ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  прогноз для России на 2020-е годы 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Они хозяева. Их участок. И тебя убьют, белый мальчик. Лучше зайди в дом. И твой смешной желтый приятель тоже.Римо снова поднял деньги и на этот раз позволил женщине схватить их.Но свой конец бумажек он не отпускал.— А почему вы можете высовываться из окна, не боясь держать его открытым, и все такое? — спросил он.— Я черная.— Нет, — возразил Римо. — Шпану это не остановит. Они убивают любого, кто слабее их, и цвет кожи вас не спасет.— Я черная, и я разнесу башку любому, — заявила женщина и достала из-под подоконника обрез охотничьего ружья. — Вот мой спаситель. Четыре года назад я одному отстрелила яйца. Валялся вон там на тротуаре и выл. А потом я еще плеснула ему в глаза щелока.— Чего? — Римо не верил своим ушам.— Кипящего. Лучшее средство. У меня все время горшок на плите. А белые — только посмотри на них! Не ведут себя так, как уважаемые люди. Я черная. Я говорю, как говорят на улице. Отстрелила яйца и — щелок в рожу, и с тех пор живу спокойно. А ты и твой смешной дружок — лучше зайдите на ночь. А то будешь сам, как тот белый, которого ты убил. Тут больше белых не осталось, как раньше. Нет, сэр.— Спасибо, бабуля, но я рискну. Итак, «Лорды», вы говорите?— "Саксонские Лорды".— Еще раз спасибо.— Полиция знает. Они знают, кто убил. Те, что забрали тело. Очень рано, я еще не встала. Они приехали и совершили варварство. Там, в переулке. Там раньше был переулок, а теперь нет. Дом снесли. Но тогда был переулок. А мальчишки — они еще не легли спать. И они ничего плохого не хотели. Они не знали, что полиция, думали — просто белые. А эти совершили жестокость и попали парню в руку. Вот варварство!Римо не интересовали подробности акта варварства полиции по отношению к черному парню, пытавшемуся отнять у полицейского пистолет.— А вы знаете, кто из полицейских знает того, кто убил старушку? — спросил он.— Я не знаю легавых по имени. Не вожусь с ними. У меня нет наркотиков, нет притона.— Спасибо, мэм, и приятного вам вечера.— Ты симпатичный парень. Побереги шкуру, слышь?Этот полицейский участок в Бронксе носил прозвище Форт Могикан. Окна его были забаррикадированы мешками с песком. Когда Римо подошел к зданию, из бокового переулка выехала патрульная машина с торчащими из окон «Калашниковыми» и с ручными гранатами на приборной доске.Римо постучал в запертую дверь участка.— Приходите утром, — раздался голос из-за двери.— ФБР, — произнес Римо и перебрал пальцами пачку удостоверений, которую всегда носил с собой.Он нашел удостоверение агента ФБР со своей фотографией и поднес его к глазку двери.— Ну, ФБР, и чего ты хочешь?— Хочу зайти и поговорить, — сказал Римо.Чиун огляделся по сторонам с видимым презрением.— Признаком цивилизованности, — сказал Чиун, — является то, как мало надо людям знать о средствах самозащиты.— Тс-с-с, — зашипел Римо.— С тобой кто-то есть?— Да, — ответил Римо.— Отойдите на пятьдесят ярдов, или мы откроем огонь.— Я хочу поговорить с вами.— Это полицейский участок города Нью-Йорка. Мы открываемся для посетителей только в девять утра.— Я из ФБР.— Тогда подключись к нашим телефонам из города.— Я хочу поговорить с вами лично.— Патруль вернулся благополучно?— Патрульная машина, что ли?— Да.— Тогда да.— Как вам удалось добраться сюда среди ночи?— Нормально, — сказал Римо.— У вас что, конвой?— Никакого конвоя. Мы одни.— Оглядитесь по сторонам. Никого вокруг нет? За вами никто не следит?Римо огляделся по сторонам.— Нет. Никого, — сообщил он.— О'кей. Заходите. Только быстро.Дверь приоткрылась, и Римо протиснулся в щель. Чиун — за ним.— Что это за старик? Фокусник? Тогда ясно. Это он вас сюда доставил, — сказал полицейский.Волосы у него были темные, а лицо избороздили морщины, наложенные возрастом и постоянным напряжением. Рука его лежала на рукоятке пистолета.Его очень заинтересовало, что это за старик в странном одеянии. И не прячет ли он под одеждой оружие. Он решил, что старик — волшебник, иначе этим двоим не удалось бы живым добраться до Форта Могикан. Звали полицейского сержант Плескофф. Он получил звание сержанта за то, что за все время службы не выстрелил ни в одного так называемого «представителя Третьего мира». Он многое знал о преступлениях и преступниках. Он видел сотни ограблений и двадцать девять убийств. И был очень близок к тому, чтобы произвести свой первый в жизни арест.Это был американский полисмен новой формации — не громила-расист с бульдожьим лицом и тяжелым подбородком, а человек, способный вести диалог с жителями. Своим подчиненным сержант Плескофф тоже нравился. Он следил за тем, чтобы их ведомости на жалованье всегда были в порядке, и не был одним из тех ограниченных, старомодных зануд-сержантов, которые, посылая вас на дежурство, в самом деле надеются, что вы не покинете пределов штата Нью-Йорк.Сержант ждал, не выпуская Римо и Чиуна из поля обстрела двух пулеметов, установленных на столах возле двери.Римо показал свое удостоверение.— Вы, вероятно, не знаете, что тем домом на Уолтон-авеню занимается ЦРУ, — сообщил Плескофф.— Я здесь не по поводу дома на Уолтон-авеню. Я здесь по поводу убитой женщины. Старой женщины. Белой женщины.— Ну, это уж слишком! — сердито воскликнул Плескофф. — Приходишь в такой район и ожидаешь, что полицейский участок будет открыт среди ночи, да еще спрашиваешь насчет убийства какой-то старой белой женщины. Какой именно старой белой женщины?— Старой белой женщины, которую привязали к кровати и замучили до смерти.— Какой именно старой белой женщины, которую привязали к кровати и замучили до смерти? Ты что, думаешь, я гений и должен помнить всех белых, убитых на моем участке? У нас для этого есть компьютеры. Мы тебе не какие-нибудь старомодные полицейские, которые теряли хладнокровие только из-за того, что кого-то замучили до смерти.Плескофф закурил сигарету. Зажигалка у него была золотая.— Можно мне задать вопрос? Я знал на своем веку множество полицейских, — сказал Римо, — но ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь из них разговаривал так, как вы. Чем вы тут занимаетесь?— Мы пытаемся строить между полицией и местными жителями такие взаимоотношения, чтобы они отвечали чаяниям и стремлениям общины. И я могу гарантировать, что каждый сотрудник моего отделения отдает себе отчет в том, каковы чаяния представителей Третьего мира и как... Послушай, не стой перед дверью! Иногда они стреляют через глазок.— Снаружи никого нет, — сказал Римо.— Откуда ты знаешь?— Знаю, — сказал Римо.— Удивительно. В мире вообще много удивительного. На днях я видел странные узоры на бумаге. Знаешь, что это было? У человека на подушечках пальцев всегда есть какое-то количество жира, и если ты к чему-нибудь прикоснешься, то оставишь след. Похоже, как если бы Ренуар линейным способом изобразил суданскую скульптуру, — сказал Плескофф.— Это называется отпечатки пальцев, — сообщил ему Римо.— Я не читаю детективных романов, — заявил Плескофф. — Это расистская литература.— Я слышал, вы в участке знаете, кто убил старую белую женщину, миссис Герд Мюллер с Уолтон-авеню.— Уолтон-авеню? Тогда это либо «Саксонские Лорды», либо «Каменные шейхи Аллаха». У нас прекрасная программа взаимоотношений с людьми из Третьего мира. Мы не только пытаемся угадать их интересы, мы служим выразителями их интересов. У нас прекрасная образовательная программа, рассказывающая о многовековой эксплуатации и угнетении чернокожего населения. Но нам пришлось ее приостановить из-за Управления здравоохранения штата.— А что они натворили? — поинтересовался Римо.— Типичные белые расисты. О чем они думали? Объявили, что покупают человеческие глаза для какого-то банка органов. Разве они понимали, разве их заботило, какое воздействие это окажет на юных непосредственных представителей Третьего мира? Нет. Просто взяли и объявили, что будут платить за доставленные им человеческие глаза. Даже не потрудились упомянуть, что будут покупать глаза только умерших людей. И вот наша программа рухнула.— Не понял, — сказал Римо.— Лейтенант полиции, который читал лекцию о том, как белые всегда грабили черных, пришел сюда и принес пару глаз. Их швырнул ему в лицо чернокожий юноша, поверивший обещаниям Управления здравоохранения. Вся эта история сильно подпортила наши взаимоотношения с местным населением.— Какая история? — продолжал недоумевать Римо.— Управление здравоохранения в очередной раз обмануло Третий мир и ничего не заплатило за глаза. Гордый юный чернокожий афро-американский представитель Третьего мира безрассудно доверился белым и принес пару свежедобытых глаз, а медицинский центр унизил его, отказавшись их купить. Юноше сказали, что не платят за глаза, изъятые у живого человека. Представляете, до чего дошел расизм! Ничего удивительного, что чернокожее сообщество пришло в ярость.Сержант Плескофф продолжал распространяться об угнетении Третьего мира и показал Римо компьютерную систему, благодаря которой эффективность работы на его участке была на двадцать процентов выше, чем где-либо еще в Нью-Йорке.— Наш район находится на переднем крае борьбы с преступностью. Именно поэтому федеральное правительство выделило нам дополнительные ассигнования.— И как конкретно вы боретесь? — спросил Римо, не заметивший вообще никакой борьбы.— Во-первых, благодаря этим деньгам у нас теперь по всему району курсируют фургоны с фонограммами, в которых убедительно доказывается, что молодежь Третьего мира является жертвой угнетения и эксплуатации со стороны белых.— Вы ведь белый, верно? — заметил Римо.— Абсолютно, — подтвердил Плескофф. — И стыжусь этого. — Казалось, он гордится тем, что стыдится.— Почему? Вы не виноваты в том, что вы белый. То же относится и к черным, — сказал Римо.— И к прочим подобным низшим расам, — добавил Чиун, чтобы эти расисты американцы не вздумали смешивать свои низшие расы с высшей, то есть с желтой.— Я стыжусь потому, что мы в огромном долгу перед великой черной расой. Послушай, — добавил Плескофф доверительно, — я ведь не знаю правильных ответов на все вопросы. Я простой полицейский. Я исполняю приказы. Есть люди поумнее меня. Я должен давать такие ответы, каких от меня ждут, — тогда я получу повышение. Если же, не дай Бог, я когда-нибудь пророню хоть слово о том, что приезд черной семьи в ваш квартал — это не милость Аллаха, то меня вышвырнут.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   принципы идеальной Конституциисхема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииполная теория гражданских войн и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики