ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Либби и Карл пошли на конюшню, чтобы помочь Маку нагрузить машины всем необходимым. Ее дочь Ребекка, девочка с ангельским личиком, с необычной голубой прядкой в белокурых волосах и множеством сережек в одном ухе, ходила по пятам за Якобом, не скрывая своего обожания. Эдит хозяйничала на кухне: она достала из кладовки огромные кастрюли, а затем принялась тушить огромные куски мяса. К тому времени, когда прибыли Риды – худощавый мужчина с густыми черными усами и его неразговорчивый сын с едва показавшимся пухом над верхней губой, – все уже готовы были отправиться в путь.
Остаток дня пролетел в горячей суматохе, сопровождавшейся тяжелыми сельскими запахами. Либби и Мак, которые приладили к стремени хитроумное устройство для загипсованной ноги, по очереди подтягивали на веревках упирающихся животных и тащили их к Якобу и Риду-младшему, а те, в свою очередь, валили их на бок. Майкл то и дело оттягивал кожу на ребрах теленка, чтобы ввести вакцину от «черной ножки». Саре поручили подносить Карлу Свенсону горячие щипцы от бочки, где они разогревались на газовой горелке, и она носилась с ними взад-вперед. Отец Либби, чья лысая голова была защищена от солнца сомнительного вида соломенной шляпой, брал у нее раскаленные щипцы и выжигал клеймо, причем возникал такой сильный запах паленой шкуры, что все чуть не задыхались. Нож то и дело поблескивал в его узловатой руке, когда он умело кастрировал теленка, а затем двумя быстрыми ударами книзу удалял роговые наросты. Когда Якоб убирал колено с шеи оглушенного животного, оно, с трудом сознавая, что свободно, стояло и встряхивало головой, обрызгивая всех капельками крови, сочившейся там, где порез был сделан глубже обычного.
Под ногами людей и скота грязь перемешалась с навозом и мочой. К полудню, когда подъехала Эдит на грузовике, нагруженном бифштексами, хлебом с маслом, яблочным пирогом и холодным чаем со льдом, глаза у Сары были красными и слезились, а живот прилип к спине.
Суббота и воскресенье пролетели в таком же изнуряющем ритме. Только поздним воскресным вечером они наконец распрягли последнюю лошадь, положили продукты на хранение, повесили щипцы на крючки в конюшне и последний большой котелок запихнули на полку в кладовке. Все собрались на кухне, взрослые попадали на стулья с ледяным пивом в руках, вытянув перед собой ноги. Гипс Мака приобрел серый налет, который почти скрыл все надписи. Подростки сидели на полу, скрестив ноги, пыль покрывала их с головы до пят таким густым слоем, что голубой прядки в волосах Ребекки практически не стало видно.
– Я рада, что в следующие выходные мы будем отдыхать, – сказала Либби, прикладывая ко лбу прохладную банку с водой. – Я с нетерпением жду танцев.
– Я тоже, – сказала Ребекка, покосившись на Якоба.
– Представляю, как эта толстушка Сьюзи будет наверстывать, – добавил отец Либби со смешком, – я слышал, как она рассказывала, что заказывает спирт по каталогу медобслуживания, который получает больница.
– Ах, какой аромат! Не запах ли это «а-ля паленая шкура», который витает над этим праздничным сборищем? – Голова с твидовой водительской кепкой, лихо заломленной набекрень, появилась за сетчатой дверью.
– Сайрес! Это Сайрес! – Майкл вскочил на ноги и бросился к двери, чтобы распахнуть ее. – Что ты здесь делаешь? Сейчас же не август?
– Я услышал зов предков, мой мальчик, и не смог ему противиться. Здравствуйте, здравствуйте все. – Сайрес. Беннингтон перешагнул через порог. Его худое удлиненное лицо расплылось в улыбке. На нем были ботинки на резиновой подошве со шнуровкой, коричневые вельветовые штаны и твидовый пиджак с кожаными заплатками на локтях. Трубка с сильно изжеванным кончиком торчала из нагрудного кармана пиджака. Профессор сорвал кепку с головы, покрытой седыми и уже начинающими редеть волосами, и приветствовал усталых людей со свойственной ему эмоциональностью.
Когда он заметил Сару, взгромоздившуюся на стойку, его зеленоватые глаза засверкали еще сильнее.
– Сара, крошка моя! Извини, что не обнял тебя в твоем родном штате, но я так рад видеть, что ты до сих пор здесь. – Он осторожно прижался к ней щекой. – Я чрезвычайно рад! Не говори, что Маку и его семье удалось побороть твою любовь к путешествиям.
– Только на одно мгновение. – Она улыбнулась этому колоритному человеку, который был так не похож на ее мужа и который был ей таким близким другом. – Честно говоря, ты очень удачно выбрал время. Комната для гостей ждет тебя. Завтра утром я непременно уеду.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
– Только не это, Сара, – заныл Майкл. – Я не хочу больше есть уху из тунца. Просто уже не могу.
– Пожалуйста, Сара, – присоединился Якоб. – Папа еще инвалид. Ты не можешь нас бросить сейчас.
– Я не инвалид.
– Ну почти. Сара, ты нам нужна.
Маку и самому очень хотелось вместе с сыновьями просить ее остаться. Они действительно нуждались в ней. Он нуждался. Он пристально смотрел на Сару, которая сидела, болтая длинными ногами. Ее волосы смешно выбивались из косички, а лента под шляпой за день буквально приклеилась ко лбу от пота. Ее щеки и нос загорели, а пыль подчеркивала мелкие морщинки возле глаз и губ. Ее джинсы были испачканы грязью, засохшей кровью и соком травы, а один из рукавов рубашки разорвался. Сара была такой уставшей, такой милой и занимала уже такое большое место в его жизни, что у Мака пересохло во рту от желания обладать ею. Он вспомнил, как она работала последние три дня от рассвета до темноты вместе с соседями и членами его семьи, стараясь изо всех сил и ни на что не жалуясь. А сколько она работала всю предыдущую неделю, чтобы навести в доме такой порядок, какого он давно уже не помнил, как она с улыбкой встречала его на пороге, а на столе уже дымился горячий ужин... Он вспомнил тот день, когда она галопом влетела во двор, как они с лошадью тяжело дышали, но от обеих веяло такой радостью, что он не смог удержаться от улыбки при взгляде на нее. Господи, как же она была нужна ему!
И как так получилось? Он старался твердо стоять на страже, но ей удалось проскользнуть. Как в тот вечер, когда он был не в силах противиться желанию поцеловать ее, стоящую на коленях рядом с его стулом, ее волосы пахли розами, ее губы были так близки, так свежи и нежны, как лепестки цветов. А тот день у конюшни? Боже милостивый, воспоминание об этом все еще преследовало его, бодрствовал он или спал. Как бы то ни было, Мак понял, что желает женщину, которая не хочет остаться с ним, как не хотела и Ронда. Что это? Его личное невезение? Или своего рода проклятье? С самого начала Сара ясно дала понять, что она путешествует и что, хотя она и сделала вынужденную остановку, собирается продолжить путешествие. Он повторял себе снова и снова, что такая женщина, которая спасается бегством от себя и своего прошлого, меньше всего нужна ему и его сыновьям. Почему же он не слушал самого себя? Мак встретился с ней взглядом, но не был уверен, заметила ли она его смятение, желание, которое он стремился подавить, до боли стиснув зубы, страстное желание, чтобы она осталась еще хотя бы на несколько дней. Он с трудом отвел от нее взгляд.
– Тебе бы хорошо остаться здесь до пятницы, до танцев, – сказала Либби, которая сидела, развалившись на стуле. – Слетятся все туристы из Йеллоустона. Это – величайшее событие, которое происходит здесь каждое лето.
– Это правда, Сара, – заверил ее Сайрес. – Летний фестиваль в Датч-Крике – грандиозное зрелище. Именно поэтому я и приехал сюда.
– Вы пойдете на танцы, дядя Сайрес? – с удивлением спросил Якоб профессора.
– Конечно. – Сайрес сделал па с воображаемой партнершей, причем резиновые подошвы его ботинок пискнули на плитках пола. – Я, кажется, порвал ваш старенький ковер, если можно так выразиться.
Сара продолжала качать головой.
– Мне пора ехать. Кроме того, я заняла твою комнату, – сказала она Сайресу. – Мак говорил, что, когда приезжаешь, ты все время гостишь у него.
Мак подумал, что Сайрес как-то подозрительно волновался, когда вынул трубку из кармана, поднес ее ко рту и зажал между зубами.
– Ну, вообще-то... – сказал он, втягивая в себя воздух через холодную трубку, – вообще-то на этот раз я не буду злоупотреблять гостеприимством Мака.
– Где же ты тогда остановишься? – спросил Якоб, а остальные с удивлением воззрились на него.
Сайрес вынул трубку изо рта, повертел ее в руках, щеки его раскраснелись, и на их фоне длинные баки казались еще более пышными и седыми.
– Я получил приглашение сопровождать мисс Монроу на танцы, и, насколько я знаю, у нее имеется комната для гостей, которую она любезно предоставит мне на неделю.
– Ты остановишься у Сьюзи? – Мак попробовал представить маленькую толстушку Сьюзи и высокого худощавого Сайреса; вот она кружится в объятиях профессора по спортивному залу средней школы, и ее мягкие белые туфельки неслышно скользят между туфлями Сайреса Беннингтона. Это удавалось Маку с трудом. – И как же это произошло?
– Я познакомился с Сюзанной в августе прошлого года, когда после экзотического блюда с цыпленком, приготовленного Майклом, мне пришлось немедленно ехать в больницу за срочной медицинской помощью.
– Да, точно, – кивнул Мак, – я помню. Она тогда промыла тебе желудок.
– Полностью. – Сайрес успокоился и присоединился к уставшим и покрытым грязью людям, сидящим за кухонным столом. Опускаясь на стул с прямой спинкой, он поправил на коленях свои вельветовые штаны и продолжал: – Этот неудачный кулинарный опыт привел к тому, что мы стали переписываться, и, кажется, сердечная любовь на расстоянии расцвела пышным цветом. Поэтому, Сара, дорогая, тебе не нужно из-за меня уезжать. Оставайся и потанцуй в свое удовольствие.
– И знаешь что, Сара, – быстро вступила Либби с ее обычным энтузиазмом. – Нам потребуется помощь в убранстве помещения, правда, ма? – Она не стала ждать, что ответит ее мать. – Я состою членом комитета по украшению школы, и нам нужно сшить все эти скатерти. В красную клетку. Через какое-то время может, конечно, зарябить в глазах. При таких условиях, как сейчас, мы едва успеем сшить их вовремя. Если бы у тебя было еще два свободных дня.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики