ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Подчас и у сумасшедших бывают причины, но… Следователь замолчал и изумленно посмотрел на авиатора.
Жак Данблез побледнел еще больше, руки его дрожали, на лбу выступили капельки пота. Я даже сделал шаг вперед, боясь, что он упадет в обморок.
Что за драма разыгрывается здесь? Почему эта случайно оброненная фраза так взволновала его?
– Господин Данблез, вам плохо? – спросил Жиру. – Может быть, прервем допрос?
_ Нет. Я предпочитаю поскорее покончить с этой пыткой.
Жиру достал из портфеля пачку писем.
– В таком случае я позволю себе задать несколько вопросов по поводу вашей переписки.
Жак Данблез взглянул на связку писем и повернулся к мадемуазель де Шан:
– Мадлен, умоляю вас, уйдите. Пусть будет то, чему быть суждено.
– Нет, Жак, я пришла, чтобы узнать правду. Жиру протянул авиатору пачку писем.
– Вы узнаете эти письма и фотографии?
– Это моя переписка с актрисой Жаклин Дюбуа.
– Каким образом письма попали в стол сенатора Пуаврье?
– Как?! – удивленно воскликнул Жак Данблез. – Они были найдены в письменном столе сенатора?
– Да, я нашел их там на следующий день после убийства.
– Представления не имею.
– Я тоже, – насмешливо заметил Жиру, – но, надеюсь, с вашей помощью доберусь до ответа на этот вопрос. Начнем по порядку. Почему ваши письма оказались в одной связке с письмами мадемуазель Дюбуа?
– Я вернул ей ее письма. Она сохранила мои, и, очевидно, положила их вместе.
– Значит, вы вернули Жаклин Дюбуа ее письма? Когда?
– Месяца три назад. Дня точно не помню.
– Три месяца назад? – переспросил Жиру. – А виллу сенатора вы перестали посещать месяц назад?
– Да.
– По доброй воле?
– Нет, по просьбе господина Пуаврье.
– Причины были вам объяснены?
– Нет.
– Вам отказали от дома, не объясняя причин?
– Да.
– Не верю.
– И я не верю! – вмешалась Мадлен. – Я не верю, Жак. Мой дед ничего не делал без достаточных к тому оснований. Он сказал бы вам, почему просит больше не бывать у нас. Не может быть, чтобы он не объяснил причин. Я прошу вас, Жак, скажите все. Прошу вас об этом ради меня… и ради вас.
Жак Данблез посмотрел на следователя, затем на девушку. В нем происходила какая-то борьба. Он чуть было не заговорил, но затем упрямо покачал головой.
– Ваша система защиты работает против вас, – вздохнул Жиру. – Может быть, причина вашего преступления вот в этих письмах?
– Он обратился к Мадлен:
– Мадемуазель, вы знали о них?
– Нет.
– Я так и думал. Ни ваш дед, ни ваша мать не хотели посвящать вас в любовную интрижку господина Данблеза с актрисой. Теперь мне все ясно. Господин Данблез явился за письмами, боясь, как бы они не попали к мадемуазель де Шан. Сенатор отказался отдать их, произошла ссора, и Жак Данблез убил его.
– Бритвой перерезал горло, а потом застрелил, – с иронией вставил авиатор. – Я принес с собой бритву и два револьвера. Я так вооружился для того, чтобы убить старика. Это же идиотизм! – закричал он. – Бритва и два десятизарядных револьвера! Целый арсенал мне понадобился для того, чтобы убить человека, которого я щелчком мог бы сбить с ног. Вы только что, господин следователь, осудили мою систему защиты, а чем лучше ваша? Вы утверждаете, что я убил четырех человек для того, чтобы вернуть пачку писем, какие пишет хоть раз в жизни любой молодой человек. Конечно, мне бы не хотелось, чтобы мадемуазель де Шан узнала, но письма меня не порочат. И они не стоят человеческих жизней, господин следователь.
– Да, – невозмутимо кивнул Жиру, – для разумного человека они этого не стоят. Но ревность лишает разума, а вы ревновали.
– Я уже сказал, и мадемуазель де Шан подтвердила, что я не ревновал. Я верил ей, а она мне. Не так ли, Мадлен?
– Хотелось бы верить вам, Жак. Но… Вы любили меня, а писали другой… Хотя дело не в этом. Жак, ваш револьвер нашли возле трупа капитана. Скажите, как это могло случиться?
– Мадлен, – Жак Данблез с тоской посмотрел на девушку, – клянусь вам, я невиновен, что бы там ни говорили про улики. Пускай…
В это мгновение дверь распахнулась. Вошел Маркас, таща какой-то мешок.
– Господин следователь, – торопливо сказал он. – Вот что я нашел в саду в кустах.
Он развязал мешок, и мы увидели труп маленькой девочки.
– Она! Она здесь! – воскликнул Жак Данблез и лишился чувств.


ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Неприятный собеседник

Утром меня разбудил слуга Дальтона. Вчера Поль настоял, чтобы я ночевал у него.
– Господин Валлорб, к вам пришли.
– Я ведь просил не будить меня раньше полудня!
– Этот господин грозит, что разнесет дом, если вы не примете его.
– А у вас не хватает сил выставить его за дверь? Где Поль?
– Господин Дальтон ушел рано утром.
В гостиной действительно слышались раздраженные шаги посетителя. Пришлось вставать.
Накануне мы с Дальтоном вернулись усталые и разбитые. Вид трупа ребенка подействовал так угнетающе, что мы ни словом не обменялись о деле.
Я быстро привел себя в порядок, разложил на столе какие-то бумаги и книги, придал лицу выражение равнодушия и холодности и только потом приказал Казимиру позвать посетителя.
Вошел худощавый, рослый старик. Он остановился в дверях, уставившись на меня.
На нем было длинное, зеленоватого цвета пальто, в одной руке посетитель держал шляпу с широкими плоскими полями, в другой – красивую дорогую трость. Слишком длинные черные брюки были подвернуты, но все же закрывали верх тупоносых ботинок. Я обратил внимание на руки незнакомца. Они были длинны и тонки, точно иссушены, со вздувшимися узлами вен. Лоб старика, пересеченный глубокими морщинами, показался мне непомерно высоким. Седая борода свисала длинными прядями, а на носу сидели очки с дымчатыми стеклами, но они не могли скрыть его пронзительного взгляда.
Упиваясь ролью начинающего сыщика, я почти восхищался своей наблюдательностью.
– Ну-с, – сказал посетитель.
Он схватил кресло и сильным толчком придвинул его к камину, положил шляпу на стол, зябко поежился, засунул руки в широкие рукава пальто, склонил голову набок и повторил:
– Ну-с…
– Садитесь, пожалуйста, – предложил я.
– Благодарю. Почему у вас не топится камин?
– Я не ожидал вашего посещения.
– Верно. Вы – Поль Дальтон?
– Не имею удовольствия быть им. Я решил быть терпеливым.
– Кто вы такой?
– Человек, как другие люди. Я взял сигарету.
– Не курите, не курите! Черт побери, вы не будете курить при мне!
Старик бросился к столу и со сверхъестественной силой сжал мою руку.
– Не переношу запаха табака! Так вы Поль Дальтон?
– Нет.
– А кто же?
– С кем имею честь разговаривать?
– Комедия! – проворчал старик. – Вы из шайки Иггинса? При этом имени ко мне вернулось хладнокровие.
– Да, я работаю у него.
– Ага! Вот разбойники! Зачем вы его травите?
– Кого?
– Молчите!
Я начал подозревать, что имею дело с сумасшедшим, и с опаской следил за его руками, так как не знал, что у него в карманах.
– Милостивый государь, – сказал я как можно миролюбивее. – Мы никого не травим.
Незаметно для незнакомца я нажал кнопку звонка под столом. Но Казимир либо отсутствовал, либо счел за лучшее не показываться.
– На кого вы работаете?
– На самих себя.
Открыв ящик стола, я нащупал лежавший там револьвер. Левая рука ощутила успокоительный холод металла.
– Занимайтесь тем, что вас касается, – продолжал старик.
– Это касается нас.
– Нет.
– Сколько вам платят внучка сенатора и де Лиманду? Не они? Значит, Жаклин Дюбуа? Нет? Кто же? Родственники той девочки? Полиция?
– Нет.
– Министерство иностранных дел?
– Да нет же! Знаете, сударь, вы мне надоели. Имеете ли вы сказать что-нибудь дельное? Если нет, то проваливайте.
В прихожей послышались гулкие шаги. Я выхватил револьвер.
Незнакомец вскочил и прислонился к камину.
Дверь открылась. Вошел рослый широкоплечий мужчина. Он поклонился, внимательно посмотрел на моего посетителя и сказал:
– Доктор Данблез, ваш сын не убивал капитана де Лиманду. Я с изумлением смотрел на старика. Так это отец Жака Данблеза! Зеленоватая бледность разлилась по его лицу. Он сжимал руки, точно старался сдержать волнение.
Мужчина перевел взгляд на меня и указал на револьвер, который я, как дурак, все еще держал направленным на Данблеза.
– Небезопасно, – сказал он.
Это был колосс с такими плечами, что легко мог взвалить на них быка. Но узкие бедра и талия выдавали в нем спортсмена. А ручищи! Огромные, поросшие густыми волосами, ну просто форменные молотки, которыми можно прихлопнуть человека, как муху.
Я бросил револьвер на стол и с тревогой взглянул на гиганта. Густые растрепанные волосы свисали до носа. Гладко выбритое лицо, обвислые щеки, проваленный рот и мясистый подбородок, похожий на галошу. Тусклые невыразительные глаза.
Старик тоже разглядывал незнакомца. На нем был обтягивающий его спортивную фигуру костюм в крупную клетку какого-то грязно-желтого оттенка, довольно безвкусный. Слишком узкие брюки вздувались на коленях безобразными пузырями. Обут он был в желтые башмаки, неподражаемые американские башмаки на двойной, тройной, черт его знает, на какой подошве. Но какие маленькие ноги у этого гиганта! Женские ноги!
– Валлорб? – вопросительно произнес мужчина.
– Да, – ответил я. В горле у меня пересохло.
Он опустил подбородок. Казалось, челюсть его до сих пор была сведена судорогой, а теперь расслабилась. Незнакомец плюхнулся в кресло и вытянул ноги.
Хлопнула входная дверь. Через минуту в комнату вошел Дальтон.
– Вы уже здесь, – улыбнулся он гиганту. – Представляю вам своего друга Валлорба.
– Знаю.
Он опять подобрал подбородок.
– Дальтон, а это доктор Ренэ Данблез, знаменитый ученый, почетный член Академии наук.
– А! – удивился Поль.
Он с любопытством стал рассматривать старика, который невозмутимо следил за этой неожиданной сценой.
– Меня еще не представили, – сказал гигант.
– Как, – обратился ко мне Дальтон, – ты его не знаешь?
– Нет, – усмехнулся мужчина.
– Вы… – начал я.
– Иггинс, – опередил меня он.

Доказательство – сосновая иголка

Воцарилось молчание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики