науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

БОРИС БАШИЛОВ
РУССКАЯ ЕВРОПИЯ
к началу царствования Николая I

РЕЛИГИОЗНЫЕ, ПОЛИТИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ 125-ЛЕТНЕЙ ЕВРОПЕИЗАЦИИ РОССИИ




I

Историки, выполнявшие идейные заказы Ордена Русской Интеллигенции,
изображали и до сих пор изображают дело так, что будто бы Император Николай I,
коронованный деспот и тиран, привел Россию на край гибели. Подобное утверждение,
является бесстыдной масоно-интеллигентской ложью. Россию на край гибели привел
не Николай I, один из наиболее оклеветанных русских царей. Уже в начале
царствования Николая I, Россия, вернее былые остатки национальной Руси,
находилась в чрезвычайно катастрофическом положении в результате европеизации ее
в течение 125 лет.
Неизмеримо тяжелое наследство принял на свои плечи после подавления
восстания декабристов и запрещения масонства, не стремившийся никогда к власти
Император Николай I. Ему пришлось расплачиваться за всё политические грехи Петра
I и всех его преемников. Стоит только вспомнить какое политическое наследство
получил он от своего старшего брата Имп. Александра I.
М. С. Спасовский очень верно подчеркивает в своей рецензии на мою книгу
"Александр I и его время", что "Эпоха Императора Александра I в Петербургском
периоде Русской истории занимает в своем роде единственное и по своим
последствиям исключительное положение. До сих пор эта эпоха остается как бы
неразгаданной, горячо спорной и не ясной. В ней переплетается много
противоречивых моментов, дисгармонирующих, расслаивающих эту эпоху такими
событиями, которые внешне никак не укладываются в связь между собою и как бы
опрокидывают друг друга.
В Александре I мы имеем личность, в которой борются противоречивые
влияния и настроения трагического порядка. И именно на этой канве вышиваются
узоры самого разнообразного характера. И нет прямой возможности установить
твердо — где же и в чем истина? Одно только можно установить твердо, — эпоха
Александра I утвердила в русском обществе, главным образом Петербурга, начала
тех течений общественной, и политической мысли, которые в конечном итоге привели
Россию к 1917 году".
Император Николай I, все свое царствование активно боролся с трагическим
наследием прошлого, вел непрерывно борьбу с пришедшим на смену запрещенному
масонству Орденом Русской Интеллигенции, непрестанно вел подготовку к отмене
крепостного права. И не он, один, виноват в том, что ему не удалось осуществить
задуманный в начале царствования "проект новой организации контрреволюции
революции Петра" (А. С. Пушкин. Письмо кн. П. Вяземскому в марте 1830 года). В
первую очередь в этом виновато высшее русское общество отказавшееся поддержать
Николая I и члены Ордена Русской Интеллигенции с яростным фанатизмом мешавшие
ему духовно и политически оздоровить Россию.
Нападение враждебных сил желавших довести европеизацию России до ее
логического конца — то есть превратить ее в республику европейского типа, было
отбито Николаем I, но Россия в результате 125-летнего чужебесия находилась в
катастрофическом положении. Подавив восстание декабристов Николай I спас Россию
от грозившей ей тогда катастрофы. Но подавление дворяно-масонского заговора и
запрещение масонства не означало, что болезнетворные микробы в течение 125 лет
подтачивавшие Православие, духовные, политические и социальные силы России,
уничтожены окончательно.
Духовно, политически и социально Россия продолжала оставаться больной.
Для того чтобы она могла совершенно духовно и социально выздороветь, ей
необходимо было снова вернуться к творческим принципам самодержавия, а это было
невозможно без решительного разрыва с губительным идейным наследством Петровской
революции. Это национальное возрождение, в зависимости от того, как бы его
удалось совершить, могло иметь форму ряда радикальных реформ или иметь характер
настоящей революции (точнее контрреволюции).
Но "легко слово молвится, да не скоро дело делается", — говорит народная
мудрость. Встать на путь восстановления политических принципов самодержавия было
нелегко. Этот путь был бы путем решительного разрыва почти со всеми идеями,
вошедшими в русскую жизнь после совершенной Петром I революции. А ведь идеи за
125 лет приобрели уже характер "русских традиций", которые заслоняли собой
подлинные русские религиозные, политические и социальные традиции. Уже несколько
поколений свыклось с мыслью, что Петр I является величайшим преобразователем
России, спасшем национальное государство от неизбежной гибели.
Правда традиции Петровской революции стали "русскими традициями" главным
образом только для верхних и средних слоев дворянства. Низшие слои дворянства и
крепостное крестьянство чуждалось этих традиций и жило еще традициями Московской
Руси. Россия, вплоть до восшествия на престол Николая I, в его царствование и
позже, жила одновременно в разных эпохах. Власть и высшие слои жили идеями
революции Петра, основная масса народа — духовными традициями Московской Руси.
Если власть царей приняла форму западного абсолютизма и опиралась идеологически
на "Правду воли монаршей", составленную Ф. Прокоповичем на основе идей
европейского абсолютизма, то народ по-прежнему смотрел на царя как на носителя
Божественной Силы и Правды, а на европеизировавшихся бар, как на чуждую расу,
так как смотрели галлы на завоевавших их франков.
Знаменитый швейцарский историк Яков Бурхгарт в своих "Исторических
Фрагментах" под рубрикой "17 и 18 век" отмечает, что "...рядом с навязанной ей
культурой, она (Россия) с невероятной твердостью сумела сохранить свои древние,
врожденные обычаи, так что там — вопиющее несоответствие между "образованием" и
народной субстанцией".

II

Все, как русские, так и иностранные историки отмечают религиозный склад
русской души. А в результате совершенной Петром революции, больше всего
пострадала именно Православная Церковь.
"Начатая в Х веке святыми княгинею Ольгою и мучениками Феодором и
Иоанном, Златая Цепь Святости на Руси непрерывно протягивается через всю русскую
историю, органически сплетаясь со всеми светлыми и темными событиями, эту
историю образующими.
Если мы подсчитаем число дат кончин наших святых по столетиям, то в
результате получим следующую таблицу:
ВекЧисло кончин святых
Х3
XI 30
XII61
XIII39
XIV51
XV94
XVI85
XVII45
XVIII8
XIX1

"Приведенная таблица охватывающая всю тысячелетнюю историю России,
позволяет взглянуть на эту историю именно с точки зрения понимания исторических
процессов и установить в этой истории наличие колебаний духовного уровня
Русского общества.
Число 3 в Х веке вполне понятно: только в самом конце этого века
христианство начало разливаться могучим потоком по Руси, занимавшей в то время
крохотную часть пространства, охваченного к началу XX века Российскою Империей.
По мере усвоения русскими Евангелия разрастается наш "Луг Духовный": в XI веке в
Бозе почили 30 подвижников, причисленных к лику святых".
Рост числа святых подвижников шел неуклонно вплоть до XVI столетия. Но во
второй половине XVII столетия Иоанном Грозным в силу ряда причин, в целом ряде
которых повинен не он, а своевольное, жаждущее ослабления царской власти
боярство, нарушается установившаяся симфония Церкви и Государства." (Прот. Н.
Смирнов. Златая Цепь Святости на Руси).
К этому времени под руководством митрополита Макария было закончено уже
грандиозное дело оформления русской национальной идеологии. Мы говорим о
составлении "Великих Четьи-Минеи", "Степенной Книги" и "Лицевого Летописного
Свода". Великие Четьи-Минеи — собрание всех религиозных книг имевших хождение в
Московской Руси. В наиболее полном списке Четьи-Миней имеется 27000 листов
большого формата.
Степенная Книга — истолкование исторических судеб Руси. Лицевой
Летописный Свод, в котором были объединены все известные русские летописи — это
история Руси с древнейших времен. О грандиозности проделанной работы можно
судить потому, что в Лицевом Летописном Своде имеется 9000 страниц текста и
16.000 рисунков.
Все эти грандиозные труды проникнуты сознанием, что Московская Русь
является единственным оплотом православия, что она "Третий Рим, а четвертому не
быть. "Великие Четьи-Минеи", "Степенная Книга", "Лицевой Летописный Свод", как
верно характеризует в статье "Роковая двуликость Императорской России"
архимандрит Константин. (Религиозный философский сборник "Православная Русь".
1957 г.) являются "гигантского охвата исповеданием веры московского человека".
И вот этот, важнейший идеологический завет прошлого намеренно забыт
русскими историками. "Возьмем в руки курсы и учебники, — пишет архимандрит
Константин, — найдем мы там обстоятельное изложение всего на чем есть печать
личности. С особой внимательностью будет изображено то, на чем есть печать
личности в ее противостоянии общему укладу или хотя бы в обособлении от него.
Исследователь любезно лобызает то, на чем он находит печать духа, ему
родственного, и под этим углом зрения воспринимает все прошлое — не в его
целостности, ему уже чуждой. Только так можно объяснить, что за пределами его
интереса осталось дело жизни митрополита Макария, как нечто официальное,
безличное, казенное".
"Идеологический стержень нашего прошлого оказался вынут и отброшен в
сторону. Все внимание сосредоточено на частных явлениях, а московское "все",
воплотившееся в творении митр. Макария, осталось вовсе без внимания.
1 2 3 4 5 6 7
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики