ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А там приходил муж, и все собирались, всех надо было кормить, расспрашивать, удивляться, тормошить, недоумевать, а потом она печатала до ночи, пока не засыпала за машинкой, и все равно, получалось мало, а назавтра ждала расплата.
- Недоделала, - скорбно шептала она переводчицам. - Опять сейчас разнесет!
- Антонина Трифоновна, - укоризненно увещевали те. - Да плюньте вы на него, дурака! Сам-то он что делает? Кто ж больше вас у нас работает?
- Ну, вы-то с языками, - с благоговением бормотала Антонина Трифоновна, отмахивалась и уходила на ковер, а переводчицы только переглядывались и пожимали плечами.
А в кабинете у начальника все развертывалось каждый раз по одному сценарию.
- Недоделала, - опустив повинную голову, признавалась Антонина Трифоновна.
- Почему? - холодно интересовался начальник.
- Недоделала... - горестно повторяла она и вздыхала, и начальник клал ручку на стол и сначала тихо, потом громче и громче принимался ее распекать. Из кабинета доносились такие возгласы, как: "Бездельничаете! ... Распустились!... На работу наплевать!..." Появившаяся в отделе молодая специалистка, слышавшая это в первый раз, тоже кричала потом на Антонину Трифоновну: "Да как вы можете позволять? Он же вас унижает!"
- Недоделала, - в ответ вздыхала Антонина Трифоновна, отправлялась печатать и стучала без передыха, несла, наконец, начальнику, тот хмуро просматривал, бурчал: "Хорошо!", уже спокойно давал новое задание, и она хватала и убегала опять к машинке, проносясь мимо переводчиц, радостно шептала: "Отошел!", и те снисходительно качали головами.
Переводчицы и начальник были, в сущности, связаны круговой порукой. Он понимал, как мало они работают, но они знали языки, могли ответить на любой вопрос, он же, сложным путем оказавшийся на своем месте, имел диплом учителя географии и умел разве распределить заработанную другими премию. Где-то в глубине души он уважал переводчиц за то, что к ним не подступишься, что они всегда умеют найти прикрытие. Те тоже терпели его за снисходительное к ним отношение.
Антонину же Трифоновну не уважали ни те, ни другой. Переводчицы не уважали Антонину Трифоновну за полное, по их мнению, отсутствие чувства собственного достоинства, за несдержанность, с которой она первая бросалась к выдаваемым бесплатно ручкам и блокнотам, стремясь порадовать сына. Они не уважали ее за то, что она мало следила за собой, а их новыми вещами восхищалась без разбору, и даже о самой неудачной вещи убежденно и искренне говорила: "Изумительно! Вам так идет!", а если раздраженная владелица грубила: "Да не говорите глупости! Первый и последний раз надела!", никогда не обижалась, а только удивленно и печально всплескивала руками: "Да что вы?"
Переводчицы были убеждены, что начальник так относится к Антонине Трифоновне, потому что она позволяет ему так к себе относиться и, может быть, были правы.
Также, как переводчицы, не уважала Антонину Трифоновну и дочь, и только двое - муж и сын не думали, уважают ли они ее, а просто каждый вечер не ложились спать, не рассказав ей обо всех мелочах и о серьезном тоже, хоть она никогда не давала совета, а только энергично и шумно соглашалась со всеми доводами, даже если они скакали и прыгали, отрицая друг друга.
И хотя, казалось, судьба должна бы знать слабость Антонины Трифоновны позволять и, попытавшись раз, и, поняв полную неспособность данного объекта к сопротивлению, могла запросто поразить Антонину Трифоновну несчастьями (даже представить страшно, что бы сделалось с Антониной Трифоновной, попади она в ситуацию, в которой надо было бы за что-то бороться - устроить кого-то из близких в больницу, доставать дорогое лекарство, когда речь идет о жизни и смерти, вытягивать детей из засасывающей дурной компании, да мало ли что еще).
Но жизнь Антонины Трифоновны, хотя и не было в ней никаких особенных взлетов, протекала без ужасных происшествий. Биохимик, наконец, защитился и стал лучше зарабатывать, на работе она выучилась печать вслепую и стала успевать делать все в сроки, сын поступил в университет. Дочка же, выскочив замуж за иностранца и укатив с ним за границу, сначала писала редко, потом стала - чаще, а потом принялась то и дело ездить к Антонине Трифоновне с одним, а после с двумя детьми, и ее голос в дни приездов вливался в хор делящихся и рассказывающих и даже становился солирующим.
Судьба, как говорится, хранила Антонину Трифоновну, и хотя это, конечно, вовсе не закономерность, что судьба хранит отдающихся вполне ее течению, все-таки, глядя на Антонину Трифоновну, можно подумать о судьбе и в таком аспекте.
После бабьего лета
Марья Степановна сидела на лавочке, прислонясь спиной к теплой коре большой липы, и смотрела, как тоненькой кисточкой художник подправляет на холсте Асины растрепанные, как и в жизни, кудряшки. Ася стояла вполоборота, волосы ее развевал ветерок и, щурясь на солнце, она смотрела туда, где, как рыбья чешуя, блестели волны, а на них покачивалась моторка перевозчика, медленно пересекающая широкую реку.
Вчера они тоже плавали на тот берег на плоскодонке, выпрошенной Асей на часок у молоденького рыбака. Ася гребла умело и ровно, но Марья Степановна боялась, что они не доплывут, со страхом вглядывалась в мутную воду, а тут еще Ася вдруг в одно мгновение свесилась за борт, и не успела Марья Степановна ахнуть, как она, и художник попали под душ холодных брызг. Марья Степановна выставила вперед ладони и заругалась, бороздки капель полоснули по куртке художника, заблестели на его лице, а он небрежно смахнул их, весело погрозил Асе пальцем, она засмеялась, а Марья Степановна с улыбкой подумала: "Точно дед с бабкой внучку на прогулку повезли".
А потом на том берегу Ася вприпрыжку бежала по лесной дорожке - летящая челка, веселые янтарные глаза. "А знаете, - останавливаясь, чтобы перевести дух, - говорила она, - весна - это, все-таки время для гравюр! Смотрите, как тонко на небе дерево прочерчено! А вот лето, зиму я бы писала маслом, как Шишкин!"
- Ну, а Левитан, а Юон? Разве плоха у них весна? - щурился художник. Нет, нет, это совсем не о том я говорю! - упиралась Ася. - Смотрите, - и она показывала на гору, - березы сиреневые, как вуаль, а под вуалью - елки, крепкие, хмурые, да?
Художник улыбался, глядя, как она, подпрыгивая, сбивала шишку с высокой ветки, а Ася вдруг опрометью пустилась с крутого берега к Неману, и от самой воды, помахав рукой, крикнула: "А вы наверху гуляйте!" - "А я тоже могу сбежать!" - задорно отозвался художник, но Марья Степановна испуганно покосилась на его кожаные ботиночки, поспешно сказала: "Нет, вы уж лучше не сбегайте!" и крикнула: "Ася, ну-ка живо назад!" На обратном пути взялся грести художник, и Марья Степановна с тревогой наблюдала, как он за шутками скрывает одышку, и думала, что ему надо бы ехать не в санаторий общего типа, а в сердечно-сосудистый, и, конечно, невестка достала ему первую попавшую путевку, чтобы только скорей сплавить куда-нибудь и пожить полной хозяйкой в доме.
Марья Степановна ездила в санатории часто - куда было деваться еще, жила она в большом городе, свою дачу ни она, ни сын с невесткой не завели, а снимать было не для кого - внуков не было. Она давно уже могла бы быть на пенсии, но еще работала, на работе ей охотно давали путевки. Марье Степановне нравился скромный комфорт палат, она ходила на все процедуры - не зря же тратились деньги, чинно гуляла с пенсионерками по дорожкам, неторопливо говорила о детях, о ценах, слушала о чужих внуках, рано ложилась спать, и дорожки многих санаториев слились для нее в одно понятие - отдых. Она ехала в санаторий, будто сдавая себя, как свой станок на заводе, в профилактический ремонт, чтобы вернуться и, удовлетворенно сказав: "Ну, вот и отдохнула!", снова взяться за работу и исправно отслужить еще год.
Но в этот раз, неожиданно очутившись в палате с молоденькой девчонкой, Марья Степановна стала жить по совсем другому режиму.
Ася была спортсменкой - поздней осенью ее байдарка перевернулась, надо было долечивать тяжелое и долгое воспаление легких, и Асю с барабанным боем отправили в санаторий родители и тренер. Но она оказалась хитрее всех и выискала такой санаторий в городке, куда на весенние сборы должна была приехать ее команда, а пока команда не приезжала, старалась не потерять в санатории даром ни минуты. В первый день она обследовала ближайшие окрестности одна, но на второй, уберегаясь от компании молодящихся санаторских кавалеров, потащила за собой Марью Степановну. Марья Степановна сама не заметила, как вместо чинного гуляния по тропинкам за неделю облазила с Алей окрестные городки, охая на подламывающихся каблуках, взбиралась по гравиевым дорожкам к костелам, шла гулкими залами пустых музеев на Асино призывное: "Да, скорее же идите, видите, как интересно!" В водовороте Асиных выдумок скоро закрутился и художник - любопытная Ася очень быстро с ним познакомилась, когда он писал на набережной поворот Немана. Художник лечился без особого пыла, тоже не посещал вечеров отдыха, был занят работой, но все же чуть-чуть скучал. Ася никогда еще не видела настоящего живого художника и, посмеиваясь, он начал отвечать на ее бесконечные вопросы. Они втроем бродили на хутора, возвращались перед самым отбоем, безбожно нарушая режим, не замечая строгих глаз дежурной сестры, ни недоуменного шушуканья тянущих воду из кружек с носиками отдыхающих. Марья Степановна запустила и ванны, и грязи, к вечеру у нее гудели ноги, она засыпала мгновенно, будто проваливалась в яму, а утром, проснувшись от впущенного Асей в палату солнца, с удовольствием смотрела на веселую, румяную девочку, тараторящую о еще какой-то обнаруженной достопримечательности. Губы Марьи Степановны морщились в улыбке, и в душе поднималось какое-то забытое утреннее ощущение праздника предстоящего дня, и она дивилась себе, но бодро, как молодая, вскакивала с постели и, подхватив художника, они мчались на автобус. Походка Марьи Степановны была упругой, не болели ни спина, ни печень, она давно не чувствовала себя так хорошо.
Они обошли, объездили, облазили всю округу, и художник однажды предложил Асе позировать, и ритм их жизни переменился.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики