытягивала шею, стараясь высмотреть, что же у него получается.
Оба были очень хороши: она – хрупкая, длинноногая, с копной темно-каштановых, с золотистым отливом, вьющихся волос, тонкими чертами лица и сияющими зеленоватыми глазами; он – статный ясноглазый красавец, со скульптурной лепкой лица и высоким лбом.
Она подошла к мольберту с затаенной улыбкой предвкушения. Она ничего не хотела видеть, кроме холста, натянутого на подрамник…
И наконец увидела…
«Господи Боже, да ведь это не я!.. – вихрем пронеслось в ее голове. – Кто это? Почему?»
На полотне была изображена полулежащая женщина. Она вся как бы светилась изнутри – так светится человек в минуты наивысшего счастья и наивысшего проникновения в тайну своей судьбы… Бедра, грудь, ноги, весь силуэт, без сомнения, принадлежали его модели. Но лицо расплывалось… Оно казалось зыбким… И самое странное… Ее черты на портрете выглядели случайными… Они были как бы необязательны… неопределенны… растекались, как акварель на воде… Под ними – сквозь них – угадывались черты совсем другой женщины, той, чьи портреты украшали стены мастерской.
«А ведь эта женщина для него реальней, чем я!» – было последнее, о чем она успела подумать, прежде чем кинуться в ванную и стать под струю ледяной воды.
– Эй, ты как там? В порядке? – донеслось до нее из-за запертой двери. В его голосе чувствовалось неподдельное беспокойство.
– Все нормально! Я есть хочу! Слышишь? – крикнула она первое попавшееся в голову.
– Королева, держись, сейчас будет завтрак! – донеслось из-за запертой двери.
Холод льющейся воды взбодрил ее, но это не помогло. В ту минуту ей ничем нельзя было помочь. Потому что, она это поняла, он до сих пор любит ту, другую…
И ее портрет стал портретом той женщины…
В раскрытые окна мастерской вливался городской шум, птичий щебет и запах цветущей черемухи.
Весна… Май!..
А новый и совершенно неожиданный поворот в судьбе уже поджидал их, неотвратимый, как эта весна.
1
Расплескался, разлился над землей щедрый май, всех одаривая любовью, всех – без остатка. И Москва, казалось, стала городом света, а сады Подмосковья походили на райский сад. В одном из таких садов росла старая вишня. Ствол ее треснул и надломился, дерево накренилось и, тихо вздыхая, роняло на землю белые свои лепестки. Лепестки слетали к земле и устилали жарко дышащую, разрыхленную землю, и запутывались в волосах молодой женщины, копавшей грядки. Когда она закончила свою работу и, отступив, оглядела две крутобокие, аккуратно разровненные полоски земли, ее темные, чуть золотящиеся волосы были окутаны вишенной белопенной фатой…
– «Часовые любви…» – напевала она, и зеленоватые глаза ее светились, подобно молодому майскому листу сирени, сквозь который проблескивает луч солнца. Она замерла, улыбаясь, прислушиваясь к шуму берез, как будто плывущих в легких порывах ветра. Собрав свои инструменты, она пошла к дому. И казалось, не шла – летела – так легка и беззаботна была ее поступь.
Поднявшись по ступеням открытой веранды, она вошла в маленькую кухоньку, вымыла руки, налила в кружку молока и большими, жадными глотками выпила.
– О-о-ох! Как же хорошо! Оказывается, это совершенно невероятное занятие – быть счастливой!
Эта стройная молодая женщина была несказанно, удивительно счастлива…
И эта женщина была Вера.
С самой ранней юности она мечтала иметь свой участок и дом, чтобы жить там все лето, а если дом будет зимним, теплым, то приезжать и зимой. Чтобы буйствовали там сирень и жасмин, чтобы душа расцветала, купаясь в ароматах весеннего сада… Чтобы жить да радоваться…
И вот мечта ее осуществилась. Алексей продал машину и купил участочек в ближнем Подмосковье. Здесь стоял небольшой, но добротный сруб, с надстроенным уютным мезонином. В центре комнаты царила большая русская печь, а Алеша намеревался сложить еще и камин. Сказка!
После переезда Алексей вернулся в Москву – заканчивать Верин портрет. А она осталась здесь – сажать зелень, цветы, привыкать к новому месту. Словом, обживаться…
Ее пишущая машинка стояла в маленькой угловой комнатке, где под окном рос, как ей и мечталось, роскошный, густой куст жасмина. С утра она садилась за машинку заканчивать роман, но вскоре, не выдерживая, сбегала в сад. Ей не верилось, что все это благоухавшее великолепие принадлежит ей! Душа ее словно расширилась, но все равно не могла вместить всю ту радость, которая обрушилась на нее… Оказалось, что к великому счастью надо еще привыкать! Надо сжиться со звенящим в душе ликованием, принять этот свет любви к миру – свет, подаренный ей любимым и любящим человеком…
Этот свет был таким ясным и незамутненным, что даже пугал ее. «Так не бывает, – думала она, копаясь в саду или ставя на плитку чайник. – Мое счастье… Оно такое полное, совершенное, такое внезапное… Долго ли продлится оно? Наш мир тревожен и неспокоен, он не приемлет совершенства и полноты, он им враждебен. Он стремится покарать человека, осмелившегося быть счастливым. Я так люблю Алешку, так боюсь за нас… Как мне сберечь, сохранить нашу любовь? Каким частоколом оградить ее?»
Она гнала от себя эти мысли, сердилась, протестовала: мол, от добра добра не ищут… Но они ее не покидали, бередя душу, волнуя, тревожа… Видно, полная безмятежность ей была не дана. Потому что человеком Вера была беспокойным. И всегда находила повод для этого…
За окном свиристели пичужки, повсюду витал аромат сирени, и Вера заканчивала последнюю главу своего романа, когда у калитки послышался чей-то крик:
– Хозяева! Есть кто-нибудь? Вера выглянула из окна – у забора стояла какая-то женщина в цветастом платке, плотно обвязанном вокруг головы. В руках у нее была большая тяжелая дерматиновая сумка. Вера вышла на зов.
– Здрасьте, хозяюшка! Вижу, окна в доме открыты, значит, жильцы появились.
– Добрый день. Да, мы на прошлой неделе сюда переехали.
– Купили участок-то? А то, знаю, он на продажу был.
– Да, купили.
– Ну-ну. Значит, здесь теперь будете. Молочка у меня брать не хотите – хожу вот, всем предлагаю… Меня Марьей Васильевной звать. Из деревни я – из Леонихи, знаете, возле станции?
– Знаю, как же! А я Вера. Мы тут с Алешей вдвоем.
– Алеша – это, значит, муж ваш?
– Муж… – чуть замявшись, ответила Вера и опустила взгляд. Они с Алешей старательно обходили тему регистрации отношений – и виной тому была тень его пропавшей жены, словно бы незримо встававшая между ними.
– Хорошо вам тут будет! Участок немного запущенный, вон весь снытью зарос. Да это не беда: если руки приложить – все наладите. Картошечки на посадку у меня возьмите – я недорого отдам. Ведра два, а?
– Мы большой огород разводить не хотим – пусть пока все как есть… Мне даже нравится, что тут и елки растут, и березы, и липа. Вон какая красавица! Только пару грядочек зелени. Так что, спасибо, картошки не нужно.
– А как с молочком? Брать будете? Хоть сейчас возьмите – у меня с собой. И яички, – продолжала уговаривать Веру настойчивая молочница.
– Яичек возьму десяток, – только чтобы закончить этот разговор, согласилась Вера. Мысленно она была за машинкой и нервничала, что ее отвлекли, и та тонкая живая нить, которая связывала ее с тканью романа, может прерваться.
Она сбегала в дом за деньгами, и молочница аккуратно сложила в целлофановый пакетик десяток бежевых крупных яиц.
– Вот и ладно. Ну, отдыхайте. А если надумаете, приходите за молоком. Мой дом – второй от края, слева он будет, если идти со станции. Приходите.
– Придем, – покорно согласилась Вера, и они распрощались.
Она вернулась к машинке, но работа не шла, мысли путались. Ее выбил из колеи вопрос о муже. Казалось бы, что тут особенного – спросил человек о самом естественном и обыкновенном, а у Веры все в душе перевернулось. Пропавшая без вести Ольга – бывшая жена Алексея – не выходила у нее из головы. И этот портрет, который начал писать с нее Алеша накануне переезда на дачу… Она тогда ничего ему не сказала, но ведь, скорее, это был портрет Ольги, чем ее, Веры… Да, внешне то была она, Вера, но какое-то неуловимое выражение, настроение, взгляд… Нет, они были не ее! Мистика какая-то.
Вера поморщилась, отгоняя неотвязные мысли, и попыталась сосредоточиться. Ее роман заканчивался сценой венчания героев, это должна была быть глава, словно бы пронизанная светом, точно высвеченная изнутри благодатью. И Вера вдруг отчетливо поняла, что сцена эта ей не дается, выходит какой-то надуманной и фальшивой. Сладенькой. А тут должна быть не сладость, а вольный, торжественный аккорд слияния двух судеб, благословляемых высшей волей… Нет, сейчас ей с этим не справиться.
День выдался жаркий, парило, было трудно дышать. Видно, дождь будет, подумала Вера. И, словно в ответ на ее мысли, северный край горизонта стала затягивать свинцовая мрачная туча.
Вера глядела на нее, продолжая будто в оцепенении сидеть за машинкой. Знала, что надо встать, заняться чем-нибудь, но не могла. Точно надвигающийся мрак парализовал ее волю.
– Что такое? Что происходит? – вполголоса самой себе задала вопрос Вера. – Что-то неладно? Что? Муж… – шепнула она, чувствуя, что и в самом деле творится что-то неладное. – Какой он мне муж? Он ведь дал обет верности пропавшей жене… Разве после этого можно снова жениться? Ради меня он этот обет нарушил. Значит, должна последовать кара.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики