ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Из детства она смутно помнила, как однажды ее родители помогали соседу клеймить животных, и знала, что надо сбить ревущее животное с ног и, держа голову вниз, выжечь на нем клеймо. Если в этом заключалась работа Мака, то он, конечно, едва ли справится.
Мак вынужден был согласиться.
– Якоб целый год помогал мне во всем, попробуем доверить эту работу ему. Я думаю, наступило время попробовать. Я буду держать животных на веревке.
– Двенадцать часов в седле? В гипсе, да? Ты что!
– Черт побери, Либби, а что еще прикажешь делать?
– Вы умеете ездить верхом? – повернулась Либби к Саре.
– Ну, я...
– Мы закончим все за выходные, если поторопимся, то есть в воскресенье поздно вечером. Вы не могли бы как-нибудь перестроить свои планы и остаться здесь еще на пару деньков?
– Либби, перестань. Не можем же мы вымаливать...
– Я могу. – Его соседка не обращала внимания на Мака и ждала, что ответит ей Сара.
– Право, у меня нет ни с кем никаких договоренностей. – Сара помедлила, засомневавшись. – Но я никогда не сталкивалась с этой работой раньше. Не знаю, буду ли я хорошим помощником.
– Нам просто нужна лишняя пара рук, – уверила ее Либби. – Ты можешь проводить вакцинацию, это просто быстрый поверхностный укол. Или подносить раскаленные щипцы. Не беспокойся, мы найдем, с чем ты сможешь справиться.
Сара заколебалась. Либби казалась такой добросердечной и скромной, и, вне всякого сомнения, Маку нужна была помощь. Но вчерашний вечер показал, насколько опасной может стать ее задержка. Она была убеждена, что это сильное взаимное влечение можно было преодолеть – в их возрасте люди уже не могут находиться во власти гормонов, – но теперь уверенность уже не была такой прочной. Сара все время ощущала присутствие Мака, ее взгляд постоянно останавливался на его губах. При виде этих упругих, слегка припухших губ всю ее охватывал такой трепет, какой, как ей казалось, она уже никогда не сможет испытывать.
Как раз в этот момент Мак поймал ее взгляд. Он упрямо выпятил подбородок, крепко сжал губы, как ребенок, который отказывается принимать лекарство. Он не просил ее остаться – напротив, усиленно делал вид, что не нуждается в ее помощи. И Сара чувствовала, что тает перед лицом этой несокрушимой, глупой и упрямой мужской гордости. Ну что за ковбой! Зейн мог бы гордиться таким героем. Казалось, что именно она и Либби должны заставить его понять, что его гордость только противоречит здравому смыслу. Ведь в качестве помощников у них остаются только двое мальчишек-подростков, да и то настолько измотанных работой, что, добираясь до постели, они ни о чем, кроме сна, и думать не могут. Это был всего лишь поцелуй, и Сара знала, ей нечего бояться, что он перерастет в нечто большее. Нет, здесь ничто не привлекало ее настолько, чтобы она не смогла с легкостью все бросить, когда придет время это сделать.
– Я с удовольствием останусь и помогу вам, – сказала Сара. – Несколько дней так или иначе не расстроят моих планов.
– Отлично! – Либби хлопнула себя по бокам. Мак не улыбался. Его взгляд был прикован к лицу Сары.
– Спасибо, – сказал он. – Очень признателен тебе за это. – Но жар в его глазах говорил, что это больше, чем признательность, и в ответ у нее приятно заныло под ложечкой, как бы подтверждая, что с ее стороны это больше, чем просто дружеская помощь. Она только надеялась, что не совершила большой ошибки.
– Думаю, нам пора возвращаться домой, – сказала Либби, отодвинув от себя чашку кофе и вставая. – Если я выпущу Ребекку из поля зрения хотя бы на минуту, она непременно опять перекрасится, или сделает татуировку, или проколет еще какую-нибудь часть тела. Не вставай, – сказала она Маку, когда он потянулся за костылями, – мы сами дойдем, не провожай нас.
Ожидая родителей, Либби подошла к Маку и взяла со стола ручку, которая лежала на стопке бумаг.
– Не говори, что я первая, – сказала она, наклонившись и уставившись на гипс. – Я думала, ребята его уже весь изрисовали. – Широким росчерком она нацарапала свое имя на шероховатой поверхности, затем протянула ручку Саре. – Увидимся в пятницу, – сказала она ей. – Вот повеселимся! Ничего не может быть лучше, чем провести уик-энд в борьбе со стадом в двести голов.
После того как были сказаны все слова прощания и сетчатая дверь захлопнулась в последний раз, Сара подошла к столу, с трудом приходя в себя от напора Либби. Мак сидел, выставив перед собой ногу, где на грязноватом гипсе красовалась размашистая и смелая подпись Либби.
– Теперь твоя очередь? – спросил он, подняв ногу и положив ее на стул, стоящий рядом.
Сара сама не знала, отчего смутилась, когда склонилась к его ноге и стала нерешительно писать свое имя, выводя ровные и аккуратные буквы со старанием школьника, который пишет на доске перед всем классом. На фоне размашистого почерка Либби ее роспись казалась неразборчивой и какой-то неровной.
– Гм... – Мак осмотрел гипс с обеих сторон. – Все-таки чего-то еще не хватает, как ты думаешь?
Чуть заметно улыбнувшись, она пририсовала к своему имени игрушечный грузовик с огромным фургоном. Затем добавила поврежденный ботинок, попавший под переднее колесо, а его носок сделала длинным, как слоновый хобот.
– Ладно, хватит, – смеясь, запротестовал Мак. – Я все еще оплакиваю свой ботинок.
Она взглянула на него и улыбнулась, глядя ему в глаза, но улыбка ее застыла, когда Сара поняла, насколько они в этот момент близки друг другу, совсем как в прошлый вечер. И она потянулась к нему, мечтая завладеть его губами, как он это сделал вчера, однако в следующее мгновение резко выпрямилась и отскочила от Мака.
На миг ему показалось, что стон, который он услышал, вырвался у него, а не у Сары. Но тут же увидел, как Сара начала массировать ноги и попку.
– Извини, – сказала она, скорчив гримаску. – Я давно не садилась на лошадь. – Она собрала со стола пустые чашки и понесла к посудомоечной машине.
Мак наблюдал, как Сара одной рукой лениво потирала сзади шорты, а другой развешивала чашки на крючки. Его глаза следили за ее пальцами, и он поймал себя на том, что сжимает руки в кулаки, чтобы не повторять движения за ней, воображая, что это он касается, и сжимает, и...
На этот раз застонал он. Боже, целую неделю в доме наедине с ней! Он не представлял, как проведет следующую ночь, зная, что Сара спит совсем рядом, через коридор. Единственное, что помогло ему пережить прошлую ночь, так это то, что она должна была уехать на следующий день и ему больше не пришлось бы испытывать мучений. Тот поцелуй послужил мощным предупреждением для них обоих, показал, что Саре надо все бросить и бежать в горы, пуститься наутек, оставив позади весь штат Вайоминг. Маку надо было быть понапористее и остановить Либби, но каждое движение Сары отвлекало его. Он наблюдал за игрой мышц на ее обнаженной руке, когда она протирала плиту, ныряя пальцами в желобки вокруг конфорок и обводя их по кругу мокрой тряпкой. «Стоп! – приказал он себе. – Ничего эротического в мытье плиты нет. Если бы не гипс, – подумал он с досадой, – то я наверняка носился бы сейчас за ней по кухне, как какой-нибудь богатый фермер за служанкой».
– Может, хватит, а? – проворчал Мак. – Чертова плита уже так сверкает, что глазам больно. Ты делаешь больше, чем от тебя требовалось. Сара не повернула головы.
– Не могу себя изменить. – Она сказала это беспечным тоном, в котором, однако, слышалась рассудительность, продолжая полоскать тряпку и вытирать уже чистую стойку.
– Не можешь себя изменить? – Он нахмурился. – Ты говоришь так, словно одержима этой уборкой.
Она пожала плечами.
– Одержимость, бремя ненужных обязательств, стремление к совершенствованию – существует множество разных названий.
В замешательстве он уставился на нее.
– Ты это серьезно?
– Боюсь, что да. – Она улыбнулась, как бы извиняясь за сказанное. – Все должно быть сделано правильно – или почти так, – тогда я смогу расслабиться.
Он сильнее нахмурился, продолжая настаивать:
– Ты имеешь в виду, что все должно быть чистым?
– Это не просто чистота, это нечто большее. – Нетерпеливым жестом Сара поправила ленту на лбу и бросила тряпку в раковину. – Так должно быть... – Она заколебалась, и Мак понял, что она даже не заметила, как автоматически снова взяла тряпку, сложила ее, а затем аккуратно развесила на кране. – Все должно быть правильно. Мама клялась, что я родилась такой. Когда я только начинала ходить, требовалось по пятнадцать минут надевать на меня ботинки по утрам. Она еще рассказывала, что, если не натягивала носок до конца – так, чтобы шов упирался в пальцы, – я начинала пронзительно орать. Ей приходилось стягивать носок и надевать снова, пока не получалось как надо... – Сара горько рассмеялась. – Я сводила ее с ума.
Мак поскреб рукой подбородок, с трудом представляя себе эту сцену.
– Но ведь должна же быть для этого хоть какая-то причина? Ведь не было же...
Сара покачала головой, не дав ему закончить вопрос:
– Не было ни трудного детства, ни внутриутробных повреждений, ни плохих отношений с родителями, ни деспотичных родственников. – Ее голос приобрел напевное звучание, когда она перечисляла все эти психологические термины. – Грег часами расспрашивал меня об этом, пытаясь найти хоть какое-то темное пятно в моем прошлом. Но меня сильно раздражает, когда приходится играть роль жертвы или вешать на кого-то свою вину. Сколько себя помню, я всегда видела все либо черным, либо белым, правильным или неправильным, хорошим или плохим. Я сама веду себя именно так, и меня это ничуть не беспокоит. Это совершенно не мешает моему образу жизни.
– Не мешает, когда живешь как коммивояжер.
– Я не живу как коммиявояжер.
Мак уставился на нее как громом пораженный, внезапно осознав всю важность своего бесцеремонного замечания. Теперь он все понял. С момента их встречи его точило чувство какой-то недосказанности между ними, а теперь он нашел объяснение ее странным и, казалось, не имеющим под собой почвы путешествиям.
– Вот оно что, понял! – Он торжествующе хлопнул рукой по столу. – Вот почему ты все продала и снялась с насиженного места!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики