демократия как оружие политической и экономической победы
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Дэниелс разделял его чувства: американских самолетов сейчас было крайне мало. В течение нескольких секунд самолет обрушивал на наступающих ящеров шквал пулеметного огня. В ответ с земли раздался почти столь же оглушительный грохот вражеских пулеметов. Двигатель самолета осекся, его пулеметы смолкли. Самолет рухнул, и от такого удара наверняка повылетали бы стекла, если бы в Авроре они еще сохранились.
— Проклятье, — в один голос вырвалось у пулеметчика с Остолопом.
— Надеюсь, что он упал в самое скопище этих придурков.
— Я тоже, — сказал пулеметчик. — Вообще-то я хотел, чтобы он невредимым убрался отсюда, чтобы завтра прилететь снова и опять вдарить по ним.
Дэниелс кивнул. Иногда ему казалось, что никому из американских летчиков не удается сделать против ящеров больше одного вылета. Если терять с такой скоростью пилотов и самолеты — долго не провоюешь.
Солдат дал очередь по ящерам.
— Капрал, если хочешь слинять отсюда, я тебя прикрою. От тебя с твоим стариной «спрингфилдом» не ахти сколько проку в этом бою, — сказал он.
Если бы не вторая фраза, Дэниелс, может, и принял бы это предложение. Но сейчас он понимал: гордость не позволит ему оставить это место. Можно сколько угодно думать, что ты стар, а твоя винтовка годится лишь для антикварной лавки. Но он не намерен допускать, чтобы этот желторотый мальчишка говорил, будто он, Дэниелс, не способен выдержать бой.
— Я останусь, — коротко бросил Остолоп.
— Ну раз тебе так хочется, — пожав плечами, ответил пулеметчик.
Остолопу подумалось, что лишь его сержантские нашивки не позволили этому юнцу добавить «папаша».
Ящеры устремились вперед, стреляя на ходу. Языки пламени, полыхающие над горевшей балкой, помогали следить за их движениями. Дэниелс выстрелил. Один из наступавших кувырнулся. Остолоп испустил клич времен Гражданской войны, который наверняка понравился бы его деду.
— Кто сказал, что я плох в бою? Пулеметчик недоуменно уставился на него:
— Разве я что-то говорил?
Мальчишка привстал на одно колено, чтобы выстрелить, затем упал на спину почти что с изяществом циркового акробата. На Дэниелса брызнуло что-то горячее и мокрое. В колеблющемся свете пламени он различил у себя на руке серую с красными прожилками массу. Он лихорадочно обтер руку о брюки.
Бросив взгляд в сторону пулеметчика, Дэниелс увидел, что у того верхняя часть черепа снесена, словно топором. Оттуда текла густая лужа крови.
У Дэниелса не было времени позволить своему желудку вывернуться наизнанку, хотя тот был бы не прочь это сделать. Насколько Дэниелс понимал, он сейчас сражался на самой передовой позиции американских войск. Сержант выстрелил в одного из ящеров — думал, промахнулся, но маленькое чудовище рухнуло вниз. Затем он развернулся на четверть оборота и выстрелил 8 другого.
Остолоп совершенно не представлял, куда попала вторая пуля и попала ли вообще. Он отлично понимал, что, если и дальше стрелять из винтовки с затворам по тем, кто палит из автоматов, ему очень скоро прострелят задницу и все остальные части тела. Дэниелс схватил ручной пулемет. У мертвого пулеметчика остались еще две ленты. На какое-то время хватит.
Когда он нажал на курок, отдача ударила в плечо, словно сердитая лошадь. Пули брызнули, как струя воды из шланга. Долгая вспышка на конце ствола почти ослепила его, прежде чем он прекратил стрелять и снова забрался в укрытие. «Повоюй тут с такой чертовой игрушкой, — подумал он. — Плюешься из нее свинцом и надеешься, что эти чешуйчатые сволочи угодят под твои пули».
«И поле боя — тоже картинка из ада», — пришло Остолопу в голову. Кругом мрак, только сполохи пожара и вспышки от выстрелов, шум стрельбы и крики, эхом отдающиеся от полуразрушенных стен. А в воздухе — запах гари, сливающийся с запахами пота, крови и страха. Если это не ад, то что вообще тогда называется адом?
***
Корабль-госпиталь «Милосердный тринадцатый Император Поропсс» должен был бы показаться Уссмаку островком Родины. В какой-то степени так оно и было; нормальная температура, привычный свет, а не та чрезмерная голубизна, что простиралась над Тосев-3. И самое главное — никаких Больших Уродов, постоянно пытающихся тебя убить. Даже пища была лучше, чем та пастообразная дрянь, которую он ел на фронте. Уссмак должен был бы испытывать счастье.
Наверное, так бы оно и было, если бы он чувствовал себя хоть чуточку лучше.
Но когда Большие Уроды снесли башню его танка, он выбросился через водительский люк… прямо на участок с повышенной радиоактивностью. Позже Уссмака обнаружили солдаты в защитных костюмах; их дозиметры бешено стучали на этом месте. И теперь он находился на борту космического госпиталя — его чинили, чтобы вернуть на поле боя и позволить тосевитам изобрести новые способы превратить Уссмака в куски пережаренного рубленого мяса.
Поначалу лучевая болезнь вызывала у него сильную рвоту, не позволяющую получать у довольствие от хорошей госпитальной пищи. Но когда рвота поутихла, его стало тошнить уже от лечения. Уссмаку сделали полное переливание крови и ввели клеточный трансплантат для замены поврежденных кроветворных желез. Лекарства, угнетающе действующие на иммунную систему, и другие препараты, вызывающие подавление злокачественных генов, терзали не меньше, чем полученная доза радиации. Уссмак провалялся на койке немало дней, ощущая себя по-настоящему несчастным.
Теперь дело шло на поправку. Однако его душа продолжала сражаться против самого коварного заболевания, встречающегося в любом госпитале, — скуки. Уссмак прочел все, что смог, наигрался во все компьютерные игры, какие способен был выдержать. Ему хотелось снова вернуться в настоящий мир, даже если этим миром был Тосев-3, полный больших уродливых врагов с их большими уродливыми пушками, минами и прочими гадостями.
И в то же время Уссмак страшился возвращаться. Командование снова сделает его частью какого-нибудь наспех собранного экипажа (снова полная неизвестность характеров) и пошлет в те места, где он не слишком-то уютно себя чувствовал. На цго глазах погибли уже два экипажа. Сможет ли он выдержать такое же в третий раз и не сойти с ума? Или и его теперь ждет гибель? Это решило бы его проблемы, но не так, как хотелось бы Уссмаку.
В Палате послышалось шуршание: появился санитар, толкающий уборочную машину. Как и множество других самцов, выполняющих подобную грязную работу, у него на руках были нарисованы зеленые кольца, означающие, что он наказан за нарушение дисциплины. Скуки ради Уссмак стал раздумывать, в чек этот санитар провинился. Сейчас подобные праздные мысли были для него едва ля не единственным занятием.
Санитар сделал перерыв в своих бесконечных кружениях по палате и повернул одни глаз в сторону Уссмака.
— Знаешь, приятель, я видел тех, кто выглядит более счастливым, — заметил он.
— В самом деле? — отозвался Уссмак. — Я что-то не слышал, чтобы главнокомандующий издал приказ, обязывающий всех постоянно быть счастливыми.
— Чудак ты, приятель. — Рот санитара широко раскрылся. Они были вдвоем в палате, но санитар все равно обшарил глазами все помещение, прежде чем спросил:
— Скажи-ка, хочешь на какое-то время стать счастливым?
— Как это ты можешь сделать меня счастливым? — иронично усмехнулся Усемак.
«Разве что уберешься отсюда», — мысленно добавил он. Если этот мелкий нарушитель дисциплины не перестанет ему докучать, он выскажет это вслух.
Глаза санитара вновь забегали по комнате. Голос его понизился до таинственного полушепота:
— То, что тебе нужно, приятель, у меня с собой. Можешь мне верить.
— Что? — насмешливо спросил Уссмак. — Холодный сон и корабль, летящий на Родину? И все это — в твоей сумке, да? Расскажи мне что-нибудь поинтереснее.
Но его сарказм не обидел санитара.
— То, что у меня есть, приятель, лучше полета на Родичу, и, если хочешь, я с тобой поделюсь.
— Ничего не может быть лучше полета на Родину, — убежденно проговорил Уссмак. Между тем болтливый санитар подогрел в нем любопытство. Больших усилий это не составляло: среди отупляюще нудной госпитальной жизни чего-либо отличавшегося от монотонного течения времени уже было достаточно. Поэтому Уссмак спросил:
— Ну и что же у тебя там?
Санитар снова оглянулся по сторонам, словно ждал, что откуда-нибудь из стены выпрыгнет начальник дисциплинарной комиссии и предъявит ему новые обвинения. После этой последней меры предосторожности санитар раскрыл одну из сумок, висящих на поясе, вытащил маленький пластиковый пузырек и подал Уссмаку. Пузырек был наполнен мелким, как пыль, желтовато-коричневым порошком.
— Вот то, что тебе нужно.
— Что это?
Уссмак подумал, что санитар каким-то образом исподтишка ворует лекарства, но ему еще не доводилось видеть лекарства, напоминающего по запаху этот порошок.
— Узнаешь, приятель. Этот порошок заставит тебя забыть про Больших Уродов, можешь мне поверить.
Уссмак подумал, что ничто не способно заставить его забыть Больших Уродов; тому способствовали и жалкий мир, который они населяли, и убийство ими его друзей и соратников. Но он внимательно следил, как санитар открыл пузырек, высыпал немного порошка себе на руку и поднес ладонь к лицу Уссмака.
— Давай, приятель. Пробуй, и побыстрее, пока никто не видит.
В голове Уссмака снова всплыл вопрос: за что санитар носит зеленые кольца на руках — уж не отравил ли он кого-то этим зельем? И вдруг ему стало все равно. В конце концов, врачи постоянно пытаются отравить его. Он принюхался. Запах поразил Уссмака: сладкий, пряный… «Соблазнительный», — пронеслось у него в голове. Его язык сам собой слизывал и слизывал мельчайшие крупинки с чешуек руки санитара.
Вкус… нет, такого вкуса Уссмак никогда не знал. Порошок впился ему в язык словно мельчайшими острыми зубками. Потом аромат заполнил весь рот. Спустя мгновение он как будто заполнил и весь мозг. Уссмак ощутил тепло, громадную ясность ума и такую силу, как будто был главнокомандующим. Одновременно он словно покоился на груди всех почивших Императоров Расы. Уссмаку захотелось выйти отсюда, вскочить в танк и давить проклятых тосевитов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
принципы для улучшения брака
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики