ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Медлин оставалась все так же холодна, а Анатоль не хотел принуждать ее, особенно после нынешнего вечера.
Он пришел в спальню только для того, чтобы попросить прощения, но, когда увидел Медлин, все рыцарские намерения пошли прахом. Женственные изгибы ее тела так соблазнительно проступали под тонкой белоснежной тканью, волосы цвета червонного золота ниспадали на обнаженные плечи.
Медлин несла красоту, спокойствие и разум в его мир, где бушевали грозы и царствовало сентледжское безумие.
Желание неудержимо нарастало, а в голове звучали слова Мариуса: «Иди к своей жене, пока не поздно»… Анатоль сжал в ладонях лицо Медлин, покрывая его быстрыми горячими поцелуями, сам не зная, чего больше в его ласках — страсти или отчаяния.
Будь все проклято! Он Сентледж, а Медлин — его выбранная невеста. Она должна трепетать от желания при одном его виде. И он добьется этого, черт возьми! Анатоль подхватил жену на руки, и она от неожиданности тихонько ахнула.
Едва не споткнувшись в темноте, Анатоль отнес ее на постель, положил на покрывало, стал поспешно снимать с себя рубашку. В этот миг вспышка молнии озарила комнату, и он увидел широко раскрытые глаза Медлин.
Он застыл на месте, поняв, что чуть было не повторил ошибку первой брачной ночи, когда напугал ее видом своей наготы, овладел ею слишком быстро и яростно.
За ужином он вел себя, словно дикий зверь, зато теперь должен оправдаться в ее глазах и быть настоящим джентльменом. Вся его плоть пылала, изнывая от неутоленной страсти, но он стиснул зубы, и хотя бы отчасти овладел собой. Не раздеваясь, он осторожно вытянулся на постели рядом с Медлин.
В темноте он потянулся к ней, дрожащие от страсти руки неловко скользили по ее лицу, изящному подбородку, нежной шее.
Медлин лежала неподвижно и безучастно. Перемена в Анатоле озадачила ее, и ответное желание, вспыхнувшее было во время поцелуя, угасло. Она положила руки ему на плечи, но ощутила не теплую гладкую кожу, а грубую ткань рубашки.
Руки Анатоля касались ее тела через пеньюар, замирая именно тогда, когда ей хотелось продлить ласку, не доходя до самых чувствительных мест. В Медлин нарастало раздражение.
Почему Анатоль не хочет раздеть ее, как сделал это в прошлый раз, почему не разденется сам? Даже башмаков не снял. Неужели нельзя зажечь хоть одну свечу, чтобы можно было видеть, что он делает?
Эти вопросы уже вертелись у нее на кончике языка, но она вспомнила железное правило Анатоля — что любить друг друга надо в молчании.
Когда он бережно поцеловал ее в губы, Медлин едва удержалась от разочарованного вздоха. Она, должно быть, самая капризная и неразумная женщина на свете! Ведь это именно то, чего она так хотела, -нежный и скромный любовник.
Но почему тогда ее ум непрестанно возвращается к тому странному видению? Анатоль везет ее на коне по вересковой пустоши, укладывает на землю, обнимает с такой неистовой силой, что все мысли улетают прочь и наступает блаженное забвение чистой страсти.
Слабый привкус ее фантазий ощущался в нежности этого поцелуя, но лишь отчасти. Обещание, но не свершение. Сдержанные ласки Анатоля совсем не походили на воображаемое безумство плоти.
У нее не было никакого опыта в любви, но сердцем Медлин чуяла — в том, что сейчас происходит между ней и Анатолем, многого не хватает. Медлин подчинилась, когда он приподнял подол ее ночной рубашки и приспустил свои панталоны, чтобы их тела могли соединиться во тьме. Когда он вошел в нее, она не ощутила боли, только щемящую тоску. Как может мужчина овладеть женщиной и при этом оставаться столь далеким и чужим?
Она жаждала услышать звук его голоса, хоть одно ласковое слово, но слышала лишь учащенное дыхание. Движения его тела казались беспорядочны, и в них не было даже прежнего намека на упоительную страсть.
Медлин долго сдерживала слезы, но к тому времени, как все кончилось, они уже ручьями струились по ее щекам. Анатоль рухнул рядом с ней, его мускулистое тело еще сотрясали последние судороги удовлетворения.
Медлин смахнула слезы, возмущаясь собственной глупости. Анатоль не причинил ей боли. Он обращался с ней бережно, словно она сделана из фарфора. Откуда же тогда эта пустота в сердце, почему не иссякает поток слез?
Теперь она радовалась спасительной темноте, особенно когда Анатоль, едва успев перевести дух, приподнялся на подушке и склонился над ней.
— На этот раз было лучше? — еще задыхаясь, спросил он.
— Да, — В первый раз в жизни Медлин решила солгать.
Он явно ожидал чего-то еще, только она не знала, что сказать.
— Это было очень… приятно.
— Приятно?
Медлин скорее почувствовала, нежели увидела, как он нахмурился. Потом протянул руку, коснулся ее щеки, и пальцы замерли, ощутив влагу.
— Если это было так приятно, почему вы плачете?
— Не знаю, — несчастным голосом ответила она.
— Вам было больно?
— Нет.
— Ради бога, Медлин, в чем дело?
— Не знаю, — повторила она. — Просто я чувствую, что что-то не так.
— Что-то не так? Что же?
По его голосу Медлин поняла, что ступила на опасную почву, но она и так уже зашла слишком далеко, и отступать было поздно.
— Мне кажется, в этом должно быть нечто большее, чем слияние двух тел — в темноте, в молчании…
Она замолчала, чувствуя, что с каждым словом увязает все глубже. Наступила тишина. Даже буря за окном притихла, словно испугавшись.
Потом Анатоль, грубо выругавшись, выпрыгнул из постели и принялся торопливо натягивать панталоны.
— Анатоль, простите меня… — пролепетала Медлин, но он этого даже не услышал. Он вылетел из комнаты, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Медлин хрипло застонала. Что теперь делать? Бежать следом? Пытаться что-то объяснить? Колотить кулаками по подушке? Или просто опять разразиться слезами?
Что с ней происходит? Она столько ночей ждала Анатоля, и снова его прогнала. И это после того, как он был так нежен и сдержан, исполнил свой супружеский долг со всей благопристойностью, какую только может потребовать разумная женщина. Чего еще она хочет от этого человека?
«Три дня, — прозвучал голос в ее голове. — Холмы и вереск. Страсть, которую Сентледжи вселяют в своих женщин».
Медлин в страхе прижала подушку к груди. Это не ее мысли, она не может так думать, не хочет верить в легенду Сентледжей!
Она бросилась ничком на постель, накрыла голову подушкой. Это помогло, но лишь отчасти. Медлин по-прежнему не хотела верить в сентледжскую магию, но вдруг поняла что-то очень важное.
Анатоль по природе своей не мог обладать женщиной, как рассудительный и благовоспитанный джентльмен. Огонь, горевший в его глазах, говорил, что он способен на большее, что в его сердце кроются нежность и страсть. Нужна лишь женщина, способная пробудить его душу.
«Не такая, как я», — подумала Медлин и снова расплакалась.
Двери распахивались перед Анатолем от одного его взгляда, словно замок Ледж знал, что нынешней ночью лучше не попадаться хозяину на пути.
В Анатоле не осталось и следа того джентльмена, которым он так старался стать. Волосы превратились в спутанную гриву, падавшую на лоб, лицо исказила ярость, взгляд дико блуждал. Он мчался по коридору, ведущему в старое крыло замка, громко топоча по каменным плитам. Перед ним возникла последняя преграда. Анатоль надавил пальцами на лоб, дверь задрожала и наконец с треском поддалась. От усилия в висках загудело, но эта боль не могла сравниться с болью и унижением, которые терзали его душу.
За стенами замка ревела разыгравшаяся с новой силой буря, но Анатоль слышал лишь тихий голос Медлин, непрестанно звучавший в его голове.
«Нечто большее, чем слияние двух тел».
Нечто большее? Он обращался с этой женщиной так бережно и заботливо! Сдерживал себя так, что едва не сошел с ума! Черт побери, что еще ей нужно?
Стиснув зубы, Анатоль вошел в старый зал и захлопнул за собой дверь. Он зажег свечи в железном подсвечнике, и тогда из темноты проступили холодные каменные стены и обветшавшие шпалеры.
Портреты предков бесстрастно взирали на его искаженное гневом лицо. Просперо-колдун, Дейдра-целительница, Дерек — победитель дракона, Саймон, меняющий облик, — и так далее до его деда Грейсона Всевидящего.
«Когда— нибудь в этом ряду появится еще один портрет», -мрачно подумал Анатоль.
Анатоль Сентледж. А-а, это тот, кто не знал, что делать со своей женой в постели.
Он метался по залу, переворачивал старинные резные стулья, дал пинка массивному банкетному столу, бил кулаком по стенам, пока не открылась рана. К головной боли прибавилась боль в руке.
Только тогда бушевавшая в его душе ярость сменилась холодным отчаянием. Он поставил на ноги один из опрокинутых стульев, сел и закрыл лицо руками.
Одно хорошо — от такой худосочной любви Сентледжи не рождаются, и это к лучшему. Анатоль не хотел детей, таких же проклятых от рождения, как он сам.
Он сделал все, что только мог придумать, чтобы завоевать любовь Медлин. Был терпелив, сдержан и чертовски благовоспитан. Согласился на этот дурацкий званый ужин, терпел общество Романа.
Он ласкал жену со всей доступной ему нежностью — и добился только того, что она заплакала. Что еще он мог сделать?
Откинувшись на спинку стула, Анатоль запустил пальцы в волосы. Может быть, Роман и Медлин правы? Может быть, легенды о выбранных невестах и вправду не более чем досужий вымысел?
Или же раз в жизни Фитцледж сделал ошибку. Впрочем, это уже не имело значения. Анатоль знал, что его жизнь загублена, как была загублена жизнь его отца. Сегодняшняя неудача доказала это с полной ясностью. Чтобы спасти Медлин и себя, он должен любой ценой добиться ее любви. Любой ценой.
Взгляд Анатоля устремился в дальний конец зала, к неприметной двери, наполовину скрытой шпалерой. Эта дверь вела в самую запретную часть замка Ледж — башню Просперо.
Эта дверь манила Анатоля, но разум велел оставаться на месте. Всю жизнь он отвергал свое наследие — магию, колдовство, необъяснимые силы. Неужели же теперь обратится к ним по собственной воле?
Однако в глубине души он знал, что отнюдь не слепая ярость привела его сегодня в старое крыло.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики