ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Виновность Жака Данблеза казалась очевидной. Понятно, нелегко было объяснить, как он совершил столь грубую ошибку – забыл на месте преступления свой револьвер. Хотя известны случаи, когда убийца, тщательно обдумав свой коварный план, одной какой-нибудь небрежностью разрушал все. Многие склонялись к тому, что Жак Данблез, совершив убийство, вынужден был спешить, так как слуга капитана проснулся и мог застать его в спальне своего хозяина. Этим обстоятельством газеты и объясняли его оплошность.
Жиру по-прежнему отказывался вести какие бы то ни было переговоры с репортерами и давать интервью. В отместку те не упоминали в своих заметках его имени, а только глухо называли, и то в случаях, когда без этого было не обойтись, «судебный следователь». Они заранее злорадствовали, предвкушая минуту, когда Жиру допустит какую-нибудь ошибку. Тогда-то над ним поиздеваются!
Впрочем, необходимые сведения газетчики получали и без помощи Жиру. Так, без малейших затруднений они узнали, что он решил допросить обвиняемого, как только истечет полагающийся по закону срок. Правда, защитник Жака Данблеза протестовал, но следователь не сдавался.
Итак, через день после ареста Жака Данблеза привели в кабинет Жиру. Фотографы не зевали, и в газетах появились новые снимки авиатора. Он не был удручен, смотрел прямо и открыто и никакого страха, по-видимому, не испытывал.
Закончив с формальностями, следователь спросил:
– Где вы находились в ночь убийства капитана де Лиманду?
– Не знаю.
– Куда вы ездили? Молчание.
– Вы не помните, куда вы поехали?
– Нет.
– Но вы не отрицаете того, что уезжали из дома?
– Не отрицаю и не признаю. Не знаю.
– Найденный возле трупа капитана браунинг принадлежит вам?
– Да.
– Из чего это видно?
– Там выбит номер.
– Какой?
– 103000.
– Значит, кое-что вы все-таки помните?
– Я помню номер своего револьвера.
– Но не помните, где были в ночь преступления?
– Нет.
– Очень странная забывчивость.
– Возможно.
– Вы продолжаете утверждать, что не убивали капитана де Лиманду?
– Да.
Жиру еле сдержался. Он свирепо посмотрел на обвиняемого и сказал:
– Хорошо, попробуем с другого конца. Часто вам случалось покидать дом по ночам?
– Не знаю.
– Где вы были вчера вечером и в прошлый вторник?
– Не помню.
– Вы ведь знаете, что произошло в ночь со вторника на среду?
– Нет.
– В таком случае я вам скажу. В ту ночь сенатор Пуаврье, его дочь и неизвестный мужчина были убиты на вилле «Виши» в Рэнси, неподалеку от вас. Убийца или один из убийц стрелял из браунинга.
Жак Данблез не ответил, только в упор посмотрел на следователя.
– Итак, вас не было дома во вторник вечером, и во вторник было совершено тройное убийство. И позавчера, когда вы совершали прогулку на лошади, был убит капитан де Лиманду. На вас ложится тяжелое подозрение.
– Каким образом?
– Только алиби может его снять. Но для этого вы должны доказать, что не были на месте преступления в интересующее следствие время.
– Бесполезно.
– Нет ничего бесполезного для следователя, желающего выяснить истину, – глубокомысленно изрек Жиру. – Скажите, можете вы доказать, что в ночь со вторника на среду находились не в доме сенатора Пуаврье? Можете вы доказать, что позавчера не были у капитана де Лиманду?
– А можете вы доказать, что я там был?
– Как же, по-вашему, принадлежащий вам браунинг оказался рядом с трупом капитана?
– Не знаю.
– Послушайте, господин Данблез, ваша система защиты только повредит вам. Не отвечать на вопросы, прикрываться какой-то неправдоподобной забывчивостью… Невиновные так себя не ведут.
– На основании чего вы судите о моей виновности: поведения или фактов? Я волен вести себя, как мне вздумается. Вы арестовали меня. Я утверждаю, что невиновен. Не верите? Докажите обратное. Но было бы глупо с моей стороны помогать вам.
Напрасно Жиру пытался объяснить Жаку Данблезу, насколько вредна такая тактика. Тот слушал вежливо и равнодушно. Отчаявшись, Жиру вызвал полицейского, и обвиняемого увели.
Жиру хмурился, кусал губы и шипел от злости. Как заставить Жака Данблеза говорить? Убийство им капитана де Лиманду можно считать почти доказанным, оставалось установить причастность авиатора к убийству на вилле сенатора Пуаврье. Кроме того, что Жак Данблез в этот вечер отсутствовал дома, следствие никакими уликами не располагало. Да, доказательств маловато.
Жиру, надеясь на психологический эффект, решил привезти Жака Данблеза в «Виши» и восстановить в его присутствии сцену убийства. Газеты тут же раструбили об этом.

15. Свидание влюбленных

Жиру надеялся вырвать признание Жака Данблеза на месте преступления. Но следователь понимал, что на такого человека нельзя воздействовать обычными способами, и задумал применить сильнодействующее средство. С этой целью он пригласил Мадлен де Шан присутствовать при эксперименте.
Девушка, как ни стремилась узнать истину, колебалась. Помню, как она явилась к Полю Дальтону и рассказала о полученном приглашении. Я возмутился. Как! Жиру заставляет ее участвовать в дурацком представлении в доме, где были убиты ее мать и дед! Но Дальтон напомнил, что мадемуазель де Шан сама просила начальника полиции позволить ей принять участие в следствии. В силу этого у Жиру имелось моральное право сделать Мадлен такое предложение.
По мнению Поля, она должна согласиться, поставив условие: прийти с двумя друзьями. Несомненно, Жиру разрешит. Таким образом, мы с Дальтон будем в курсе действий следователя и в случае надобности сможем помочь нашей клиентке.
Мадемуазель де Шан тут же написала следователю, и к вечеру все было улажено. Жиру не возражал против присутствия двух мужчин. Очевидно, он считал, что Мадлен выбрала себе в спутники светских людей, на чью скромность можно положиться.
Мы прибыли в десять часов утра. Автомобиль въехал во двор виллы. Полицейский немедленно провел нас в столовую и попросил немного подождать.
Через пять минут нас пригласили в кабинет. Жиру расположился за письменным столом сенатора. Напротив сидел Жак Данблез. Увидев девушку, он побледнел, но сумел справиться с волнением, встал и с достоинством поклонился.
Жиру наблюдал за нами с видом человека, у которого столь важные обязанности, что формальностями можно пренебречь. Волнение Жака Данблеза не укрылось от него.
Жиру сухо произнес:
– Господин Данблез! До сих пор вы отказывались отвечать на мои вопросы. Напоминаю вам о тяготеющем над вами обвинении. Дважды вы таинственно отлучались из дома, и дважды это совпадало с трагедией. Первая разыгралась здесь, в этой самой комнате…
Жак Данблез вздрогнул и хотел что-то сказать, но, взглянув на Мадлен, промолчал.
– Вторая трагедия произошла несколько дней назад. Возле трупа капитана де Лиманду найден ваш браунинг. Вы продолжаете утверждать, что не помните о своих ночных прогулках?
Все смотрели на Жака Данблеза, ожидая его ответа. Он глухо сказал:
– Да, не помню.
Поль Дальтон невозмутимо смотрел в окно. Мадемуазель де Шан, волнуясь, комкала в руках носовой платок. Жиру саркастически улыбался.
Жак Данблез беспокойно заерзал на стуле. Тишина в комнате, видимо, действовала на него угнетающе.
– Да, таково правосудие, – наконец заговорил он. – Обвиняемый должен сознаться. Молчание служит доказательством виновности… Доказательств против меня нет. Разве не мог убийца капитана украсть у меня браунинг? Но эта версия вам, господин следователь, не нравится. Вы утверждаете, что я дважды выходил из дома, и всякий раз шел убивать. Ход ваших мыслей таков: я вышел, следовательно, я убил. Для подозрений вам достаточно того, что меня не было дома в ночь убийства. Замечательная у вас логика, господин следователь!
Он замолчал и, как мне показалось, подавил рыдание. Жиру воспользовался паузой и спросил:
– Если не ошибаюсь, вы сознаетесь, что в ночь, когда на этой вилле произошло убийство, вас не было дома?
– Да, сознаюсь! – закричал Данблез. – Сознаюсь! Достаточно вам этого? В ту ночь меня не было дома. И когда убили капитана де Лиманду – тоже! Сознаюсь в этом. Заявляю во всеуслышание. Но теперь скажите, каким образом вы связываете мои прогулки с этими преступлениями? Ведь вы…
– Позвольте, – перебил его Жиру. – Я подозреваю вас не потому, что вы выходили, а потому, что вы отказываетесь сказать, где находились в момент убийств. Дайте мне точный и прямой ответ, и я освобожу вас.
Жак Данблез опустил голову.
– В первый раз вы ушли из дома пешком, – продолжал следователь. – И неудивительно, ведь вы живете неподалеку от виллы сенатора. Во второй раз вы выехали верхом, а капитан де Лиманду живет в пятнадцати километрах от вас. Что странного в такой логике? А ваше молчание только подтверждает мои подозрения. Повторяю, господин Данблез, скажите, где вы были во вторник ночью? Куда вы ездили два дня назад незадолго до полуночи? Дайте мне честное слово, что не лжете, и я отпущу вас. Вы слышите меня? Я не стану проверять ваших показаний. Мне достаточно будет вашего честного слова.
Я подумал, что Жиру заходит слишком далеко. А если Жак Данблез убийца? Впрочем, Жиру, вероятно, отдаст приказание следить за ним.
Авиатор размышлял с минуту, затем твердо сказал:
– Нет, я ничего не скажу.
– Вот как? Значит, вы отказываетесь оправдываться?
– Да, отказываюсь.
И тут Мадлен де Шан подбежала к обвиняемому и воскликнула:
– Жак, говорите! Скажите все, умоляю вас! Тот опустил голову.
Девушка продолжала еще настойчивее:
– Скажите все, Жак! Скажите, что вы не убивали капитана из ревности, так как знали, что я не люблю его!
Она обратилась к следователю:
– Я согласилась на помолвку с капитаном, но уверена, что Жак во мне не сомневался. Скажите, Жак, вы ведь во мне не сомневались?
На этот раз он ответил:
– Нет, Мадлен, в вас я не сомневался.
– Вот, слышите! Вы слышите, господин следователь? Зачем же ему было убивать? Ведь без причины не убивают! Только сумасшедшие убивают без причины.
Внезапное вмешательство мадемуазель де Шан, видимо, не понравилось Жиру. Он сухо заметил:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики