ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ладно, пускай я пропаду и чужая овчарка пропадет, раз ты с географией связался, – сказал Русаков и, бросив товарища, пошел вперед.
В этот день последним уроком была география. На большой перемене Трубачев подошел к Мазину и сказал:
– Если вызовут тебя, не трусь. А чего не знаешь, говори прямо: не знаю.
Мазин кивнул головой. Он был расстроен ссорой с Русаковым. Печальное, вытянутое лицо товарища вызывало в нем раздражение и сочувствие.
«Мачеха у него там еще какая-то…» – озабоченно думал он.
Сергей Николаевич пришел веселый, потер руки и сказал:
– Весной пахнет! Сердится старушка-зима. Проходит ее время. Конец марта!
В классе было чисто, уютно и тепло.
Дежурные Одинцов и Степанова старались вовсю. Они пришли в школу раньше всех, облазили все углы, вытерли пыль. Валя Степанова принесла из дому чистую, выглаженную тряпочку для доски.
А когда Одинцов ловко и красиво развернул перед учителем карту, Сергей Николаевич пошутил:
– Совсем как в сказке цветистый ковер раскинул!
Одинцов сел. Учитель посмотрел в записную книжку и вдруг сказал:
– Мазин и Трубачев!
Трубачев вспыхнул и встал. Мазин сидел впереди. Он неловко вылез из-за парты, одернул курточку и, обернувшись к Трубачеву, сказал:
– Пошли!
Ребята фыркнули. Сергей Николаевич улыбнулся.
– Со своим профессором, – пошутил он.
Оба мальчика стали у доски.
Сергей Николаевич перелистал учебник географии.
Класс затих. Только Русаков беспокойно вертелся на парте, быстро-быстро обкусывая на левой руке ногти и не сводя испуганных глаз с товарища.
– Ну, Мазин, как теперь твои дела? – спросил Сергей Николаевич.
Мазин медленно повернулся к Трубачеву:
– Как мои дела?
Ребята снова засмеялись. Сергей Николаевич покачал головой:
– Я не Трубачева спрашиваю. Ты мне сам отвечай, как ты чувствуешь: прибавилось у тебя знаний или нет?
Мазин пристально посмотрел на карту:
– Прибавилось.
– Выберешься ты теперь из Белого моря без посторонней помощи?
– Выберусь.
– Хорошо. А если мы тебя, скажем, из Ленинграда в Белое море пошлем?
– Поеду, – сказал Мазин и взял указку. – По Беломорско-Балтийскому каналу поеду, вот так… – Он проехал по каналу и остановился в Архангельске. – Есть. Пять суток потратил.
– Немного, – сказал Сергей Николаевич. – А если б не было Беломорско-Балтийского канала, как бы ты поехал?
Мазин показал длинный путь вокруг северных берегов Европы и тотчас уточнил время:
– Семнадцать суток потратил.
– Хорошо, Мазин! Я вижу, что ты действительно окреп. Теперь расскажи нам все, что ты знаешь о Беломорско-Балтийском канале. А если ты ошибешься, то Трубачев тебя поправит.
Мазин ровным и бесстрастным голосом начал рассказывать:
– Беломорско-Балтийский канал тянется на триста километров.
– На двести, – поправил его Трубачев.
Он стоял выпрямившись, под рыжим завитком лоб его стал влажным, глаза блестели.
– На двести километров, – спокойно поправился Мазин и взял указку. – Канал соединяет Онежское озеро с Белым морем…
Мазин обращался с картой вежливо и осторожно.
Ребята, облокотившись на парты, внимательно следили за указкой, двигающейся вдоль канала. Петя Русаков вертелся, нервно потирал руки и обводил всех торжествующим взглядом. «Ну, как Мазин? Вот вам и Мазин!» – говорили его взволнованные глаза.
– Хорошо, Мазин! Пожалуй, тебе и Трубачев не нужен, а? – сказал Сергей Николаевич.
– Нет, пусть стоит. Я к нему привык, – заявил Мазин.
– Отвыкай. Трубачев всю жизнь не будет стоять с тобой рядом… Трубачев, садись!
– Пусть стоит! – тревожно выкрикнул Русаков.
Все головы повернулись к нему. Он смутился и юркнул под парту.
Отпуская Мазина, Сергей Николаевич похлопал его по плечу и сказал:
– Совсем хорошо, Мазин! Я очень рад за тебя. Я вижу, ты поймал быка за рога. Смотри не упускай его больше! А Трубачеву скажи спасибо… Трубачев!
Васек вскочил. Учитель посмотрел на его взволнованное лицо:
– Молодец!
Когда Сергей Николаевич вышел, в классе поднялся шум.
Русаков бросился к Мазину и, забыв утреннюю размолвку, обнял его:
– Здорово, Колька!
Ребята тоже радовались:
– Вот так жирняк!
– Повезло тебе!
– Держись крепче за Трубачева!
– Привяжи к себе веревочкой! – добродушно острили они.
Толстые щеки Мазина лоснились и набегали на нижние веки, щелочки карих глаз лениво и ласково глядели на ребят.
– А насчет мачехи твоей я подумаю, – улучив минуту, ни с того ни с сего шепнул он Русакову.
Саша и Одинцов поздравляли Трубачева.
– Здорово подогнал его! А я боялся – у меня прямо в ушах зазвенело, когда Сергей Николаевич вас обоих вызвал, – сказал Саша.
– А Русаков-то? Вот кто вертелся, как карась на сковороде!
– Верный товарищ! Преданный, как собака! – восхищенно сказал Саша. – Такой – на всю жизнь!
– А мы трое? Не на всю жизнь? – ревниво спросил Одинцов.
Васек вспомнил морозный вечер и огромную желтую луну над снежным прудом.
– Я за нас троих головой ручаюсь!
– Я тоже, – тихо сказал Одинцов.
– А обо мне и говорить нечего! – радостно улыбнулся Саша.
Все трое вошли в класс растроганные и счастливые. После уроков Васек бежал домой, размахивая сумкой и толкая прохожих.
«Молодец! Молодец! Молодец!» – повторял он про себя.
Во дворе для охлаждения он бросился в сугроб и, вывалявшись в снегу, предстал перед теткой.
– Тетя Дуня, я молодец!
– Вижу, – сказала тетка и, повернув его обратно, сунула ему щетку: – Обчистись в сенях, молодец!

Глава 18.
ВАЖНЫЙ ВОПРОС

Зима наконец устала. Она притихла, порыхлела, а на небо вышел новый хозяин – весеннее солнце. Ребята, расстегнув пальто, шли из школы. В толпе слышались веселый насмешливый голос Одинцова, ленивые замечания Мазина, смех ребят. Звонко перекликались девочки. На каждом углу толпа редела; уходившие домой долго пятились задом, сожалея о том, что приходится расставаться.
Лиде Зориной тоже не хотелось расставаться с товарищами. Она прыгала у своей калитки и все уговаривалась да уговаривалась с подружками о каких-то пустяках на завтра.
Наконец все голоса смолкли. Лида быстро побежала по дорожке. Она была взволнована больше всех. Митя выздоровел, и сегодня на сборе поставили на обсуждение ее заметку об отношениях девочек с мальчиками. Об этом необходимо рассказать маме, а если не маме, которая еще не скоро придет с работы, то хотя бы кому-нибудь.
Но дома обычно в это время бывали только соседи: старичок бухгалтер Николай Семенович и молоденькая Соня, ужасная копуша, которую Лида долго будила каждое утро.
Наверно, им тоже очень интересно послушать, как прошел сбор.
У крыльца стоял какой-то высокий молодой человек в лыжном костюме, с широким смешным носом и темным пушком на верхней губе. Он нетерпеливо поглядывал вокруг и время от времени, постукивая двумя пальцами в Сонино окошко, басил:
– Сонечка, поторопитесь!
– Сейчас! Сейчас! – кричала в форточку Соня. Лида замедлила шаг и на всякий случай вежливо кивнула головой:
– Здравствуйте!
– Привет! Привет! Вы из школы? Какая смена? – деловито осведомился юноша.
– Я в первой смене, но сегодня после обеда у нас был сбор.
– Ого! Это, значит, часиков пять уже! Сонечка, поторопитесь!
– Может, и не пять, но у нас сегодня разбирали очень важный вопрос, – задерживаясь на крыльце, сказала Лида.
– Важный вопрос? Ого! Какой же это вопрос? – поглядывая на Сонино окошко, спросил юноша.
– Это, знаете, о дружбе девочек с мальчиками. У нас в классе… – охотно начала Лида.
– О дружбе девочек с мальчиками? Это очень важный вопрос… Сонечка, поторопитесь! Сонечка, ведь мы же опоздаем! – подбегая к окну и не обращая больше внимания на Лиду, закричал он.
Соня высунула в форточку розовое лицо и сделала сердитые глаза:
– Не кричите на весь двор, а то никуда не пойду!
– Сонечка!..
Лида открыла дверь и вошла в кухню.
– А, школьница наша пришла! – закричал из своей комнаты бухгалтер Николай Семенович. – Это хорошо! А то я уж всякую надежду потерял ее увидеть сегодня.
– Я на сборе была, – улыбнулась Лида. – У нас вожатый Митя наши дела разбирал.
– Дела разбирал? – копаясь в корзинке с бумагами, рассеянно сказал Николай Семенович. – Хорошо бы, чтоб этот самый Митя и мои дела разобрал, а то я никак не разберу… Никак не разберу никаких своих дел, – глядя на заваленный бумагами стол, развел руками Николай Семенович. – Проклятая память! Такая небольшая синенькая тетрадка была у меня, и не знаю, куда делась. Куда делась? – потирая двумя пальцами лоб и глядя на Лиду светлыми близорукими глазами, пожаловался Николай Семенович.
– Сейчас! Я только пальто сниму, – сказала Лида и, повесив в передней пальто, заглянула под стол Николая Семеновича. – Я знаю, вы иногда мимо корзины бросаете.
– Мимо корзины? Никогда! – возмутился старичок. – Я аккуратнейший человек. Я, прежде чем бросить что-нибудь в корзину, тысячу раз проверю. У меня с письменного стола ни одна бумажка не упадет…
Лида неожиданно нырнула под стол:
– Вот она!
Николай Семенович схватил тетрадку и близко поднес ее к глазам:
– Скажите пожалуйста! Как же это вы нашли?
– Да за ножкой стола, на самом видном месте лежала, – засмеялась Лида, поднимаясь с колен.
– Ну, спасибо! Спасибо, девочка! А то я как без рук, работа стоит, – усаживаясь за стол, благодарил старичок.
Лида вышла, постояла немного в кухне, потом тихо побрела в свою комнату.
Вечером пришла мама. Она еще на пороге, снимая шапочку, крикнула:
– Был сбор, Лидуша?
– Был, был, мамочка! – бросилась к ней Лида.
– Интересно! Подожди только минутку. Я сейчас вымою руки, сядем за стол, и ты мне все подробно расскажешь, – заторопилась мама. – Подожди, подожди только, я с самого начала хочу.
– С самого начала так… Митя прочел мою заметку… Вот полотенце, мамочка. Вытирай одну руку, а я другую буду вытирать.
– Нет, я сама… Ну, прочел заметку… Мама придвинула к столу два стула, вынула из портфеля булку, налила чай:
– Ну, теперь все… Митя прочел заметку, а что мальчики?
– Ну вот… Сначала никто из мальчиков ничего не говорил, и, наоборот, даже пересмеивались и толкали друг дружку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики