науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Казалось, его творческая сила постепенно начинала убывать. Глава 26НАЧАЛО ВОЙНЫ Лето 1914 года было похоже на все предыдущие: Голсуорси метались между Лондоном и Уингстоном, в конце марта они побывали в Манчестере, чтобы присутствовать там на премьере пьесы «Толпа»; иногда им удавалось побыть в более спокойном месте – Литтлхэмптоне. Большую часть времени Голсуорси отдавал работе над романом «Фриленды», который он начал в 1913 году, но прервал из-за путешествия в Египет. Даже сейчас он работал неравномерно, отвлекался для того, чтобы написать какой-нибудь рассказ или статью, а в конце мая вдруг возникла идея вообще оставить его: «Я весь переполнен мыслями о новом романе и решил отложить «Фрилендов»». Но через несколько дней, когда он просмотрел написанное, у него появились новые идеи по поводу этой книги, и он преисполнился решимости закончить ее: «Откладывать не буду – напротив!»Но лето было полно неожиданностей: манчестерский театр привез свою постановку в Лондон и 10 апреля открыл гастроли в Коронет-тиэтр, а в мае в этом же театре труппа мисс Хорниман Хорниман Энни Элизабет Фредерика (1860–1937) –видная английская театральная деятельница; в 1904–1908 гг. руководила "Театром Аббатства" в Дублине.

вновь поставила «Правосудие». В конце июня Ада слегла в постель с шейной невралгией: «И сразу же дом лишился своей души, я не работаю, ухаживаю за больной», – пишет Голсуорси в своем дневнике. За время, прошедшее после истории с Маргарет Моррис, Джон стал еще больше зависеть от Ады и был совершенно не способен работать без ее постоянной поддержки. В июле Голсуорси вместе с племянником Рудольфом совершили очередную ежегодную «вылазку» на стадион Лордз. Она принесла ему большое разочарование. «Проиграли! Я бродил по стадиону, как привидение. Не буду больше ходить на этот матч».Это был последний мирный месяц, и хотя до конца июля Голсуорси ничего не пишет в своем дневнике о политике, чувствуется, что он очень обеспокоен и подавлен. Он в одиночестве поглощает «злосчастные обеды» в «Савое» и «Пти-Риш» и навещает Барри, который лежит дома с высокой температурой. 21 июля он обедал в клубе «Сквер» и забыл оплатить счет. Он также занимается решением социальных проблем, едет на завод Форда и вместе со священником посещает дома чернорабочих: «Ужасное зрелище. Несчастные люди». На следующий день он встречается с Линкером и Грэнвиллом Стретфилдом относительно домов в Манатоне, так как у него созрел план, к которому он вернулся несколько лет спустя в Бери: построить и сдавать по очень низкой цене удобные коттеджи для местных жителей. Но в июле 1914 года уже не оставалось времени для осуществления этих филантропических замыслов: в конце месяца он уехал в Уингстон работать над романом, а также очерком для «Ле Там» «о моем излюбленном уголке Англии, который находится здесь» (очерк так и не был опубликован). На следующий день, 29 июля, в дневнике впервые говорится о политической ситуации: «Собираются ужасающие тучи войны. Если Европа вмешается в австро-сербский конфликт, люди перестанут верить во что бы то ни было».День за днем в его дневнике находит отражение возрастающий ужас перед войной, которая становится все более неизбежной. Было очевидно, что война станет катастрофой для всего мира, а для Голсуорси это еще и личная трагедия. Всю свою сознательную жизнь он твердо верил в доброе начало в человеке. Теперь, чувствуя приближение войны, он начинает понимать, что добро не является главной силой; человеческие знания используют не для созидания, а для разрушения, жить в этом мире становится все труднее, он превращается в ад. « Пятница , 31 июля. Все движется к ужасной катастрофе... Внезапность этого кошмара отвратительна.1 августа... Все мрачнее и мрачнее. Шанс или ничтожный, или равен нулю. 2 августа. Объявлена война Австрии и Германии против Франции и России. Слишком страшно, чтобы выразить словами. Война в Европе стала реальностью. Это какой-то кошмар. Мы ездили верхом, чтобы хоть как-то отвлечься. Господи, если бы я только мог работать! 3 августа. Очень тревожный день... Я ненавижу и питаю отвращение к любой войне, я ее презираю. А мысль о том, что ежедневно будут совершаться миллионы актов насилия и зверства, разрывает мне душу. Я стараюсь не думать о несчастных созданиях, которые испытывают и будут испытывать столь страшные страдания, но это невозможно. Написал несколько слов о мире, но не буду их никуда посылать. Какой толк шептать во время урагана? 4 августа. Мы тоже втянуты в войну... Ужас накатывает волнами, и счастье покинуло нас. Я не могу сохранять спокойствие и не могу работать. Ада находит силы держать себя в руках, благослови ее господь. Англия проявляет меньше горячности, чем я ожидал. Очень мало или почти нет пустых угроз, зато всех объединяет решимость. Будет странно, если эта война не положит конец христианству. Нам необходимо вероучение, основой которого является гуманизм, а не разговоры о нем».Отзвуки войны очень скоро достигли даже такой крошечной деревни, как Манатон. 5 августа явился констебль и заявил, что любимую лошадь Голсуорси Пегги необходимо отвести в Мортон на «осмотр лошадей», откуда они будут реквизированы для нужд армии. К счастью, Пегги сочли негодной. Местные жители призывного возраста были мобилизованы, Ада организовала изготовление одежды для фронта. «Молодые Эрик и Клиффорд Эндакотты из Уингстона ушли в кавалерию. Эрик – первоклассный наездник и стрелок, его брат тоже ничего». «Я наняла самых бедных девушек из мастерской моей портнихи для работы с фланелью. Насколько я поняла, обычные фланелевые сорочки для фронта необходимее, чем вещи для госпиталей... Джек усердно трудится на всех направлениях. Дважды в день, когда приходят газеты, он переживает тяжелое потрясение, но он прекрасно организует все работы».Как обычно, Голсуорси искал утешение в творчестве, и за первые недели войны он написал очерк «Размышления о войне». Эти «Первые размышления» в том виде, в каком они были опубликованы в 1916 году в сборнике «Связка», представляют собой сумбурные, почти бессвязные размышления о войне, и нельзя не укорить неразборчивого издателя, выпустившего в свет эти и другие фрагментарные записки. Голсуорси, охваченный отчаянием, перескакивает с одной идеи на другую: он ищет некоего «козла отпущения» – что-то конкретное, – возможно, вероучение, на которое можно возложить вину за катастрофу, ортодоксальное христианство, которое, по его убеждению, не должно пережить эту войну – человечество наконец должно понять, сколь ничтожны его ценности. Пишет он также и о деспотизме правительств Германии, Австрии и России: «теоретически, если уже не фактически, они обречены». Затем без видимых причин он вспоминает свои посещения домов бедняков в восточной части Лондона: каково придется этим людям в условиях войны? И заключает: «Наша нация нуждается только в одном: иметь чистое, здоровое, счастливое национальное здание – от подвала до крыши». И так его мысль перескакивает от темы к теме, вплоть до заключительного абзаца, в котором раскрывается истинная причина всех его печалей: «Это великое поражение всех утопистов, мечтателей, поэтов, философов, гуманистов, борцов за мир и поклонников искусства – человечество выбросило их со всеми их пожитками, их время миновало».Это действительно превратилось в проблему. Человек, наделенный воображением и чувством сострадания, как Голсуорси, не мог не прийти в отчаяние при мысли о неизбежности человеческих мучений, которое усиливалось сознанием собственного бессилия сделать что-нибудь, что могло бы противостоять войне. Его одолевали сомнения: отважился бы он, будь он моложе и крепче здоровьем, воевать? Запись в его дневнике от 15 ноября свидетельствует о том, что он нашел ответ на мучившие его вопросы.«Угрызения совести, вызванные этой войной, ужасны: страшно заглянуть в собственную душу. Я все размышляю о том, в чем состоит мой долг, и прихожу к выводу, что, если бы мне пришлось принимать окончательное решение, я бы свой долг не исполнил. Вот что получается, когда отдаешь себя женщине полностью: и тело, и душу. А. парализует меня и всегда парализовала. Я никогда не смел даже подумать о том, чтобы оторваться от нее...Я говорю себе: «Если бы я был молодым и неженатым, я бы, конечно, пошел на войну! В этом нет сомнений!» Но я очень сомневаюсь, что сделал бы это, если бы я был призывного возраста, но женат на А. Я должен был бы идти. К счастью для моей совести, я вполне уверен, что после даже недели занятий с оружием мне придется носить руку на перевязи. Более того, нет сомнений, что на фронте нет ни одного человека с такой близорукостью, как у меня. И все-таки я чувствую себя неловко, постоянно неловко, седой, лысеющий, сорокасемилетний – и все же чувствую себя неловко. Смешно!»Решение своих сомнений Голсуорси видит в том, чтобы работать с удвоенной энергией и решимостью. Отныне все деньги, заработанные литературой, он отдает на военные нужды; он не без оснований полагает, что таким образом принесет больше пользы, чем своим участием в военных действиях.Это было довольно сложно: работа никогда не шла у него легко, к тому же он по многу раз исправлял и переделывал уже написанное. Но сейчас время его было ограничено. Он вновь обратился к написанному на три четверти роману «Фриленды». «Прилагаю все усилия, чтобы закончить «Фрилендов». Издательство «Скрибнерз» обещало хорошо заплатить за серию романов. Эти деньги от американцев очень пригодятся для фонда помощи...» Всегда любивший математическую точность, он начинает раскладывать собственную жизнь на столбики цифр: «Отправил 250 фунтов в различные военные фонды, общая сумма расходов на сегодняшний день составляет теперь 1250 фунтов. 400 фунтов – на полевые госпитали. 300 – пособие бельгийцам. 250 – сигареты. 200 – принцу Уэльскому. 100 – авторам и актерам. 50 – пожертвования мелким комитетам. 50 фунтов – М. Е. Р.. 50 фунтов – в Девон. 25 – Королевскому женскому обществу. 25 – беженцам из Бельгии».Иное отношение к своей работе показалось бы Голсуорси в то время непростительно эгоистичным; похоже, он забыл, что художники – не машины, что «форсирование» творчества с целью как можно скорее раздобыть денег неизбежно поведет к снижению качества работы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики