ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

 

Баранов горько вздохнул и продолжил:
– Хочу напомнить, что не на высоте у нас и сбережение вверенного нам имущества. Так, товарищ Батыр Бекович Батырбеков, руководивший локальной операцией в реальности «Земля-456», при невыясненных до сих пор обстоятельствах утратил средства полевой связи. Товарищ Батырбеков, мы все еще ждем от вас рапорт.
По залу прокатился легкий шелест ехидного хихиканья. Откровенно и в глаза Баранову рассмеялся один лишь сидевший в партере штабс-капитан Нестеров, дико недолюбливавший заммордуха и явно не понимавший значения должности по поднятию морального духа.
– Сща-ас, – сквозь зубы мрачно напророчил воздушный ас сидевшему рядом Ване Сусанину, – сща-ас бек все бросит и пойдет писать рапорт.
Сусанин повернулся назад, нашел взглядом вольного сына степей и согласно усмехнулся: как обычно, при звуках голоса Баранова Батыр впал в легкую кому. Вот и сейчас, откинувшись на резной скамье, он блаженно сопел, изредка сладко причмокивая и ворочаясь во сне. К слову сказать, за всю свою службу он писал рапорты только на одну тему – об увольнении. Зато писал их с удовольствием и часто.
– Другой случай, – продолжал Баранов. – Приобретение товарищем Задовым новой папахи и ее последующая утрата. Встаньте, Лев Николаевич, пусть на вас коллеги осуждающе посмотрят. Где товарищ Задов?
– Дежурный по отряду, – напомнил Садко. – Бдит.
– Да, спасибо. Тут, товарищи, такое дело. Во-первых, весьма подозрительны обстоятельства приобретения товарищем Задовым этой самой папахи. Есть основания полагать, что имел место недоказанный мной факт прижизненного мародерства. Ну, это, сами понимаете, еще куда ни шло А вот пройти мимо утраты вещевого имущества мы не должны. Не так ли, Хохел Остапович?
Начальник отрядного тыла Щирый с готовностью вскочил, ожесточенно закивал головой и замахал загребущими руками. Слов от возмущения у него давно не было.
– Садитесь, товарищ Хохел. Я понял, о чем вы. Мы еще разберемся с этим вопиющим случаем. Да, и хотел бы напомнить товарищу Муромскому, что взятая девять веков назад со склада четвертинка скатерти-самобранки им до сих пор не возвращена.
Хохел, обнажив в улыбке белые зубы запасливого суслика, радостно обернулся к Илье и одобрительно затряс головой, зато Баранов быстро уткнул глаза в текст доклада, чтобы случайно не увидеть, как Илья встал с последнего ряда и показал ему, Баранову, а заодно и оторопевшему Хохелу ловко сложенный кукиш величиной с мелкую дыню.
– Господа, – невозмутимо продолжал заммордух свой доклад, – приступаю к особо важному вопросу. Напоминаю, что бдительность, бдительность и еще раз бдительность остается главным оружием против наших заклятых друзей по коррекции реальности. Разгулы-рыцари Колченогого стола по-прежнему не дремлют. «Коровьи джедаи» тоже не спят. Смешно говорить, даже японо-полинезийские «Пасынки солнца» постоянно страдают бессонницей. А товарищ Задов в это время спит… Где у нас товарищ Задов?
– Дежурный по отряду, – не удержался в зале Садко. – Бдит.
– Да? Очень сомневаюсь. Товарищ Задов в это время, наверное, листает контрабандный «Плейгерл» из какой-нибудь зачиханной реальности и в ус себе не дует. Теперь об экономии праны-маны…
Пока Баранов занудно распинался о необходимости пресечь факты межреальностного пустопорожнего прогона карусели за пивом Аркаимская карусель – основной способ перемещения между реальностями и главный потребитель праны-маны.

, обстановка в зале слегка изменилась.
Дело в том, что в штабную палату тихонько вошел и осторожно двинулся вдоль ее стены Лева Задов. Из заднего кармана его галифе торчал свежий номер какого-то красочно иллюстрированного журнала, но в руках его однополчане узрели до боли знакомый берестяной туесок пневмопочты из главка. Народ в палате подобрался и насторожился.
Скользнув позади трибуны с Барановым, который продолжал бубнить о том, что экономия праны-маны должна быть экономной, Лева подошел к президиуму, протянул туесок Владимирову, а папку – сидевшему рядом Скуратову. Потом, небрежно отдав честь знамени отряда, Задов развернулся и, поскрипывая сапогами, прошел к спуску в зал за спиной Баранова, не преминув высунуть розовый от малины язык, скорчить мерзкую рожу и оттопырить уши.
Народ в зале оживился. Лева явно хотел было на сцене задержаться, но, поймав гневный взгляд Малюты, вытянул руки по швам и ретировался с подиума, да и из штабной палаты заодно.
Впившись глазами в начальника, народ безуспешно гадал, какие новости он так быстро и безмятежно читает. Однако монотонное бормотание заммордуха и спокойствие, с которым Владимиров дочитал, положил в пепельницу и подпалил бересту, быстро успокоило даже самых мнительных. Большинство решило, что телеграмма была действительно из главка – с поздравлениями к юбилею, а то и с объявлением выплаты премиальных.
Что касается папки Скуратова, то она никого не заинтересовала – Малюта, как и все творческие личности, на совещаниях, пленумах и съездах предпочитал тратить время не на выслушивание банальностей, а на работу с документами.
– Что у нас есть по делу зеленого аметиста? – вполголоса осведомился Владимиров, прикрывая рот рукой.
– Все в ажуре, – тихо, но недовольно пробурчал Малюта, раскрывая папку.
Пропустив несколько страниц с фотографиями изумрудного кристалла, экспертным заключением Латына Игарковича, берестяной грамоткой Ивашки, отчетом Ильи, челобитной Сусанина, докладной Нестерова и доносом Хохела, он нашел нужный лист и свистящим шепотом приступил к пояснениям:
– Так. Камень с историей, Дмитрий Евгеньевич. Сам по себе невзрачен, но любопытен. Последний жрец Этрурии Страна этрусков.

Митродрит вовремя выковырял сей аметист из шлема несчастного царя и отослал в Восточную Европу с нарочным и своей дочкой двоюродному брату, ведуну Дритомиру. Дочка его, Евдолия, доехала, а камень нет – нарочный перепился в дороге, и его обокрали где-то в Риме. Потом камешек всплыл у пиктов. Местные друиды его секрет едва не разгадали, но вовремя перемерли от свинки. Кристалл провалялся несколько лет у северного конунга Гунтара Рогатого, но потом его жена подарила камешек своему любовнику Олафу.
– Олаф Рыжая Борода? – тихо уточнил Дмитрий Евгеньевич, одновременно благосклонно кивая Баранову, продолжавшему монотонно читать свой праздничный доклад.
– Да, – подтвердил Скуратов. – Олаф впаял аметист в свой шлем и даже один раз случайно им воспользовался.
– Это когда его занесло в «Надежду Валгаллы»? – уточнил Владимиров.
– Точно, – согласился Малюта, – там еще был большой скандал и дикий шухер. Руководитель скандинавов потребовал служебного расследования: как простого смертного занесло в закрытую реальность. Они еще…
– Дальше, и по сути, – сухо потребовал Владимиров.
– А я что, былины пою? – обиделся Скуратов, но, собравшись с мыслями, продолжил: – Да… Расследование объективных причин пространственно-временного разрыва не выявило, Олаф во время перехода и шлем потерял, и меч.
– Не повезло мужику…
– Пожалуй, да. Но сбруя Здесь – оружие.

была найдена спустя несколько веков и переплавлена на орала каким-то кузнецом. А камень продан купцам. Они его обменяли на двух рабов у пьяного визиря при дворе крымского хана.
– Уже ближе.
– Так точно. Дальше – лучше. Василь Михалыч Долгоруков-Крымский, а предков его задиристых я лично знавал, нашел сей камешек на развалинах ханского дворца.
– Развалины – его рук дело?
– Уточню, но не сомневаюсь.
– Не надо, это я так, к слову. Дальше.
– Да, собственно, и все. Привез его как сувенир дешевенький да позабыл. А супруга его благоверная, урожденная княжна Настасья Волынская, по карманам шарила, да и нашла ненароком. Еще скандал учинила – каким, дескать, девкам презенты возишь? А он ей – тебе, мол. А она ему скалкой. Решительная женщина, в пращура свого, героя Куликовской битвы Митьку Боброк-Волынского.
– Вот ведь бабы, а, Малюта! – возмутился Владимиров. – Ну вечно им любопытно… Я вот тоже так: заныкал десятку как-то, а моя…
– Дальше докладывать? – прищурился Скуратов.
На этот раз слегка обиделся Владимиров. Потом тихо рассмеялся и кивнул. А сравнявший счет Скуратов подвел итоги:
– Волынская вставила камешек в старинный кокошник и подарила дочке, Евдокии. А та на городском балу кокошник тот в благотворительную лотерею пустила. Кокошник выиграл местный отставной чиновник – фанат старины и большой, скажу, оригинал. Он там в городке местном кунсткамеру организовал, по-новому – музей. Поначалу на общественных началах, а потом и от губернатора субсидии вытребовал. Активный такой старикан, бойкий. Начнет говорить – не остановишь. Но местами интересно излагает. Я год назад там был с негласной плановой проверкой – кокошник на месте, и камень в нем торчит.
– Значит, о свойствах аметиста никому точно не известно? – уточнил начальник отряда.
– Абсолютно, – заверил Скуратов, захлопывая папку. – Даже Олафу. Он, полагал, что залетел в Валгаллу, нажравшись вареных мухоморов. Эта версия у норвежцев и прошла как единственно возможная.
– Не понимаю, – искренне удивился Владимиров, разглядывая пепел от туеска. – Аналитики делают прогноз несанкционированного использования этого артефакта в ближайшие дни. Главк беспокоится о судьбе камня и просит взять дело на контроль.
– Ничего они не знают, аналитики ваши, – злобно зашипел встрявший в разговор Фурманов. – Я им недавно заказал прогноз на футбольный матч. Пять – ноль, говорят. Я всю зарплату поставил. Коэффициент – один к десяти.
– Ну и?.. – заинтересовался Владимиров.
– Ну и все, – скривился Фурманов. – Скуратик, займи до получки голодному комиссару.
– По делу говори, – потребовал Владимиров. – Что с аметистом делать?
– Забрать да Хохелу на хранение сдать, – поморщился комиссар. – Бесхозный артефакт страшнее Задова в увольнении.
– Нельзя, – возразил Малюта, доставая из папки какую-то грамотку. – Главк давал указание – не изымать целевые артефакты из родной реальности без крайней необходимости.
– Какой же он целевой? – здраво возмутился Фурманов и тут же снизил голос.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики