ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— И это противоестественно. Человек начинает забывать, что такое настоящая жизнь, когда ему достаточно войти в магазин и хлопнуть на прилавок кошелек, чтобы получить необходимое. Слишком просто. А жизнь должна быть трудной, она должна быть борьбой от колыбели и до могилы. Это и формирует характер.
Шекспир замолчал, окидывая взглядом окрестности.
— Только здесь можно познать настоящую жизнь, понять, что выживают лишь сильнейшие. У природы много способов, чтобы избавиться от слабаков — не важно, кролики это, олени или люди. А вот города, наоборот, плодят никчемных неженок. Если мужчина хочет стать мужчиной, он должен покинуть город.
— Поэтому ты и не собираешься туда возвращаться?
Старый траппер кивнул:
— Будь я проклят, если променяю свою свободу на удобства!
— Никогда раньше не рассматривал городскую жизнь с этой точки зрения, — признался Нат. — Здешние края могут открыть глаза на многие вещи, о которых я прежде никогда и не думал. Что ж, учусь!
— И продолжай в том же духе, Нат. Когда ты перестанешь учиться, ты станешь похож на растение, которое осталось без воды, — высохнешь и умрешь.
— По-моему, тебе стоило бы стать учителем или проповедником, это твое истинное призвание.
Шекспир засмеялся:
— Говоря по правде, когда мне было лет двенадцать-тринадцать, я всерьез подумывал о том, чтобы стать учителем.
— Почему же не стал?
— Понял, что у меня неподходящий характер для подобной работенки. Я бы, наверное, задал хорошую трепку первому же ученику, который вздумал бы бузить у меня в классе.
— Интересно, как человек узнает, правильный ли он выбрал путь? — задумчиво спросил Нат и вдруг заметил, что его собеседник пристально смотрит куда-то мимо его плеча. Он быстро обернулся — неподалеку показались несколько индейцев верхом на мустангах.
ГЛАВА 3
Забыв про боль, Нат мгновенно вскочил, рука его непроизвольно потянулась к пистолету, и только тут молодой человек вспомнил, что пистолет разряжен, а остальное оружие вообще где-то валяется.
Шекспир тоже встал, сжимая «хоукен».
— Только не делай глупостей, — предупредил он.
— Это черноногие? — тревожно спросил Нат.
— Будь это черноногие, мы уже были бы покойниками.
— Тогда кто?
— Это не-персэ…
— И как они с белыми?
— Более-менее.
Подумав о Уиноне, Нат оглянулся и увидел жену шагах в двадцати — она стояла неподвижно, сжимая в руке нож. Юноша жестами приказал ей не двигаться, потом снова повернулся к индейцам.
— Пусть приблизятся, — сказал Шекспир.
Он сделал жест, означавший «друг»: поднял правую руку ладонью наружу.
— Теперь дело за ними. Если они нападут, я буду сдерживать их, а ты перезаряжай свое оружие.
— Если со мной что-нибудь случится, не дай им забрать Уинону, — сказал Нат, тревожно теребя разряженный пистолет.
Когда же он наконец поумнеет? Ведь Нат уже прекрасно знал, что здесь нельзя ни на минуту оставаться без заряженного оружия под рукой. Предыдущее нападение гризли многому научило его. И вот теперь его снова застали врасплох, жена оказалась в опасности, и все потому, что он по глупости налетел на ветку!
Один из не-персэ осторожно подъехал ближе. Это был высокий индеец с гордым лицом в наряде из оленьей кожи, с луком в левой руке и колчаном стрел за спиной. Приблизившись на расстояние нескольких шагов, он остановился и заговорил.
Нат внимательно вслушивался в речь, но язык был ему незнаком. Он уже хотел жестами показать это, но Шекспир ответил индейцу на его языке! В подобных случаях Нат приходил в уныние от собственного невежества. Сколько всего ему еще предстоит узнать!
Точеное лицо воина не-персэ вдруг расплылось в улыбке. Он уставился на мертвого гризли и снова заговорил.
Шекспир ответил, жестами подчеркнув значение своих слов.
Воин кивнул, повернул лошадь и вернулся к соплеменникам; индейцы начали оживленно переговариваться.
— Что происходит? — спросил Нат.
— Мы с ним обменялись шутками. Его зовут Парящий Ворон, я уже слышал о нем — он успел совершить много подвигов еще до того, как ему исполнилось двадцать. Даже его враги лестно о нем отзываются.
— И ты считаешь это комплиментом?
— Похвала врага значит больше, чем похвала друга, Нат. Когда тебя хвалит друг, в девяти случаях из десяти он поступает так потому, что любит тебя, и половина из его похвал наверняка — неправда. Но враг не станет расхваливать тебя для того, чтобы пустить добрую славу, значит, его слова всегда искренни. Когда ты заимеешь злющего врага, который хорошо о тебе отзывается, знай, что ты кое-чего добился в этом мире.
Нат покачал головой:
— Иногда я просто не понимаю твоих рассуждений.
— Неважно! Итак, насчет Парящего Ворона. На встрече, куда мы направляемся, будет сотни две не-персэ. По пути Ворон охотился со своими воинами, а когда они услышали пальбу, явились узнать, в чем дело. Он также пригласил меня на днях зайти в его типи выкурить трубку. Я принял приглашение. Так вот, он хочет, чтобы ты тоже пришел.
— Почему?
— Потому что ты — тот самый Убивающий Гризли, белый, не ведающий страха, который за короткий срок убил гризли больше, чем другие убивают за целую жизнь.
— Да ты смеешься надо мной!
— Нет. Именно так я и сказал.
— Зачем ты наговорил им всю эту чепуху?
— С чего ты решил, что это чепуха? Благодаря Белому Орлу ты стал известен под именем Убивающий Гризли. А ведь люди с востока за всю свою жизнь редко даже встречают гризли, не говоря уже о том, чтобы убить хотя бы одного. Я почти не преувеличил.
— Но теперь Парящий Ворон расскажет эту байку своим соплеменникам, а те разнесут ее повсюду. И если дело так пойдет и дальше, каждый индеец в Скалистых горах будет величать меня не иначе как Убивающий Гризли.
— Вот и хорошо.
Нат посмотрел на траппера:
— Чего же тут хорошего?
— Я разделяю философию индейцев — имя должно иметь особое значение, оно должно подходить мужчине или женщине, выражая истинную сущность человека. Вот почему индейцы так тщательно относятся к выбору имен. — Шекспир засмеялся. — В кои-то веки старина Уильям Ш. дал маху.
— В каком смысле?
— Что в имени? То, что зовем мы розой, — И под другим названьем сохраняло б Свой сладкий запах! — процитировал Шекспир и ухмыльнулся.
— Дай я угадаю. «Макбет»?
— Нет, снова «Ромео и Джульетта». Ты и вправду должен одолжить у меня эту книгу. Похоже, твое образование оставляет желать много лучшего.
Ответ уже вертелся на языке Ната, но его отвлек внезапный стук копыт — не-персэ поскакали на восток.
— Когда мы отправимся навестить Парящего Ворона, не забудь взять с собой небольшой подарок, — посоветовал Шекспир. — Не-персэ любят дарить и получать подарки. Для индейца, во всяком случае для честного индейца, вручение подарка означает скрепление дружеских уз.
— Так же как курение трубки?
Траппер кивнул:
— Курение трубки считается даже более важным.
Нат обернулся и, увидев, что Уинона все еще стоит там, где ей приказали оставаться, жестом показал, что теперь она может приблизиться.
— Я помогу Уиноне снять с медведя шкуру.
— Ну уж нет! Ты ляжешь у огня, который я разведу, и будешь отдыхать.
— Мне не нужен отдых, ты ведь сам сказал, что у меня всего-то несколько синяков…
— Завтра мы отправимся на встречу, и будет хорошо, если сегодня ты отдохнешь.
— Завтра? — повторил Нат, обескураженный этой вестью. — Мы же хотели сегодня.
— Нам понадобится несколько часов, чтобы ободрать гризли, и еще больше времени, чтобы вытопить жир. Когда мы закончим, будет уже темно, поэтому лучше переночевать здесь, чтобы поутру первыми явиться на встречу.
— Как скажешь, — угрюмо ответил Нат.
— К тому же известие о том, что ты убил медведя, успеет разнестись, — добавил Шекспир.
— Почему ты так рвешься составить мне репутацию великого истребителя медведей? Мы же оба знаем, что это неправда!
— Дело вовсе не в медведях. Я бы разрекламировал тебя как убийцу пум, даже если бы ты убил не пуму, а просто крупную домашнюю кошку. Важно, чтобы о тебе услышал каждый человек на встрече — тогда все станут тебя уважать.
— Я бы предпочел завоевать уважение честным путем.
— Это и есть честный путь. Ну, настолько честный, насколько позволяют обстоятельства. Поверь, Нат, если в тебе распознают зеленого новичка, твоя жизнь превратится в сущий ад. Я пытаюсь избавить тебя от лишних проблем. Трапперы ведут грубую жизнь, а их шуточки еще грубее. Одиннадцать месяцев в году они надрывают спины, ловя бобров, то и дело опасаясь индейцев или хищных зверей. Потом наконец приходит лето, и месяц или два они могут побездельничать и расслабиться… Но, по правде говоря, эти люди не знают, как расслабляться, не умеют просто отдыхать и ничего не делать, поэтому играют в азартные игры, путаются с бабами и буйствуют. Большинство из них от такого веселья устают не меньше, чем от работы. — Шекспир улыбнулся. — Но теперь на встрече с тобой наверняка будут обращаться должным образом!
— Возможно, ты прав, — нерешительно отозвался юноша.
К ним присоединилась Уинона, ведя в поводу лошадей, и жестами спросила, как себя чувствует Нат.
Траппер ответил индианке на языке шошонов, и Нат понял почти каждое слово. Он едва удержался от возражений, когда Шекспир сказал Уиноне, чтобы та во что бы то ни стало заставила мужа отдохнуть.
Кивнув в знак согласия, Уинона поспешила к мертвому гризли.
— С вами двумя еще хуже, чем дома с родителями, — проворчал Нат.
— Может, хотя бы для разнообразия перестанешь жаловаться?
— Я чувствую, что мне не нужен отдых.
— А ты не чувствуешь, что тебе надо бы зарядить карабин и пистолеты?
— Да, чуть не забыл! — спохватился Нат, вытаскивая пистолет из-за пояса.
Он огляделся, высматривая в траве второй пистолет и карабин, и увидел «хоукен» под злополучной веткой.
— Я позабочусь о лошадях, — сказал Шекспир и отошел.
Нат внимательно осмотрел карабин и, к большому облегчению, нашел на нем всего лишь небольшие царапины. Потом стал искать второй пистолет. В тот момент, когда Нат врезался в ветку, он держал пистолет в руке, потому оружие вполне могло оказаться отброшенным шагов на десять в любом направлении…
Прежде чем продолжить поиски, Нат перезарядил карабин.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики