ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Рован откинулся в кресле и сложил руки на краю стола.
— Все идет сносно. Мы начинаем принимать друг друга и привыкать. Но хочу сказать, что сойдем с ума, если постоянно будем избегать каждого прикосновения, взгляда, каждого необдуманного слова или жеста.
— Все это хорошо, но если у нас так не получится?
— От нас требуется лишь естественное поведение.
— Естественное… — глухо повторила она.
— Словно мы друзья, или, если хотите, брат с сестрой. И если уж мы в тюрьме, то надо сказать — тюрьма неплохая. У нас есть вода, питье, удобства. Ведь время, которое мы здесь проведем, имеет предел и за нами некому подсматривать.
— На это и рассчитывал Жиль — на нашу близость с иллюзией свободы, чтобы мы… естественно себя вели.
— Все зависит от нас — разочаровать его или… — просто сказал он.
А пока они были одни в темной башне, без одежды. Дождь стучал по стеклянной крыше купола, а за ними, в открытой двери спальни была видна огромная кровать. Он покачал головой.
— Во-первых, вы должны мне доверять.
— Я доверяю вам.
— Я имею в виду другое.
А в этом она не была уверена, она только знала, как это было трудно. Она знала, что должна что-то сказать, и когда открыла рот, у нее получилось только:
— Мы не будем класть между нами меч.
— Нет, — осторожно ответил он. — Но не думаю, что он особенно помог.
Она уставилась на него. Он не спал утром? Неужели он знал, что какую-то часть ночи они спали, прижавшись друг к другу? И после всего может так безмятежно смотреть ей в глаза?
Пальцы Рована впились в стол, словно хотели оставить на нем свои отпечатки. Она не ведала, что сейчас было написано у нее на лице — воспоминание об утре и страх, что потеряла над собой контроль. Как ей хотелось сбросить с плеч этот груз! Она боялась, что теперь совершенно беззащитна перед ним. А хотела ли она быть от него защищенной?
Кэтрин не знала.
Глава 11
Покончив с едой, они поставили посуду на поднос, и Рован пошел с ним к подъемнику отослать всех вниз и проверить, приготовила ли Дельфия вещи, которые они просили. А в это время Кэтрин, пользуясь его отсутствием, вымыла руки и лицо водой из кувшина. Использованную воду она отнесла в темную оранжерею и вылила в водосток, которым пользовались при мытье мраморных полов.
Она стояла и смотрела вверх, через купол на небо. Дождь почти перестал, да его и не было слышно, его заглушали всплески и журчание фонтана. В башне холоднее, это было видно по тому, как над фонтаном, где циркулировала теплая вода, поднимался пар, А кто же разжег огонь в бойлерной? Дельфия или кто-то другой, кому разрешался доступ туда. Обычно главный садовник поливал цветы, зажигал свечи, следил за обогревом башни, поддерживал огонь в холодную погоду. Но это в обычные времена.
Так приятно было стоять в теплой, влажной, с запахом земли и зелени, оранжерее. Темнота обняла ее, успокоила, сняла напряжение, накопившееся в душе. Ей так вдруг захотелось остаться здесь, спрятаться, как в обители. Но она понимала, что это малодушно, да и невозможно, так как человек, от которого она хотела убежать, был заперт вместе с ней.
Поднявшись, она оставила таз в туалетной. Когда пришел Рован, она стояла спиной к камину.
— Одежда! — воскликнула она, увидев принесенное им. Он усмехнулся.
— Сильно сказано, — и развернул что-то мягкое и белое.
Она сообразила, что Дельфия прислала ей ночную сорочку, которую она давным-давно приказала выбросить. Лент, завязывающихся у шеи, не было, кромка оборвана, да и сам материал, муслин, стал очень тонким и просвечивался от стирки. Хорошо что свет в башне никогда не был ярким.
Рован раскладывал остальное: какой-то музыкальный инструмент, не гитару, нет, скорее, мандолину, узелок с ее берлинской вышивкой, которую она собиралась взять с собой на пароход, наконец, одежду для себя. Дельфия умудрилась прислать старомодную рубашку с оборками и длинными рукавами и дырками в тех местах, где должны быть пуговицы, а также пару допотопных бридж, которые едва ли смогут прикрыть колени.
Кэтрин дотронулась до рубашки.
— Я знаю, откуда это, из корзины с лохмотьями. Узнаю рубашку Жиля — в прошлом году Като делал уборку в старом шкафу.
— Ну хоть что-то. Мой багаж, должно быть, на пароходе.
— Мой тоже, но не весь же гардероб, — довольно едко ответила Кэтрин. Рован изучал ее сорочку.
— Мне кажется, у Дельфии все-таки добрые намерения.
— Хотелось бы, чтобы это было так, но они могут оказаться и плохими для нас обоих.
— В этом случае она будет ужасно удивлена нерезультативностью всей аферы. — Он вытащил из мешка две расчески — черепаховый гребень и вторую, из слоновой кости, — два куска мыла с запахом лаванды, пакетик с иголками, запасную струну для мандолины.
— Не женщина, а целое состояние.
— Если бы она была сокровищем, она бы открыла дверь.
— Вы слишком многого хотите. — Он задумчиво разглядывал свою одежду. — Не знаю, как вы, а мне хотелось бы принять ванну после этого мерзкого ковра. Я усмотрел в туалетной ванну, а в буфетной ведро. И мог бы принести теплой воды из фонтана, если хотите.
— Не беспокойтесь, я сама.
Он вышел, она слышала его шаги и поняла, что окончательно разозлила его. Вскоре он вернулся. На нем были бриджи, рубашка, расстегнутая до пояса, а нес он деревянное ведро с водой. Он вылил его в маленькую ванну и ушел опять. Он молча пять раз поднимался и спускался по ступенькам, игнорируя протесты. Наконец, когда ванна была наполнена, он поставил ведро и ушел в сторону оранжереи.
Кэтрин подождала, убедилась, что он не вернется, зашла в туалетную комнату, закрыла дверь и стала раскручивать свою простыню.
Едва она легла в ванну, раздался гром, одна за другой засверкали молнии. Она вымылась с мылом, которое нашла рядом, и стала вытираться приготовленным заранее полотенцем. Сорочка в нескольких местах прилипла к еще сырому телу, но чувствовала она себя намного лучше, хотя и не очень уверенно, и пыталась расчесать распущенные волосы. Она вдруг зажмурилась от яркой вспышки молнии, сверкнувшей сквозь купол, потом раздался раскат грома. Испуганная, она поспешила к галерее, находившейся за комнатой. Дождь лил, как из ведра, стучал по стеклу, и молнии освещали серо-голубую завесу над головой. Она даже немного сжалась от напряжения, так как лилось прямо над головой, и настолько сильно, что трещало стекло. Казалось, что крыша вот-вот рухнет на оранжерею. Она посмотрела вниз, на пальмы и деревья в кадушках, которые безмятежно стояли, как призраки, широко раскинув свои ветви навстречу дождю. Она подумала, что им было бы лучше в сырой ночи, а не быть заключенными в этой тюрьме.
Снова сверкнула молния, среди зелени она увидела чью-то фигуру и испугалась. Это был Рован. Он стоял прямо в фонтане под струей воды, лившейся из кувшина, который двумя руками держала нимфа, а также из дудочки, на которой играл сидящий сатир, и изо ртов лебедей и ягнят. Глаза его были закрыты, руки опущены. Вода, стекавшая по его телу, во время вспышек молний блестела, а его совершенной формы тело отливало серебром. Среди нимф он стоял, подобно Меркурию, во всей своей мужской красоте, а пар, клубившийся вокруг него, напоминал волнообразные облака на Олимпе.
Что-то сильно тронуло Кэтрин, она по-иному посмотрела на себя, она стала за короткое время совсем другой, ведь никогда ранее мужское тело не восхищало ее, и она не знала, что им можно восхищаться. Когда ей в книгах попадались гравюры с греческими или римскими статуями, она не задерживалась на них взглядом, считая, что даже с эстетической точки зрения рассуждения о них не должны быть уделом леди. А внимание, которое уделяла Мюзетта мужским фигурам, например, на поединках фехтовальщиков, приводило ее в замешательство. Она совсем не хотела признавать в мужчинах физическое начало.
Но сейчас все было иначе. Сейчас Кэтрин честно признала красоту тела Рована и то, что он самый привлекательный мужчина, она оценила многостороннее развитие его ума, управляющего телом. До сих пор она не задумывалась над его проницательностью, дальновидностью и как-то не сопоставляла вместе эти достоинства. Она сопротивлялась этому, как могла. Признать это — значит потерять покой. А на самом деле он оказался намного значительней и сложней, чем в первые дни знакомства. А сама-то она какова! Была бы она нормальной, ни за что бы не стояла и не смотрела на голого мужчину.
Кэтрин сделала шаг назад, в спальню. Шум дождя, а может, перемещение свечи привлекло внимание Рована. Он открыл глаза, и взгляд его упал именно на то место, где она стояла. Он был совершенно неподвижен, но внутри уже разгорался невидимый пожар. Молнии, освещавшие его лицо и плечи то голубовато-золотым, то серебряным светом, были подобны стрелам, посылаемым с небес. Гром, от которого сотрясалась даже башня, казалось, шевелил воду вокруг его ног. Он не сделал ни одного движения: ни отвернулся, ни прикрылся. Только его взгляд, пронзительный даже через сумерки и наполненное паром пространство, казалось, опалял воздух.
Кэтрин почувствовала, как краска залила ее лицо, а внутри она вдруг запылала от возбуждения. Оно сосредоточилось где-то внизу, и тело сразу стало томным и тяжелым. Ей нестерпимо захотелось сбежать вниз по ступенькам, броситься навстречу ему и скинуть с себя сорочку. Усилием воли она заставила себя не делать этого. Испарина выступила у нее на лице, она глубоко вздохнула, повернулась и убежала.
Уже в комнате она стояла и прислушивалась к своему запаниковавшему сердцу, спрашивала себя, что же она, ради всех святых, скажет ему, когда он поднимется наверх. И вдруг, в тот же миг, оно же и подсказало ей очень простой ответ: ничего она ему не скажет, ничего, если, конечно, сможет.
Конечно, это слишком бесхарактерно, но как перенести встречу с тем, кто так смутил ее, а возможно, он еще и вздумает делать не совсем вежливые замечания насчет того, что случилось?
Она взобралась на постель, легла к самой стене лицом, спиной к свету, и решительно закрыла глаза.
Кэтрин не слышала, когда он лег. Долгий день, лекарство, подмешанное в вино и еще бродившее по венам, а также сильные эмоции сразили ее, как стрелой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики