ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Вы п-пьяны? – спросил Карл.
Сержант Хоффман усмехнулся.
– Нет, Гриффин, мы не пьяны, – терпеливо объяснил полицейский. – Это вы пьяны. Это вы весь вечер шлялись по каким-то злачным заведениям. Лучше войдите в дом и постарайтесь придти в себя.
– Вы сказали, что он убит? – спросил молодой человек.
– Да, я сказал, что он убит, – подтвердил сержант.
Молодой человек неуверенно двинулся к дому. Спина у него была неестественно выпрямлена, плечи отброшены назад.
– Если так, – заявил Карл Гриффин ни к кому не обращаясь, – то убила его эта сука.
– Какая сука? – быстро спросил сержант.
– Эта проститутка с невинной мордочкой. – Карл с трудом повернул к сержанту голову. – Его жена.
Хоффман взял его под руку и обратился к Мейсону.
– Мейсон, будьте так добры, выключите двигатель и погасите фары.
Карл Гриффин остановился и неуверенно повернулся назад.
– И с-смени ш-шину, – сказал он. – П-правую п-переднюю. Я ехал н-несколько миль на ободе. Н-нужно сменить.
Мейсон выключил мотор и фары, захлопнул дверцы, после чего быстро двинулся вперед за Хоффманом и молодым человеком, повисшем на руке полицейского. Он успел еще открыть перед ним входную дверь.
При свете, в прихожей, Карл Гриффин оказался довольно красивым молодым человеком, несмотря на раскрасневшееся от алкоголя лицо, отмеченное разгульной жизнью. Глаза у него были опухшие и налитые кровью, но осанка была врожденная, выражающая достоинство и воспитание светского человека, умеющего приспособиться к любой ситуации.
Хоффман обернулся к молодому человеку и критично осмотрел его с головы до ног.
– Сколько времени вам нужно для того, чтобы протрезветь, Гриффин? Мы хотим с вами поговорить.
Гриффин кивнул головой.
– М-минуточку. Сейчас буду трезвым.
Он отодвинул сержанта в сторону и, пошатываясь исчез в дверях туалета. Хоффман посмотрел на Мейсона.
– Пьяный вдрызг, – заметил Мейсон.
– Факт, – согласился Хоффман. – Но для него это не впервые, у него есть опыт. Он вел машину в гору, по скользкой дороге, к тому же со спущенной шиной.
– Да, он должен хорошо уметь водить машину, – признал Мейсон.
– Любят друг друга с Евой Белтер, как кошка собаку, – сказал сержант Хоффман.
– Вы думаете о том, что он сказал о ней?
– Конечно. О чем еще я мог думать?
– Он пьян, – резонно заметил Мейсон. – Вы ведь не будете, надеюсь, подозревать приличную женщину на основании бессмысленного замечания пьяного человека?
– Да, он пьян, но машину привел целую. Может быть умеет так же и трезво думать, несмотря на то, что пьян.
Мейсон пожал плечами.
– Ладно, пусть будет так, – отнесся он к этому с пренебрежением.
Из туалета донеслись приглушенные звуки рвоты.
– Могу спорить, что он протрезвеет, – снова начал сержант, взглянув на Мейсона недоверчивым взглядом, – и трезвый повторит тоже самое.
– А я спорю, что будет пьян ничуть не меньше, – ответил Мейсон. – Даже если будет казаться трезвым. Такие люди могут кого угодно ввести в заблуждение, когда выпьют. Они ведут себя вроде бы трезво, а в действительности понятия не имеют, что делают и говорят.
Хоффман посмотрел на адвоката и улыбнулся:
– Что вы говорите, мистер Мейсон? Неужели вы заранее стараетесь дискредитировать его показания?
– Ничего такого я не сказал.
– Конечно не сказали, – расхохотался Хоффман. – По крайней мере прямо не сказали.
– Ему сейчас не повредила бы чашечка крепкого кофе, – подсказал Мейсон. – Пойду на кухню, посмотрю…
– В кухне должна быть экономка, – подхватил Хоффман. – Вы не обижайтесь, мистер Мейсон, но я хотел бы поговорить с Карлом наедине. Я не совсем четко представляю вашу роль в этом деле. Мне кажется, что вы одновременно и адвокат, и друг семьи.
– Я не барышня, чтобы обижаться, – ответил Мейсон. – Я прекрасно понимаю ваше положение, господин сержант, работа есть работа. Но раз уж я здесь нахожусь, то я останусь. У меня тоже работа.
Хоффман кивнул головой.
– Вы должны найти экономку на кухне. Ее зовут миссис Вейт. Мы уже допросили и ее, и ее дочь. Идите и попросите приготовить кофе. Много кофе, потому что парням наверху оно пригодиться точно также, как и этому нетрезвому типчику.
– Постараюсь, – сказал Мейсон.
Он прошел через раздвижные двери из салона в столовую, толкнул дверь в буфетную и оттуда вошел в кухню, которая оказалась огромной и была ярко освещена. У стола сидели две женщины. Они сдвинули стулья с прямыми спинками и сидели рядом, разговаривая тихими голосами. Когда Перри Мейсон вошел, они резко замолчали и подняли на него глаза.
Старшей женщине было под пятьдесят: припорошенные сединой волосы, черные, матовые, глаза посаженные так глубоко, что тени глазниц совершенно скрывали их выражение. У нее было продолговатое лицо, тонкие стиснутые губы и широкие скулы. Черное платье еще больше старило ее.
Вторая была значительно моложе, самое большее в возрасте двадцати двух лет, с волосами черными, как смола и очень блестящими черными глазами, пламенный блеск которых странно контрастировал с матовостью глубоко посаженных глаз старшей женщины. Губы у младшей были полные и ярко красные, лицо умело нарумянено и припудрено, брови тонкие, черные, хорошего рисунка, ресницы длинные.
– Миссис Вейт? – спросил Мейсон, обращаясь к старшей женщине.
Она кивнула головой, не раскрывая стиснутых губ. Сидящая рядом с ней девушка отозвалась глубоким грудным голосом:
– Я Нора Вейт, ее дочь. Что вы хотите? Матушка совершенно выбита из равновесия.
– Да, я знаю, – с сочувствием сказал Мейсон. – Я пришел спросить, не могли бы вы приготовить немного кофе. Как раз вернулся Карл Гриффин и мне кажется, что чашка крепкого кофе очень бы ему пригодилась. Кроме того, наверху несколько полицейских ведут расследование и так же охотно выпили бы кофе.
Нора Вейт сорвалась со стула.
– Ну, конечно. Правда, матушка?
Она взглянула на старшую женщину, которая снова кивнула.
– Я этим займусь, – сказала Нора Вейт.
– Нет, – отозвалась мать сухим, как шелест кукурузы, голосом. – Я сама этим займусь. Ты не знаешь, где что находиться.
Она отодвинула стул и прошла на другую сторону кухни, к буфету. Открыв дверцу, она достала громадную кофемолку и коробку. На ее лице не отражалось никакого чувства, но она двигалась так, словно очень устала. У нее была плоская грудь, плоские бедра и плоские стопы, которые лишали ее шаги эластичности. В ее поведении сквозили уныние и подавленность.
Девушка повернулась к Мейсону и улыбнулась ему полными, красивыми губами.
– Вы из полиции? – спросила она.
Мейсон покачал головой.
– Нет, я адвокат Перри Мейсон и здесь по просьбе миссис Белтер. Это я вызвал полицию.
– А-а, – сказала Нора Вейт. – Я слышала о вас.
Мейсон повернулся к ее матери.
– Вы неважно себя чувствуете, может быть, лучше мне заварить кофе? – предложил он.
– Нет, – ответила она таким же сухим, бесцветным голосом. – Я справлюсь.
Она насыпала в емкость кофе, налила в кофеварку воды и, подойдя к кухонной плите, зажгла газ. Некоторое время она смотрела на кофеварку, а потом все тем же тяжелым шагом вернулась к своему стулу. Села, сплела руки на коленях и застыла, уставив неподвижный взгляд в стол.
Нора Вейт подняла взгляд на Мейсона.
– Боже, это было ужасно!
Мейсон кивнул.
– Вы не слышали выстрела? – спросил он между прочим.
Девушка покачала головой:
– Нет, я спала, как убитая. Откровенно говоря, я проснулась только тогда, когда пришел один из полицейских. Они поли матушку наверх и, наверное, вообще не знали, что я сплю в соседней комнате. Они хотели осмотреть служебные помещения, пока матушка находилась наверху. Я проснулась и вижу, что рядом с моей постелью стоит какой-то мужчина и пялится на меня.
Она опустила глаза и тихо захихикала, давая понять, что не считает приключение особенно неприятным.
– И что? – спросил Мейсон.
– Они вели себя так, точно поймали меня с дымящимся револьвером в руке. Велели мне одеться, не спускали с меня глаз даже тогда, когда я одевалась. Потом взяли меня наверх, на допрос.
– И что вы им сказали? – заинтересовался Мейсон.
– Правду. Что я легла спать и сразу же заснула, а когда проснулась, то этот полицейский стоял рядом с моей постелью и пялился. – Довольная собой, она через минуту добавила: – Они мне поверили.
Ее мать продолжала сидеть сплетя руки на коленях и уткнув взгляд в стол.
– И вы ничего не видели и не слышали? – продолжал расспрашивать Мейсон.
– Ничегошеньки.
– И ни о чем не догадываетесь?
– Ни о чем, – встряхнула она головой, – что можно было бы повторить вслух.
– А то, – кинул он на нее острый взгляд, – что не годиться для повторения?
– Конечно, – кивнула она, – я здесь только неделю, но за это время…
– Нора! – оборвала ее мать голосом, который вдруг потерял свою сухость и прогремел как хлопок кнутом.
Девушка умолкла, Перри Мейсон бросил взгляд на мать. Та даже не подняла глаз от стола, когда он обратился к ней:
– Вы также ничего не слышали, миссис Вейт?
– Я здесь прислуга. Ничего не вижу, ничего не слышу.
– Это очень похвально в вашем положении, пока дело идет о мелочах. Но, я не знаю, будет ли полиция придерживаться этого мнения в деле об убийстве и не будете ли вы вынуждены вспомнить все, что видели и слышали.
– Я ничего не видела, – сказала она не дрогнув лицом.
– И не слышали?
– Нет.
Мейсон косо посмотрел на нее. Он чувствовал, что женщина что-то скрывает.
– Полицейским вы отвечали так же?
– Кофе сейчас закипит. Может быть убавите газ, чтобы оно не выкипело?
Мейсон повернулся к плите. Из кофейника начинал подниматься пар.
– Я буду присматривать за кофе, а тем временем хотел бы узнать, отвечали ли вы полицейским таким же образом.
– Каким образом?
– Так же, как сейчас.
– Я сказала им тоже самое: что ничего не видела и ничего не слышала.
Нора Вейт захихикала.
– Это версия, от которой матушка не отступится, – заметила она.
– Нора! – обрезала ее мать.
Мейсон не спускал глаз с обеих женщин. Его лицо оставалось совершенно спокойным, только глаза были твердыми и настороженными.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики