ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я терялся в догадках. Окна второго этажа находились в двадцати метрах от земли, а на окнах нижнего этажа были железные решетки, вделанные в камень. Эльмиры Бурдон не было ни в погребе, ни у нее в комнате, ни в лаборатории, ни в замурованной комнате. Следовательно, ее не было в доме.
Но я же собственными глазами видел служанку в лаборатории! Как могла она выйти незамеченной? И тем не менее женщина исчезла, не оставив никаких следов!
Может быть, она убита? Но это маловероятно. Убить ее мог только Данблез, а он не производит впечатления убийцы. Да и где тут можно спрятать труп? Пол в доме и погребе каменный…
– Господин Данблез, я хотел бы задать вам несколько вопросов, – проговорил Понво.
– Я к вашим услугам.
– Быть может, пройдем в лабораторию?
– Да, там нам будет удобнее.
Мы прошли в лабораторию. Данблез сел за стол, предложив нам расположиться в креслах. Иггинс остался стоять у полок.
– Как давно служит у вас Эльмира Бурдон?
– Тридцать лет.
– Вы не замечали ничего странного в ее поведении? – Нет.
– Она часто покидала дом?
– Не знаю. Никогда не спрашивал отчета. От нее требовалось только своевременно подавать мне пищу.
– Она любила вашего сына?
Лицо Данблеза болезненно передернулось.
– Эльмира обожала его.
– Кажется, она вырастила его?
– Да.
– Когда вы видели служанку в последний раз?
– В одиннадцать часов утра.
– В одиннадцать часов! Значит, она исчезла между одиннадцатью и четырьмя часами?
Данблез пожал плечами.
– А сколько раз вы видели служанку вчера?
– В шесть часов утра, потом в одиннадцать и в шесть часов вечера.
– Значит, она подавала вам еду в обычное время? А после шести часов вечера вы ее видели?
– Простите, чуть не забыл. В восемь часов вечера она пришла в лабораторию, как это иногда случалось. Я работал, а она вязала, сидя в кресле. Мы обменялись всего несколькими словами. Эльмира просидела около часа и ушла.
– О чем вы говорили? Данблез заволновался.
Она беспокоилась о Жаке, а я ответил, что не верю в его виновность. Эльмира заплакала и поцеловала мне руку. Она крестьянка из глухой деревни. И обожала моего сына.
– Все это я уже знаю. Что служанка была у вас в лаборатории, что сидела в кресле, что поцеловала вам руку. Откуда? – удивился Данблез. Понво вместо ответа загадочно улыбнулся.
Данблез с минуту подумал, точно пытался найти ответ на свой вопрос, затем покачал головой. – Словом, я сказал вам все, что знаю.
– Мне остается выполнить еще одну неприятную обязанность. Я должен обвинить вас в вооруженном сопротивлении должностному лицу при исполнении служебных обязанностей…
– Вы правы, господин следователь.
– И немедленно арестовать.
– Я беспрекословно последую за вами, – с достоинством произнес Данблез. – Быть может, я был неправ, предпочитая свою работу удовлетворению вашего любопытства. Вы называете это сопротивлением. Что ж! Разрешите только заметить, что я ведь не какой-то уголовный преступник. В тюрьме я попусту потеряю время, а у себя дома я мог бы работать в ожидании суда.
– Сожалею, но вынужден настаивать…
– Я к вашим услугам.
Данблез надел пальто, шляпу и мы вышли. Понво передал его полицейским и приказал доставить в Париж.
Когда Данблез скрылся за поворотом дороги, я спросил следователя:
– Почему вы арестовали его?
– Потому что хочу обыскать дом, а Данблез мне мешает. Вчера Эльмира Бурдон была здесь, и я найду ее или ее труп!
Иггинс слушал ею с явным презрением.

4. Смерть Маркаса

Мы попрощались с Понво и ночным поездом вернулись в Париж.
Было раннее утро, когда такси довезло нас до дома Дальтона. Мы молча вышли из машины и проследовали в кабинет Поля. Иггинс по своему обыкновению расположился в кресле с трубкой во рту. По всей видимости, он не спешил делиться выводами, сделанными во время поездки в Букваль и осмотра дома Данблеза. Я ждал, что Иггинс объяснит, с какой целью списал названия на склянках, стоявших в лаборатории, пока следователь допрашивал Данблеза.
Итак, все продолжали молчать. Я был зол и готов бросить все это дело. Чтобы чем-нибудь занять себя, я подошел к окну. По улице шныряли газетчики, выкрикивая что-то бессвязное. Выпуск… Подробности… Кошмарное…
Открыв окно, я подозвал мальчишку и купил газету. В глаза бросился заголовок, набранный крупным шрифтом.
– Маркас мертв! – вскрикнул я.
Иггинс от неожиданности чуть не выронил трубку.
– Читайте! Газета сообщала:
«В Сантэ произошел драматический и таинственный случай. В камере Ренэ Данблеза внезапно умер инспектор Маркас.
Всем известно, что Маркас участвовал в расследовании убийства на вилле сенатора Пуаврье и капитана де Лиманду.
Сегодня Маркас отправился за Ренэ Данблезом, арестованным вчера за оказание сопротивления должностному лицу, чтобы привести его к судебному следователю. Сопровождавший Маркаса сержант Сальмон и охранник остались в коридоре.
Следует сказать, что устав запрещает инспекторам входить в камеру к заключенному – это обязанность охранника. Непонятно, почему Маркас пренебрег этим требованием.
Причины и подробности его смерти неизвестны, так как журналистов в тюрьму не пустили.
Допрошен персонал тюрьмы. Результаты допросов хранятся тайне. Ходят слухи, что стало известно нечто очень важное».
Для ясности рассказа дополню это сообщение подробностями, опубликованными позже в других выпусках.
Маркас пробыл в камере минут пять. Внезапно в коридоре услышали глухой стук и крик Данблеза: «На помощь!»
Когда охранник вбежал в камеру, Маркас лежал на полу. Ренэ Данблез пытался привести его в чувство. На вопрос охранника он ответил, что Маркас потерял сознание и нужно позвать врача. Когда врач пришел, сердце Маркаса уже не билось.
Следователь, арестовавший Ренэ Данблеза. распорядился, чтобы ему были оказаны возможные послабления. Старик попросил доставить в камеру бутылку шампанского.
На допросе Ренэ Данблез показал, что когда Маркас вошел, он спросил инспектора, долго ли будет длиться следствие по его делу, и где содержится Жак Данблез, его сын. Затем угостил Маркаса шампанским. Тот выпил и свалился, как подкошенный.
Полиция принялась за дело. Шампанское и стаканы отправлены на экспертизу. Попытались узнать, не общался ли Ренэ Данблез с кем-нибудь вне тюрьмы. Незадолго до прихода Маркаса к нему явился адвокат. Но арестованный заявил, что не знает никаких адвокатов, и отказался встречаться с ним. Потом заключенного водили в тюремную больницу, чтобы вырвать зуб.
Кроме того, что Ренэ Данблез разговаривал только с охранником, зубным врачом и Маркасом, ничего узнать не удалось.

5. Частная жизнь Маркаса

Смерть Маркаса явилась для нас полной неожиданностью и еще больше осложнила дело. Если инспектор был отравлен, значит, яд всыпали в стакан, однако анализ содержимого бутылки этого не подтвердил. К тому же Ренэ Данблез тоже пил шампанское, по крайней мере, оно было налито в его стакан.
Сам ли старик отравил Маркаса? Почему? Чем? Ведь его тщательно обыскали перед тем, как поместить в камеру. Оставалось ждать результатов вскрытия.
Когда Иггинс отправился в морг, Поль предложил нанести визит вдове Маркаса.
– Зачем? – удивился я.
– Сам пока не знаю. Ты можешь предложить что-нибудь иное?
– Нет.
– Тогда пошли.
Вдову Маркаса, симпатичную толстушку, мы застали в кругу соседок, оплакивающей мужа. После официальных соболезнований Дальтон нетерпеливо сказал:
– Мадам Маркас, мне нужно поговорить с вами. Не могли бы эти дамы на минуту оставить нас одних?
Его слова были встречены враждебным шепотом женщин.
– Я не служу в полиции, – продолжал Поль. – Я явился от имени Иггинса. Вы слышали об Иггинсе, мадам?
К нашему изумлению, имя Иггинса успокоило вдову. Она вытерла глаза и стала вежливо выпроваживать соседок. Наконец мы остались одни.
– Чем могу служить господину Иггинсу, о котором мой покойный муж говорил с таким уважением? – спросила женщина.
– Знаете ли вы, что ваш муж должен был поступить на службу к Иггинсу?
– Знаю. Я знала все, что он делает.
Дальтон покачал головой. Вряд ли такой осторожный полицейский, как Маркас. стал бы поверять свои тайны жене.
– О несчастье вам сообщили из полиции? – Да, приходил сержант Сальмон…
– Что он сказал?
– Не знаю, должна ли я говорить вам… Как угодно, холодно произнес Дальтон.
– Нет, нет, я все скажу. Но это мне не повредит?
– Конечно, нет. Мы хотим найти убийцу вашего мужа.
– Сальмон сказал, что его отравил тот старик.
– Ага, – прошептал мне Поль. – В полиции считают, что это его рук дело. Скажите, – продолжал он громко, знал ли ваш муж Ренэ Данблеза? Встречался ли с ним вне служебных обязанностей?
– Нет.
Может быть, Маркасу было известно о Ренэ Данблезе нечто, чего не знали в полиции?
– Муж никогда об этом не говорил, – растерянно ответила женщина.
Я видел, что Дальтон хитрит. У него был какой-то план.
– Это удивляет меня, – процедил он. – Дело в том, что Маркас в переговорах с Иггинсом дал понять, что что-то знает.
Женщина покраснела. Значит, удар попал в цель. Что-то она знала. Но что? Как заставить ее говорить?
– Муж не говорил вам, что узнал что-нибудь о Жаке Данблезе? – как можно равнодушнее спросил Поль.
– Нет…
– А о капитане де Лиманду?
– Ничего.
– Он не упоминал о часах капитана?
– Нет, – изумленно ответила вдова.
Очевидно, Маркас даже не подозревал, по какому следу мы шли так долго.
– А об актрисе Жаклин Дюбуа и ее любовнике? О том, которого посадили в тюрьму?
Он сказал только, что его арестовали за шулерство.
– Не может быть, чтобы ваш муж ничего не знал о неизвестном, которого нашли убитым в кабинете сенатора.
– Муж сердился из-за того, что в министерстве иностранных дел отказываются давать о нем сведения.
– Это все?
– Больше я ничего не знаю.
– А о Жиле?
Женщина снова покраснела.
– Мадам Маркас, вы, наверное, не знаете, что мы обещали тысячу франков тому, кто укажет нам, что стало с Жилем?
– Вы заплатите немедленно? – спросила она заинтересованно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики