ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Да, я уже давно приказал ей подняться в спальню.
Фитцледж так и подскочил на стуле, возмущенно округлив глаза.
— При… приказали?
— Да.
— Как служанке?
Ощутив явное неодобрение священника, Анатоль надменно выпрямился.
— Я привык приказывать и не собираюсь менять своих привычек ради жены.
— Но, милорд, когда человек женится, кое-что в его жизни должно меняться!
— Например?
— Например, порядки в доме. Я был очень огорчен, узнав, что кузина и горничная Медлин покинули ее.
— Моей вины тут нет. Можно подумать, я с ружьем в руках выгнал из дома этих глупых гусынь!
— Конечно! Зачем тебе ружье? — пробормотал Фитцледж себе под нос, потом продолжал вслух: — Но вы должны понимать, что теперь, когда у вас появилась жена, вам потребуются новые слуги.
— У меня достаточно слуг.
— Я имею в виду женскую прислугу.
— Нет! Меня вынудили жениться, но я не позволю, чтобы мой дом наводнили своры болтливых сплетниц.
— Но Медлин не может жить в доме, где нет ни единой женщины!
— Отчего бы и нет? Я ведь живу так уже много лет и не испытываю никаких неудобств. — Анатоль безнадежно махнул рукой, понимая, насколько неубедительны его возражения. — Ладно, так и быть! Наймите деревенскую девушку, если вам, конечно, удастся найти такую, которая согласится служить в замке Ледж. Пусть она заменит Медлин сбежавшую горничную. И довольно!
Он встал, бросил нетерпеливый взгляд на дверь.
— Что-нибудь еще?
— Боюсь, что да, милорд. Вам следует научиться понимать женщин. Они совсем не похожи на мужчин.
— Не поздновато ли учить меня этому, Фитцледж? — усмехнулся Анатоль. — Надо было заговорить об этом, когда мне исполнилось тринадцать.
— Тринадцать?! — Священник был явно потрясен. — Вы хотите сказать, что еще в тринадцать лет впервые… — Он замялся. — Впрочем, неважно. Не хочу этого знать. — Фитцледж вскинул руку, словно защищаясь от ненужного ответа. — Я только хочу довести до вашего сведения, милорд, что, когда мужчина находится во власти любовного чувства, он живет лишь настоящим — а вот поведение дамы в супружеской спальне во многом зависит от того, как с ней обращались днем.
— И как, по-вашему, я с ней обращался? Бил ее смертным боем?
— Нет, это было бы затруднительно, потому что, насколько мне известно, днем вы даже не виделись с Медлин. — Фитцледж прищурился. — Вы ездили верхом, сэр.
— Вы приставили ко мне шпиона, старина?
— Нет, мой дьячок случайно видел, как вы скакали по берегу, и упомянул об этом.
— И что с того? Я часто так делаю.
— Но не в день же свадьбы! Как можно было выказать такое пренебрежение к новобрачной?
— Я мог бы взять ее с собой на прогулку, — язвительно заметил Анатоль, — если бы вы нашли мне невесту, которая не боялась бы лошадей до полусмерти. А вы мне привезли девицу, для которой «приятно провести послеобеденное время» означает распивать чай и болтать о мертвых поэтах! Я понятия не имею, что делать с подобными женщинами! Кроме одного… Что вам еще от меня нужно, Фитцледж? Вы же знаете — я хотел не такую невесту, но я ведь на ней женился! И даже вручил ей меч.
Это известие чрезвычайно обрадовало старика.
— И как Медлин это приняла?
— Очень удивилась, как сделала бы на ее месте любая здравомыслящая женщина. — Помолчав, Анатоль прибавил с невольным уважением: — Это первая из невест Сентледжей, у которой хватило ума в придачу к мечу попросить ножны.
Фитцледж просиял.
— Ну вот, видите! Я вам говорил, что у Медлин много здравого смысла. Теперь вы должны понимать, что все ваши страхи беспочвенны и вы можете смело открыть ей семейные тайны.
Анатоль отвел глаза в сторону, избегая взгляда Фитцледжа.
— Милорд, — встревоженно спросил священник, — вы все ей рассказали?
— Пытался, но ничего хорошего не вышло. У этой женщины на все готов ответ. Она просто не поверила ни единому моему слову.
— У вашей милости есть средство убедить ее.
— Не вижу причины торопить события.
— Не видите причины? Милорд, если вы по-прежнему будете хранить свои секреты, как Медлин научится вас любить?
— Я и не хочу, чтобы она меня любила. Пускай лучше не боится. — Анатоль круто обернулся к священнику. — Разве вы не видите, что скептицизм Медлин может спасти ее от сентледжского безумия? Неверие станет для нее щитом.
— Щитом для нее или маской для вас? Вопрос был задан самым невинным тоном, но проницательный взгляд священника говорил, что истинные, глубинные побуждения Анатоля и для него не тайна.
— Довольно, Фитцледж! Вы свое дело сделали. Нашли мне невесту. Как я буду с ней обращаться — это уже мое дело.
Анатоль распахнул дверь, давая понять, что больше не хочет ничего слышать. Он взял подсвечник, довел священника до конюшни, велел оседлать для него лошадь, а конюху — проводить старика до дома. Не потому, что боялся за священника, — а чтобы понадежнее спровадить его вместе со всеми проповедями.
Уже когда он подсадил Фитцледжа в седло, тот просительно произнес:
— Так вы будете нежны с Медлин?
— Насколько позволит моя натура. — Анатоль изо всех сил хлопнул кобылу по крупу, и та унесла священника в ночь. Конюх пустился следом. Когда фигура Фитцледжа растворилась во тьме, Анатоль спросил себя, что все-таки привело преподобного в замок Ледж в такую пору — тревога из-за Мортмейна или беспокойство о Медлин?
Поднимаясь по лестнице, Анатоль услышал за спиной тихое клацанье когтей по мраморному полу.
Он обернулся и увидел, что за ним по пятам идет Цезарь.
Для старой собаки было так же необычно покидать свое место у камина, как для старого Фитцледжа — на ночь глядя ездить в замок Ледж. Анатоль наклонился, почесал Цезаря за ухом и ласково спросил:
— Чего тебе, старина?
В единственном глазу Цезаря светились преданность и собачья мудрость.
Кузен Анатоля Роман Сентледж не раз уже советовал пристрелить старую гончую, но, когда мягкий язык Цезаря с любовью коснулся руки Анатоля, тот улыбнулся и подумал, что скорее сунет в мешок и утопит в море элегантного Романа.
Он снова потрепал собаку по покрытой боевыми шрамами голове и пробормотал:
— Наверное, ты тоже хочешь дать мне совет, как обращаться с невестой.
— О, нет, милорд, я бы никогда не осмелился, — раздался испуганный голос Уилла Спаркинса с задней лестницы, ведущей в людскую.
Смутившись, Анатоль быстро выпрямился.
— Я разговаривал с собакой, Уилл, — сказал он.
Юноша кивнул с серьезным видом.
— Я слыхал, мистер Калеб Сентледж часто говорит с животными.
— Да, но вдобавок утверждает, что они ему отвечают.
Уилл усмехнулся, потом спросил:
— Сэр, можно мне теперь закончить уборку в столовой?
— Да, я иду наверх.
— Я так понимаю, вы собираетесь ложиться. Ложиться спать, — поспешно добавил Уилл. Кто-нибудь из старших слуг или конюшенных позволил бы себе ухмыльнуться, Уилл же только густо покраснел.
Анатоль с раздражением подумал, что сегодня весь замок и вся деревня только и судачат о том, как хозяин ляжет в постель с молодой женой. Он велел Уиллу увести Цезаря. Тот взял собаку за ошейник, и вдруг Анатоля пронзило щемящее чувство. Оно не имело никакого отношения ни к Медлин, ни к его вожделению — нет, оно было гораздо более знакомым и таило в себе угрозу. Зловещая резь в глазах. Предостережение. И на сей раз целью его был… Уилл.
Нет! Черт побери, только не сейчас! Анатоль с силой надавил пальцами на глаза. Почему проклятие настигло его снова именно в эту ночь?
Он поднялся на одну ступеньку, полный решимости не обращать внимания на предчувствие, но оно лишь усилилось, и теперь в голове у него вспыхнуло обжигающее пламя.
— Уилл!
Юноша тащил Цезаря к столовой, но сразу остановился и оглянулся.
— Сэр?
Анатоль смотрел на его молодое лицо, а внутренний голос умолял отпустить Уилла, ничего ему не говоря. Пусть будет, что будет. Боль в голове скоро утихнет, если не обращать на нее внимания.
Впрочем, это было все равно, что пытаться не дышать. Анатоль спустился по лестнице.
— Иди сюда, Уилл. — Его голос стал глухим от предчувствия неотвратимой беды.
Слуга подошел к Анатолю доверчиво, словно Цезарь. Анатоль отвел светлые пряди, падавшие на глаза юноши. Жгучая боль переместилась из головы в сердце.
Чтобы проникнуть в собственное будущее, ему были необходимы кристалл и сознательные усилия… но чужое будущее открывалось само собой, словно он был простым проводником чьей-то злой воли.
Положив руки на лоб Уилла, Анатоль сосредоточил взгляд на зрачках юноши. Как говорили, Просперо таким образом гипнотизировал людей, лишал их воли и разума. Дар Анатоля был проще — видеть будущее человека. Он чувствовал, как погружается все глубже в глаза Уилла, и одновременно с этим видения — четкие и ясные — сменяли друг друга. Уилл на поленнице дров. Сверкающее лезвие топора. Соскальзывают пальцы. Крик нестерпимой боли. Алая кровь струится по ноге.
Видение потускнело, боль прошла, Анатоль чувствовал полное опустошение. Когда он снял руку со лба юноши, та дрожала.
— Держись подальше от дров, — приказал Анатоль.
Уилл побледнел, но не попросил объяснений. Никто из слуг Анатоля не отважился бы на это. Хрустнув пальцами, юноша пролепетал:
— Но, сэр, мистер Тригхорн спустит с меня шкуру, если я не стану выполнять свою работу — колоть дрова и…
— Послушай, парень, я сам спущу с тебя шкуру, если ты меня не послушаешь. — Анатоль схватил Уилла за рубаху, притянул к. себе так, что перепуганное лицо слуги оказалось совсем рядом. — Если ты возьмешь в руки топор, я тебя выпорю. Я запру тебя в башне до конца твоих дней. Я…
Анатоль глубоко вздохнул. Гневные угрозы были всего лишь отражением его отчаяния. Что бы он ни сделал, какие бы приказы ни отдавал, он не может ничего предотвратить. Сейчас у него не больше шансов спасти ногу Уилла, чем некогда спасти жизнь Мэри Киннок.
Ярость покинула его столь же внезапно, как пришла, остались лишь пустота и беспомощность. Он отпустил Уилла, положил руку ему на плечо.
— Делай, как я сказал, ладно? — хрипло проговорил он.
Уилл попятился и кивнул. Его глаза, полные страха, не отрывались от лица Анатоля, пока слуга не скрылся за дверью столовой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики